Страница 45 из 109
Лиана почувствовала холод.
Роэн не удивился.
Он просто закрыл книгу.
— Спасибо, — сказал он. — Этого достаточно.
Они вышли.
На улице Лиана остановилась.
— Вот так просто?
Роэн пожал плечами.
— А что предлагаешь? Бить его по голове, пока память не вернётся?
— Не помешало бы.
— Тогда он точно забудет.
Лиана усмехнулась.
Они пошли дальше.
След привёл к старому приходскому архиву, потом к списку жильцов дома на соседней улице, потом к имени.
Эвелина Рашт.
Лиана произнесла его несколько раз.
Ничего не почувствовала.
Роэн смотрел на запись.
— Женщина двадцати девяти лет. Вдова. Дочь Мара, шесть лет.
Лиана сразу вспомнила жёлтую ленту.
— Она.
— Возможно.
— Опять.
Роэн посмотрел.
— Хочешь, я буду каждый раз говорить «несомненно», чтобы тебе было спокойнее?
— Нет.
— Тогда терпи.
Адрес матери Эвелины нашёлся в том же архиве.
Дом стоял в бедном, но не нищем квартале. Низкий, тёплый, с вымытыми окнами и горшками на подоконнике. Дверь открыла пожилая женщина с седыми волосами, собранными под платком. Она держала в руках нож для овощей и явно готовила обед.
— Да? — спросила она, недоверчиво глядя сначала на Роэна, потом на Лиану.
Роэн представился.
Женщина сразу напряглась.
— У нас никто не умер.
— Мы не поэтому.
— Тогда зачем?
Роэн посмотрел на Лиану.
Она поняла.
Ей говорить.
— Вы знали Эвелину Рашт? — спросила Лиана.
Женщина замерла.
Совсем чуть-чуть.
Потом нахмурилась.
— Нет.
— Это ваша дочь.
Ответ пришёл мгновенно.
— У меня не было дочери.
Лиана почувствовала, как внутри что-то оборвалось.
Роэн молчал.
Пожилая женщина смотрела уже раздражённо.
— Вы ошиблись домом.
— У вас была дочь, — повторила Лиана. — Эвелина.
— Нет.
— И внучка Мара.
Женщина побледнела.
Потом резко ответила:
— Нет.
Она уже собиралась закрыть дверь.
Роэн поставил ладонь на косяк.
Не удерживал дверь.
Просто остановил движение.
— Мы уйдём, — сказал он спокойно. — Но можно задать один вопрос?
Женщина смотрела зло.
— Какой?
— У вас есть детские вещи?
Она замерла.
— Какие ещё вещи?
— Игрушки.
— Нет.
Лиана почувствовала.
Не головой.
Телом.
Что-то в доме.
Тянуло.
Слабо.
Из глубины.
Она шагнула ближе.
Женщина сразу загородила проход.
— Я сказала, нет.
Лиана закрыла глаза.
Кукла.
Жёлтая лента.
Детская ладонь.
И теперь ещё запах.
Корица.
Дерево.
Старая ткань.
— На втором этаже, — сказала Лиана.
Роэн посмотрел на неё.
Женщина побледнела.
— Что?
— Игрушка.
Лиана открыла глаза.
— Там что-то есть.
— Вы сумасшедшая.
— Возможно.
Роэн тихо выдохнул.
Лиана не обратила внимания.
— Но я хочу увидеть.
Женщина попыталась захлопнуть дверь.
Лиана не стала удерживать.
Просто сказала:
— Жёлтая лента.
Дверь остановилась.
Пожилая женщина смотрела.
— Что?
— В волосах девочки была жёлтая лента.
Лицо изменилось.
Не узнавание.
Боль.
Очень слабая.
Как мышца, которой давно не пользовались.
— Уходите, — сказала она тише.
— Эвелина держала её за руку под дождём.
Женщина стиснула нож.
— Я сказала, уходите.
— Девочку звали Мара.
Нож выпал.
Ударился о пол.
Все трое замерли.
Женщина смотрела вниз.
Потом подняла глаза.
— Откуда вы знаете это имя? — спросила она.
Лиана почувствовала дрожь.
— Значит, вы слышали.
— Нет.
— Только что узнали.
— Нет.
Женщина отступила.
— Я не знаю никакой Мары.
Но голос уже дрожал.
Роэн сказал:
— Можно войти?
Она смотрела несколько секунд.
Потом молча отошла.
Дом пах супом, старой мебелью и сушёными травами. Лиана сразу почувствовала корицу. На кухне возле печи стояла миска с печёными яблоками.
— Наверх, — сказала она.
Женщина не ответила.
Они поднялись.
На втором этаже было две комнаты. Одна жилая. Вторая закрыта.
Пожилая женщина остановилась.
— Там ничего нет.
— Ключ? — спросил Роэн.
Она посмотрела на него.
— Не знаю.
— Комната ваша.
— Я туда не хожу.
Лиана почувствовала холод.
— Почему?
Женщина нахмурилась.
— Не знаю.
Вот оно.
Роэн посмотрел на дверь.
Потом на хозяйку.
— Можно открыть?
— Зачем?
— Потому что вы сами не знаете, почему держите комнату закрытой.
Она медленно вытащила из кармана связку ключей.
Третий подошёл.
Дверь открылась.
Пыль.
Старые вещи.
Сломанный стул.
Ящик.
Несколько платьев.
И деревянная лошадка.
Лиана увидела её первой.
Такая же, как фигурка из коробки Роэна.
Только больше.
На шее жёлтая лента.
Пожилая женщина ахнула.
Тихо.
Лиана подошла.
— Вы знаете её?
Женщина смотрела.
— Нет.
— Тогда почему она здесь?
— Не знаю.
Она подняла игрушку.
Пальцы задрожали.
— Не знаю.
Лиана коснулась деревянной гривы.
Обрывок пришёл сразу.
Детский смех.
Жёлтая лента.
«Бабушка, смотри!»
Женщина молодая.
Седины ещё почти нет.
Стоит у окна.
Смеётся.
Берёт девочку на руки.
Лиана отдёрнула руку.
Сердце ударило.
— Вы держали её, — сказала она.
Пожилая женщина посмотрела.
— Кого?
— Мару.
— Нет.
— Она называла вас бабушкой.
Женщина закрыла рот ладонью.
— Нет.
Слёзы появились неожиданно.
Она сама испугалась их.
— Почему я плачу? — спросила она.
Лиана не смогла ответить.
Потому что именно это было страшнее всего.
Тело помнило.
Дом помнил.
Игрушка помнила.
А женщина нет.
Роэн подошёл ближе.
— Её звали Эвелина, — сказал он. — Ваша дочь.
Пожилая женщина смотрела на него.
— У меня не было дочери.
Но слёзы текли.
— Была.
— Нет.
— У неё была девочка.
— Нет.