Я тебя не хочу

— Да, Владыка, — шепчу умышленно-трепещущим тоном. Жамкая мощную хреновину пальчиками, преданно смотрю барину в глаза: — О, милостивый господин, мнится мне, что лучше твоей бубуки на всем белом свете не сыскать.

При виде того, как меняется лицо Фильфиневича, с трудом сдерживаю хохот.

Он же, поскрипев зубами, цедит:

— Хочешь, чтобы у меня упал? Не дождешься!

Отобрав управление, демон сам сжимает пальцами свой член и зачем-то стучит им мне по губам. Я такого дебилизма предвидеть не могла, поэтому в процессе лишь испуганно моргаю и издаю те бибикающие звуки, которые обычно, играя, с помощью пальца выдают годовалые малыши.

Как ни странно, Дима не смеется.

Пронизывая ошалелым взглядом, почти миролюбиво просит:

— Покружи по шляпе языком, ведьма.

Боже..

Что такое шляпа, я могу лишь догадываться.

Поколебавшись, тщательно облизываю головку фаллоса. Замедляюсь, когда в рот попадает еще капелька предэякулята. Морщусь, чтобы скрыть, каким возбуждающим эффектом эта жидкость для меня обладает.

— Теперь пососи, — командует Фильфиневич отрывисто, быстро водя рукой по стволу.

Выполняю и это требование. Прижав язык к уздечке, обхватываю головку губами и совершаю сосательные движения.

— А-а-х.. Блядь.. — сипит он, посылая в мое тело яростную дрожь. — Хочу всю тебя обкончать, Ли.. Залить спермой.. И чтобы ты глотала, тоже хочу..

Я не могу ответить, так как мой рот занять членом. Мычу извечное «дурак», возмущенно глядя ему в глаза, но получается не особо разборчиво.

— Соси, соси. Не стесняйся.

Это я и делаю. Точнее, продолжаю делать, когда рука Димы вдруг находит мою грудь и принимается катать между пальцами сосок.

Боже..

Резко стискиваю дубину губами. Громко втягивая носом воздух, в панике смотрю на душегуба.

— Соси, соси.

К счастью, он никогда не узнает, что в этот момент я борюсь с собой, чтобы не начать теребить клитор. И хорошо, что мы в душе, потому что подо мной явно собирается лужа.

Сосу я не так долго, как хотела бы. Вскоре дыхание Фильфиневича становится критически тяжелым. И он заставляет меня взять глубже.

— Еще.. — подначивает, неотрывно контролируя процесс зрительно.

А чуть позже и физически — обхватив мою голову руками, толкается бедрами, пока та самая шляпа не достигает задней стенки моего горла.

На этой стадии погружения он, как и в первый раз, быстро долбит мой рот.

Его собственный рот большую часть времени остается открытым. Каждый раз, когда мне кажется, что из него вот-вот капнет слюна, он с рваным вдохом облизывает губы.

Хочу ли, я чтобы Люцифер снова плюнул? Не знаю.

Мне некогда об этом думать. Я сосредоточена на том, чтобы делать короткие вдохи между варварскими толчками.

И.. О Боже мой.. Наконец, его дубина начинает пульсировать.

Мышцы моего живота непроизвольно сжимаются. Чтобы развеять это напряжение, со сдавленным стоном вращаю бедрами.

— Терпи, Ли.. — рыкает Дима глухо.

А затем врывается в мою глотку особенно глубоко.

Охренел, блин?!

Моя диафрагма резко сокращается. Демон подается назад. Но полностью не выскальзывает. Едва мне удается сделать вдох, покоящийся на моем языке член дергается и наполняет мой рот горячей и пряной семенной жидкостью. Инстинктивно глотаю, дабы не захлебнуться. Кашляю, грудная клетка ходором ходит, из глаз льются слезы, но при всем при этом я проживаю эйфорию, которую обычно ощущаю при собственном оргазме.

Пить до дна, как говорится, мне не доводится. В какой-то момент Фильфиневич извлекает член из моего рта, чтобы, как он и оглашал ранее, забрызгать густыми потоками мои лицо и грудь. По соскам долбанутый фетишист еще и размазывает.. Буквально втирает, заставляя меня трястись от нахлынувшего, словно штормовая волна, желания.

— Сравняем счет, — бросает Дима решительно.

Понять ничего не успеваю, как он поднимает меня на ноги и припирает лицом к стенке.

— Прогнись, — последнее, что слышу.

Потому что едва выполняю требование, губы Люцифера оказывается между моих ягодиц. Пока я задыхаюсь в смущении, он уже реализует задуманное — кружа пальцем по скользкому клитору, страстно трахает мое лоно языком. И, конечно же, целенаправленно бросает меня за край. Не проходит и минуты, как я, разбившись в одуряющих конвульсиях, с дикими криками кончаю.

После, как только отходим, моемся и даже чистим зубы. Однако в спальне все продолжается.

— Блядь, Шмидт.. Из тебя снова течет..

— Не текло бы, если бы ты не лазил там пальцами!

Я на боку лежу. Спиной к демону. Но этот дурак не отстает, лапает непрерывно.

Подсунув руку мне под шею, прижимая к себе, едва ли не в удушающий захват ловит. И толку, что я раздираю ногтями его предплечье.

— Хочу сунуть член в твою щелку, — влажно мычит он в ухо. — Давно там не был.

— Нет.. — протестую я, содрогаясь.

Но он уже елозит своей чертовой дубиной у сочащегося входа.

— Это моя территория, Шмидт.

— Везде, блин, твоя?! Лечись!

Кричу, а у самой от вожделения сводит живот и трясутся конечности.

— Я лечусь. Доктор прописал мне траву[1].

— Валерьянку, что ли?

— Фиалку.

— Идиот, — выдыхаю напоказ. — Это не трава, а цветок.

— Мне похуй. Главное, эффект.

— Угу..

— Повернешься лицом? Подмять хочу.

— Не много ли ты хочешь, Дима? Не повернусь!

Отказ барина не устраивает. Сам меня разворачивает.

А я.. Только этого и жду.

Глаза в глаза. Звонкие поцелуи. Надсадное дыхание. Скольжение члена по воспаленной плоти. Принимая первый толчок, закрываю глаза. Какое-то время просто лежу, тихо наслаждаясь близостью. Но долго бездействовать не получается. Едва начинает потряхивать от удовольствия, активно включаюсь в процесс и, как следствие, вскоре получаю третью фантастическую разрядку.

Фильфиневич держится. Трахает еще около получаса. Я в шоке от дистанции. Немного бешусь: такую шутку испоганил! Как теперь без «пяти минут»? Так или иначе, приходится молить о пощаде.

— Я устала, Дим. Все болит.

— Понял.

За три секунды догоняется, будто только того и ждал. Оставив меня в покое, с довольной ухмылкой заваливается спать.

Ух, Люцифер!

[1] Отсылка к песне «Трава» гр. БУМЕR.