Страница 59 из 61
Миша появился на свет в положенный срок, здоровый, крепкий, с громким криком. Я плакала от счастья, когда его положили мне на грудь. Олег плакал тоже — я видела скупые мужские слёзы, которые он прятал, но я всё равно заметила.
— Сын, — прошептал он. — У нас сын.
— У нас, — я улыбнулась. — Сын.
Мы назвали его Мишей — в честь деда Олега, который умер за год до этого. Михаил Олегович Гурьянов — звучало гордо.
Даша души не чаяла в брате. Она приезжала каждые выходные, нянчилась с ним, гуляла, играла. Когда Миша подрос, она стала брать его с собой в магазин, показывала, как работает примерочная, учила разбираться в тканях.
— Он будет дизайнером, — говорила Даша.
— Он будет тем, кем захочет, — возражала я.
Миша рос активным, любознательным, упрямым. В папу. Я смотрела на него и видела Олега — такого же на старых фотографиях.
Время летело.
Мы старели.
Но наша любовь — нет.
В обед приехали гости.
Коля с Аллой и Софой — девочка вытянулась, стала красивой, с длинными русыми волосами и карими глазами. Она обняла меня, чмокнула в щеку.
— Бабуля, ты не стареешь, — сказала она.
— Льстишь, — я покачала головой. — Я старею, просто не замечаю.
— Ты у нас самая молодая бабушка, — добавила Алла, ставя на стол торт.
— Самая счастливая, — поправил Олег.
Мы сели обедать — большой дружной семьёй. Миша хвастался рыбой, Софа рассказывала о школе, о том, как сдала ОГЭ по биологии на «отлично» и собирается поступать в медицинский колледж.
— Молодец, — я гордилась внучкой. — Я знала, что у тебя получится.
— Спасибо, бабуля, — она покраснела.
Юра позвонил по видеосвязи — они с Катей и Машей не смогли приехать, потому что дочка приболела. Маша сидела у мамы на коленях, чихала, но улыбалась.
— Выздоравливай, — сказал Миша. — Я тебе гостинцы привезу.
— Какие? — спросила Маша.
— Конфеты, — пообещал брат.
Дети болтали, взрослые обсуждали планы на лето. Договорились съездить на море — всем вместе, большой компанией.
— Я сниму дом, — сказал Олег. — На всех хватит.
— Только не очень дорогой, — попросила Алла.
— Он у нас не дорогой, — усмехнулся Коля. — Он у нас — щедрый.
Олег засмеялся, но не стал спорить.
После обеда я пошла в сад.
У нас был небольшой огород — я любила копаться в земле, выращивать цветы, овощи. Елена Федоровна помогала, но в основном я сама — в перчатках, с лопаткой, в старой панаме.
— Тебе идёт, — раздался голос Олега.
Он подошёл, встал рядом.
— Что именно? — я вытерла пот со лба.
— Быть хозяйкой, — он улыбнулся. — Домашней, настоящей.
— А кем я ещё могу быть? — я пожала плечами.
— Никем, — он обнял меня за талию. — Ты — моя жена. Идеальная.
— Не идеальная, — я покачала головой. — Просто твоя.
— Этого достаточно, — он поцеловал меня в висок.
Мы стояли, обнявшись, среди цветов, которые я посадила весной. Пионы, розы, лилии — всё цвело, благоухало, радовало глаз.
— Олег, — позвала я.
— Да?
— Спасибо тебе.
— За что?
— За эту жизнь, — я посмотрела на него. — За любовь. За то, что ты есть.
— Я всегда буду, — сказал он. — Слышишь? Всегда.
— Слышу, — я прижалась к нему. — И верю.
Вдалеке слышались крики Миши и Софы — они играли в бадминтон, смеялись, спорили. Даша сидела на веранде с ноутбуком, Алла помогала Елене Федоровне мыть посуду.
Наша семья.
Моя семья.
Та, о которой я даже не мечтала.
Вечером, когда все разъехались, мы остались вдвоём.
Сидели на веранде, пили вино, смотрели на звёзды.
— Помнишь, как мы встретились? — спросил Олег.
— Ты про тот день, когда я наорала на тебя в кабинете? — я засмеялась.
— Про тот, — кивнул он. — Я тогда испугался, что ты уволишься.
— Я и собиралась, — призналась я. — Думала, что жизнь кончена.
— А оказалось, что она только началась, — он взял меня за руку.
— Да, — я сжала его ладонь. — Началась. В сорок пять.
— В самый раз, — он поднял бокал. — За нас.
— За нас, — я чокнулась.
Мы пили вино, смотрели на звёзды, молчали. Тишина была уютной, домашней, как будто мы прожили вместе не семь лет, а целую вечность.
— Света, — позвал он.
— М-м-м?
— Ты счастлива?
— Да, — ответила я, не задумываясь. — Очень.
— Я тоже, — он поцеловал меня. — Спасибо, что ты есть.
— Спасибо, что ты меня нашёл, — я улыбнулась.
— Не находил, — он покачал головой. — Ты сама пришла. С чемоданом и разбитым сердцем.
— И ты меня приютил.
— И полюбил.
— И я тебя полюбила, — я коснулась его щеки. — Навсегда.
— Навсегда, — повторил он.
Звёзды светили ярко.
Весенний ветер шевелил листву.
А мы сидели, обнявшись, и строили планы на будущее.
Завтрашний день.
И все последующие.
Той же ночью мне приснился сон.
Я стояла на берегу моря, босая, в белом платье. Волны лизали мои ноги, ветер трепал волосы, а на горизонте всходило солнце.
Рядом стоял Олег — молодой, красивый, счастливый.
— Не бойся, — сказал он. — Я рядом.
— Знаю, — ответила я.
Мы смотрели на восход, и он был ярче, чем когда-либо.
— Это наша жизнь, — прошептал он.
— Наша, — согласилась я.
И пошла по воде — навстречу солнцу.
Я проснулась от того, что кто-то гладил меня по волосам.
Открыла глаза — рядом сидел Олег, улыбался.
— Доброе утро, — сказал он.
— Доброе, — я потянулась. — Который час?
— Раннее, — он поцеловал меня в лоб. — Ещё все спят.
— А ты почему не спишь?
— Смотрел на тебя, — он улыбнулся. — Ты красивая, когда спишь.
— Ты говоришь это каждое утро, — я засмеялась.
— И буду говорить, — пообещал он. — Пока жив.
— До самой старости? — спросила я.
— До самой старости, — кивнул он.
Мы лежали в темноте, обнявшись, и слушали, как за окном просыпаются птицы.
— Олег, — позвала я.
— Да?
— Я хочу, чтобы мы состарились вместе.
— А я хочу, чтобы мы не старели, — он усмехнулся. — Но выбора нет.
— Значит, будем стареть красиво.
— Договорились, — он поцеловал меня.
Мы встали, оделись, пошли на кухню завтракать.
Новый день начинался.
За окном вставало солнце.
И наша любовь — тоже.
Через месяц мы поехали на море.
Сняли дом в Крыму — большой, уютный, с видом на море. Комнат хватило на всех — нас с Олегом, Дашу, Мишу, Колю с Аллой и Софой, Юру с Катей и Машей.
— Как в старые добрые времена, — сказал Олег.
— Нет, — я покачала головой. — Они никогда не были добрыми.
— А сейчас — добрые, — он обнял меня.
— Сейчас — да, — согласилась я.