Страница 29 из 67
Сегодня здесь фуршет. Вся барная стойка выставлена бокалами с шампанским, вином, виски и различными закусками. Блестящие подносы, хрусталь, серебро — всё это сверкает, переливается, манит. Я касаюсь края бокала, и холод стекла передаётся кончикам пальцев, отрезвляет, напоминает: «Ты здесь не просто гостья. Ты — участница».
Играет торжественная музыка. Она льётся, как река, уносит с собой тревоги, наполняет пространство ритмом, который заставляет сердце биться в такт. Кто‑то общается, кто‑то танцует, кто‑то просто, как и я, наблюдает со стороны с нескрываемым интересом. В этих людях — целая вселенная: истории, тайны, желания. Кто‑то скрывает боль за улыбкой, кто‑то прячет страсть за маской безразличия.
Подхожу к барной стойке, оглядываюсь — Рика нигде не видно. Может, он в своём кабинете? Ох… кабинет… И снова эта глупая улыбка. Вспоминаю, как он смотрел на меня, как его пальцы скользили по моей коже, как его голос звучал где‑то у самого уха. Щеки снова наливаются румянцем, а сердце начинает биться всё сильнее, будто пытается вырваться наружу, чтобы найти его.
Но я твердо решаю - один бокал шампанского и пойду домой. Беру его, подношу к губам, делаю первый глоток. Он освежает, с тонкой кислинкой, а пузырьки немного щекочут язык, будто маленькие искры, которые разлетаются по всему телу. В этот момент я чувствую себя живой, настоящей, как будто каждый нерв пробудился, каждая клеточка дышит этим вечером.
К барной стойке подходят двое демонов с красными глазами и всеми остальными прилагающими.
Опускаю взгляд и отворачиваюсь — нужно постараться оставаться инкогнито. Сердце колотится где‑то в горле, каждый удар отдаётся в висках глухим набатом. Я словно зверь, затаившийся в чаще: одна ошибка — и меня заметят.
Они разговаривают довольно громко, перекрикивая музыку, поэтому я невольно подслушиваю их. Я не вижу их глаз и эмоций, боюсь поднять голову, чтобы не столкнуться с ними взглядами. Но вот слова доносятся весьма чётко. И то, что я слышу, заставляет мои волосы встать дыбом, а тело покрыться мурашками. Холодок пробегает по спине, будто кто‑то провёл по ней ледяными пальцами.
— Ты слышал, что вчера Рик привёл сюда пернатую? Да ещё и уединился с ней прямо здесь же?— Да уж, что‑то у него совсем крышу, похоже, сорвало. Я ещё слышал на улице, что он взялся за старое.— И в это же время совершается громкое убийство — совпадение ли? — воодушевлённо подхватывает второй. — Хотя убитая — обычный человек, но ору то подняли эти пернатые.— Да, странно это всё. И я уверен, что совсем скоро должны прийти по душу Рика. Ни у кого на улице нет сомнений, что это был он. Удивительно, что его до сих пор оставляют на свободе.— Хотя, с другой стороны, все настолько в этом уверены, как будто кто‑то намеренно его подставляет.— Ну не знаю, — протяжным тоном говорит первый. — Я думаю, что это он. Учитывая его прошлое — старые привычки не выбить даже хорошим баром и красивыми женщинами.— Кстати, а как вообще сюда пропустили эту пернатую?— Не знаю, но вроде бы она без крыльев. Так говорят. Поэтому сначала никто и не понял, кто она.— Без крыльев? А так разве бывает?— Видимо. Но, возможно, это просто слух. Кто знает. Сам я не видел.
Дальше их разговор превращается в один сплошной гул. У меня немеют ноги, а руки начинают дрожать. Мир вокруг будто теряет чёткость — очертания предметов размываются, звуки сливаются в хаотичный шум. Я ставлю бокал обратно на барную стойку и начинаю просачиваться сквозь плотную толпу в сторону кабинета Рика.
Вопросы мелькают яркими вспышками в голове, как молнии в тёмном небе: Убийство? Взялся за старое? Рика подставили? Он тоже в опасности? А улицы тем временем пестрят слухами об ангеле без крыльев? Да ещё и точно знают, в чьей этот ангел компании?
Меня начинает накрывать паника. Ноги становятся ватными, будто из них вынули кости, а на глаза наворачиваются слёзы. В груди — тугой комок страха, который давит, душит, не даёт дышать. Но сквозь этот хаос пробивается одна мысль: «Нужно срочно рассказать всё Рику! Ведь мы можем быть в опасности оба!»
Уже подхожу к его кабинету. Каждый шаг отдаётся эхом в ушах, а ладони липнут от пота. Дверь приоткрыта. Только завожу руку, чтобы открыть её полностью, как слышу знакомый женский голос…