Страница 48 из 61
— И пьян тоже, — он поднял на меня глаза. — Я знаю, что ты меня не простишь. Но я хотел.. я хотел сказать, что ты была права. Я всё испортил. Семью, детей, жизнь.
— Зачем ты пришёл? — спросила я устало.
— Хочу попросить тебя.. не давать показаний против меня в суде.
— Ты ударил меня.
— Я знаю, — он вздохнул. — И мне стыдно. Но если ты дашь показания, меня посадят. А я.. я не выдержу тюрьмы, Света.
— А раньше ты не думал, что я не выдержу твоих измен?
— Думал, — он опустил взгляд. — И мне тоже стыдно.
Я смотрела на него — на человека, которого когда-то любила, с которым прожила четверть века, который был отцом моих детей — и чувствовала.. ничего. Ни злости, ни жалости, ни желания отомстить.
— Я не буду давать показаний, — сказала я наконец.
— Правда? — он поднял голову, в глазах блеснула надежда.
— Правда, — я покачала головой. — Но не ради тебя. Ради сыновей. Чтобы они не помнили отца как уголовника.
— Спасибо, Света, — он встал. — Я.. я не заслуживаю..
— Не заслуживаешь, — перебила я. — Но я не мщу. Это не моё.
— Что теперь? — спросил он.
— А теперь иди, — я указала на дверь. — Живи своей жизнью. Без меня. Без детей. И не приближайся к Софе.
— Я люблю её, — прошептал он.
— Люби на расстоянии, — отрезала я. — Издали.
Он постоял, посмотрел на меня, потом развернулся и ушёл.
Я стояла у окна, глядя, как он садится в машину и уезжает.
А потом заплакала.
Не от боли, не от обиды.
От облегчения.
Всё кончено.
Вечером я рассказала Олегу о разговоре.
— Зря ты его простила, — сказал он, хмурясь.
— Я не простила, — я покачала головой. — Я просто отпустила.
— Это одно и то же.
— Нет, — возразила я. — Простить — значит перестать злиться. Отпустить — значит перестать ждать, что он изменится.
— И ты перестала ждать?
— Да, — я посмотрела на него. — Я жду только тебя.
— А я жду только тебя, — он обнял меня. — Всю жизнь ждал.
— Теперь не придётся ждать, — я улыбнулась. — Я здесь.
— И я здесь, — он поцеловал меня.
Мы стояли посреди кухни, обнявшись, и мир за окном не существовал.
Были только мы.
Наше прошлое, которое отпустило.
Наше настоящее, которое грело.
И наше будущее, которое мы строили вместе.