Страница 20 из 777
Глава 220
Ритуал жертвоприношения Клейна
«Эксперимент?» — Одри мгновенно пришла в восторг, однако, сохранив лицо, лишь сдержанно и грациозно кивнула:
— Я с радостью поучаствую.
Будучи «Зрителем», девушка прекрасно помнила, что до сего момента господин Шут прибегал к слову «эксперимент» лишь дважды. Впервые это случилось, когда Он затянул ее вместе с «Повешенным» в это таинственное измерение. А во второй раз — когда даровал им свое почетное имя, позволив вознести пробную мольбу. Оба начинания увенчались поистине ошеломительным успехом, попутно приоткрыв завесу над крупицами Его истинной божественной сути.
«И что же за эксперимент ждет нас на этот раз? До чего же интригующе!» — Одри титаническим усилием воли обуздала бьющее через край нетерпение, изо всех сил стараясь отыгрывать роль бесстрастного «Зрителя».
Эксперимент… Нервы «Повешенного» Элджера вмиг натянулись как струна, а в душе проснулась жгучая, леденящая настороженность к предложению Шута.
«Что Он задумал? В чем кроется Его истинная цель? Сулит ли это мне выгоду или верную гибель?» — пока эти лихорадочные мысли вихрем сменяли друг друга, перед мысленным взором моряка вновь всплыла леденящая кровь картина: стремительно гниющая, разваливающаяся на куски плоть вице-адмирала Урагана Килангоса в миг его смерти.
В конце концов, Элджер покорно склонил голову и смиренно произнес:
— Ваша воля — мое единственное стремление.
Сидящий неподалеку «Солнце» Деррик переводил недоуменный взгляд с «Повешенного» на «Справедливость», решительно не понимая, отчего этот так называемый «эксперимент» вызвал у них столь острую, болезненную реакцию.
Пальцы Клейна, до этого мерно отбивавшие ритм по краю длинного бронзового стола, замерли. Юноша мягко усмехнулся:
— Этот эксперимент призван сделать ваши сделки простыми, безопасными и, что самое главное, абсолютно конфиденциальными.
Слегка склонив голову набок и устремив взор на «Повешенного», он неспешно, с чувством, с толком, с расстановкой добавил:
— Вы еще не запамятовали тот ритуал жертвоприношения, о котором рассказывал «Солнце»?
Клейн намеренно вывел этот факт на свет, виртуозно демонстрируя собственную открытость. После подобного заявления ни одному члену Клуба Таро и в голову не пришло бы заподозрить, что грядущий обряд целиком и полностью слизан с откровений юноши из Города Серебра. Тем более они бы ни за что не догадались, что все те многоходовочки владыки затевались исключительно ради того, чтобы выудить готовый шаблон жертвоприношения.
— Прекрасно помню. В своей повседневной практике мне и самому порой доводится сталкиваться с подобными таинствами, — предельно честно отозвался Элджер, хотя на душе у него вдруг стало невыразимо муторно, а по спине пробежал ледяной холодок.
Всё дело крылось в том, что ортодоксальные божества давным-давно перестали отвечать на такие зовы. Начиная с Пятой Эпохи, само слово «жертвоприношение» стало прочным, неразрывным синонимом кровавых культов, злых богов и демонической скверны!
Вообразив, к каким чудовищным последствиям может привести эта затея, «Повешенный» ощутил себя так, словно балансирует на самом краю бездонной пропасти. Одно неверное движение — и он сорвется вниз, где его неминуемо изгложут и пожрут заживо.
Клейн, строго следуя намеченному плану, не стал пускаться в долгие, утомительные разъяснения и лишь едва заметно кивнул:
— Моя задумка предельно проста: с помощью ритуала вы приносите Потусторонние материалы в жертву мне, а я, в свою очередь, дарую их мисс Справедливости. Полагаю, подобный формат сделки окажется весьма выгоден для вас обоих.
«А что, так тоже можно было?» — Одри на секунду опешила, совершенно растерявшись. Девушке казалось, что подобное решение выходит далеко за грани воображения.
Но вскоре к ней пришло осознание. Она поняла все преимущества этого метода и ту истинную божественную природу, что скрывалась за столь, казалось бы, тривиальным действом!
«Господин Шут просто невероятен! Наш Клуб Таро и впрямь разительно отличается от прочих тайных лож! Мы проводим обмен товарами и материалами воистину божественным путем!» — Одри едва по привычке не вознесла в мыслях «хвалу Богине», но вовремя одернула себя, переиначив фразу во славу господина Шута.
Элджер же, напротив, лишь сильнее насторожился, мгновенно переключаясь в режим холодного, расчетливого анализа:
— Многоуважаемый господин Шут, что от меня требуется?
Моряк отчаянно уповал на то, что сам алгоритм жертвоприношения поможет ему вычленить истинные мотивы владыки.
Клейн успокаивающе повел правой рукой и произнес:
— Как я уже упомянул, это всего лишь эксперимент. И гарантий успеха нет никаких, а посему мне жизненно необходимо ваше содействие.
— Для начала обустройте алтарь. Никаких изысков не нужно, подойдет и самый примитивный жертвенник. Единственное жесткое условие — на нем обязан красоваться, вырезанный или начертанный, вот этот символ.
Под эти слова перед ним из пустоты соткался призрачный занавес света. На нем отчетливо проступил тот самый таинственный узор со спинки кресла Шута — причудливое сплетение «глаза без зрачка», олицетворяющего скрытность, и «извивающихся линий», символизирующих перемены.
Опираясь на прошлые опыты без использования духовных материалов, Клейн уже успел убедиться: придуманный им обряд действительно способен породить над серой мглой иллюзорные врата, сродни Вратам Призыва. Вот только его собственных силенок катастрофически не хватало на поддержание стабильного канала. А без надежного тоннеля зачерпнуть мощь этого таинственного измерения и довести жертвоприношение до логического конца было попросту немыслимо.
Тем не менее он на все девяносто процентов был уверен в конечном триумфе затеи. На повестке дня стоял лишь один вопрос: удастся ли пробить тоннель, пустив в ход заурядные вещицы с толикой духовности, или же придется раскошеливаться на полноценные Потусторонние ингредиенты в нужном объеме?
«Что ж, пусть издержки этого опыта лягут на плечи мисс Справедливости и господина Повешенного… Как-никак, они с самого начала ведали, что наш Клуб Таро — дитя эксперимента. Грядущие опыты — дело вполне предсказуемое, а где эксперименты, там и провалы. От осечек не застрахованы даже боги…» — рассудил Клейн, с легкой душой перекладывая финансовое бремя на чужие плечи.