Сдавайся снова, Александрова.

Глава 6. Ольга

— Правила все помнишь, Чума? - спрашивает Александров, все еще с опаской на меня посматривая.

Я деловито пригубляю настоечку. Вкусная, насыщенная, мозгоуносящая. Зря, наверное, я ее предложила.

Илья все больше и больше кажется мне симпатичным, хотя после развода я видеть его не могла.

— Оль?

— Разволновалась что-то, - касаюсь горящих щек.

За пятнадцать лет брака мы выработали свои правила игры.

Забыла ли я их?...

Вряд ли.

Странно, что он не забыл!

— Играем по очереди, - говорю серьезным тоном. - Раздаем по две карты, затем ставим ставки. У кого выпадает двадцать одно, тот забирает обе ставки себе. Если не у кого - каждый остается при своем. Блефовать.. - многозначительно поднимаю брови, - можно, повышать ставки - можно, страховать свою ставку - не возбраняется, только в этом случае можно все потерять.

— Есть еще сплит, - напоминает Илья. - Если карты приходят одинаковые по количеству очков, их можно разделить на две руки и разделить ставку.

— Да.. Разделить на две руки ты особенно любил..

Он сжимает зубы, спокойно принимая удар.

Я корю себя. Ну зачем это ворошить сейчас?..

— И еще можно сдаваться.. - он договаривает тихо.

— Ни в моем вкусе сдаваться.. - возражаю.

— Это я тоже помню, Оля, - его темные глаза блестят. - Но.. в этом случае возможные потери минимизируются до пятидесяти процентов.

— Я знаю! - упрямо говорю.

— Потерять все или пятьдесят процентов?

С помощью широких ладоней Илья изображает весы.

Я не смотрю, потому что не спускаю взгляда с его заматеревшего за десять лет лица.

— Мой ответ будет таким же, Александров: потерять все.

«Потому что тот, кто допустил мысль, что сможет без моей любви.. уже меня потерял» - вспоминаю свои слова.

— Ладно, Оля. Не будем о грустном!.. - Илья отмирает и залпом выпивает настойку. - Начнем.. Я сдам первым.

— Давай, - подвигаю к себе кучку со своими «фишками».

Наконец-то и вам применение нашлось, мои хорошие, - мысленно разговариваю с красными презервативами. - Не совсем по назначению, но хоть что-то. Не с водой же дети с балкона кидают?.. А у вас есть все шансы дождаться, когда близнецы подрастут и достаться им. Даже по прямому назначению.

Ох..

Тема на самом деле больная.

В сорок три уже четко понимаешь, что тебе в сексе нравится, а что совершенно не твое. Знаешь свое тело, зажигаешься с полтычка и поклоняешься богине Овуляции за обильные влажные осадки.

Проблема другая, как и у нас в Администрации: знаешь как надо, а вот реализовать совершенно некому. Исполнителей хороших в нашем возрасте ой как не хватает.

Сверстников, да даже на примере Ильи, который в третий раз подряд проигрывает мне свои «фишки», интересуют только девушки помоложе. И я его понимаю. Сниженный тургор кожи удручает.

Остаются кавалеры постарше.

Есть у меня один такой.

Валерий. В театрах, аптеках и мероприятиях по программе нижегородского долголетия он хорош, а вот в выборе цветов и в постели - не очень.

Ни его конек.

— Опять я выиграла! Сдавай! - воодушевляюсь.

Илья, молча выдает карты.

Я рассматриваю их, предусмотрительно ставлю на свою победу три презерватива, и наблюдаю, как Александров ставит не меньше десяти, пока тянусь к колоде за третьей картой.

— Двадцать одно, - радуюсь победе, забирая себе и синие, и красные презервативы. - Ой, у тебя, кажется, все фишки закончились. Как жаль! Ты ведь обычно всегда выигрываешь, - смачиваю губу пьяной облепихой.

Александров заводит руку за спину, отчего его рубашка еще сильнее облегает плечи, кажущиеся такими массивными, что я скорее гоню эту мысль взмахом головы.

— Так пойдет? - достает из кармана пиджака.. пачку с презервативами.

Свою.

Вдоль позвоночника пробегает стая мурашек. В другой ситуации, осознание, что у Александрова есть секс, меня бы позлило или расстроило, а сейчас возбуждает. Дожили, черт возьми.

— Пойдет, - отвечаю как можно равнодушнее. - Думаешь, получится отыграться?

— Постараюсь, - отвечает он, сдавая.

И действительно отыгрывается.

Фортуна больше явно не со мной, потому что через полчаса рядом с Александровым собираются все презервативы в этой квартире. Синие, красные и те, что точно не лежали мертвым грузом три года.

И, думаю, они вообще умирают «зелеными», только сойдя с прилавка.

Это злит, потому я и мамина облепиха во что бы то ни стало решаем отыграться, что вполне возможно, если достать карту из-под цветка или вторую - согревающую сердце.

— Займи мне пару презервативов? - прошу бывшего мужа.

— Вот еще, - говорит он невозмутимо. - Обойдешься.

— Будь другом. Очень надо..

— Мне они самому нужны.

Я смотрю на сотню презервативов, и на языке крутится колкость, не многовато ли ему будет?

Глаза Александрова снова опасно блестят, только поэтому я молчу.

— Лучше подумай, что тебе поставить, - Илья склоняет голову и постукивает пальцами по столешнице.

— Раздеваться я не буду - сразу предупреждаю.

— Не я это сказал, Лель, - опускает взгляд в зону декольте.

Я шумно дышу и решаюсь на авантюру.

В конце концов, чего только не сделаешь ради туза?..

Запустив руку в вырез платья, ловким движением отлепляю силиконовые накладки, для объема скрепленные посередине застежкой, и пока Илья собирает со стола нижнюю челюсть, незаметно зажимаю карту в руке.

— Это что?

— Догадайся, Александров, - закатываю глаза.

Теперь оба смотрим на зону моего декольте, которая словно за минуту осиротела. Ложбинка выглядит уже не так заманчиво, груди тоже подупали.

Вот она, правда жизни.

Грустно становится.

— Повышаю ставку, - говорит Илья, двигая в центр почти все фишки.

— Мне нечем повышать, - растерянно говорю.

— Что? Нижнего белья не осталось? - грязно шутит.

— Не твое дело!..

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Ставь поцелуй.

— Я могу тебя только покусать, - хмурюсь.

— Звучит, охренеть как заманчиво, - расстегивает еще одну пуговицу на рубашке.

В конце концов, что я теряю?

У меня в руке туз и две десятки.

Я все равно выиграла.

— Ладно. Повышаю до поцелуя.. - делаю вид, что страшно волнуюсь.

— С языком?..

— Илья! - вспыхиваю.

Всем телом вспыхиваю. От кончиков волос до пальчиков на ногах.

Для храбрости приканчиваю последнюю порцию облепихи.

— Вот, - вскрываю карты с победным видом и тут же оседаю.

Плечи сникают, а разочарованию нет предела.

— Но.. как.. - разглядываю две десятки и шестерку.

— Ты не это ищешь?..

Поднимаю глаза и вижу, что Илья демонстрирует тот самый туз.