Сдавайся снова, Александрова.

Глав 48. Ольга

В дверь настойчиво звонят. Затем долбятся.

— Сейчас. Минуту.. Да что ж такое.. - ноги запутываются в тапках.

Я поднимаюсь с кровати в полной темноте, запахиваю поплотнее шелковый халат и иду сполоснуть опухшее от слез лицо.

— Минуту.. - кричу.

Конечно, я знаю кто там.

Илья..

Мой Илья..

Сейчас я уже остыла, разобралась в себе и готова признать: вспышка ревности к Алене была совершенно напрасной.

Мы расстались на десять лет. Десять лет, черт побери.

Сколько это?

Больше трех с половиной тысяч дней..

И столько же одиноких ночей.

У каждого из нас в это время была какая-то жизнь. Нет смысла начинать все заново, если винить друг друга, какой именно она была. Ведь сам факт того, что мы снова вместе, просто кричит: счастья там не было. Ни у меня, ни у Ильи. Ни с Валерой, ни с Аленой, ни с кем бы то ни было.

Конечно, обидных, чудовищно бестактных слов Тамары Семеновны это не оправдывает.

Снова всхлипываю от досады. И злость, и растерянность, и неуверенность одновременно накрывают.

— Да иду я, иду, - реагирую на еще один звонок.

Спешу к двери, открываю и ахаю от удивления, прикрывая рот двумя руками.

— Тема? Настя? Проходите.. - спохватываюсь.

— Привет, мам, - говорит Артем виновато.

— Привет, мамочка..

Сын стоит на пороге с букетом высоких белых роз, дочь - с мягкой игрушкой в виде мамонтенка.

— Сейчас, - Настена судорожно ковыряется в телефоне, из динамика которого вдруг слышится знакомый с детства каждому ребенку мотив.

Сердце взмывает ввысь и валится на землю от трогательности момента. Я прислоняюсь плечом к стене и улыбаюсь, а на глаза накатываются слезы.

— По синему морю, к зеленой земле, - дружно заряжает дуэт, состоящий из моих взрослых самостоятельных детей. - Плыву я на белом своем корабле. На белом своем корабле, на белом своем корабле.

Когда? Когда они успели так вырасти?

Неужели этот бородатый дядька выше меня ростом - мой мальчик, которому я пела колыбельные и ругала за фантики под диваном?

Неужели эта красивая, утонченная девушка - моя дочь? Мой маленький Совенок?

— Меня не пугают ни волны, ни ветер, - подпеваю я детям, сквозь слезы. - Плыву я к единственной маме на свете. Плыву я сквозь волны и ветер. К единственной маме на свете.

В проигрыше Артем встает на одно колено и галантно вручает мне цветы.

Я принимаю их и шумно всхлипываю, шмыгая носом.

— Скорей до земли я добраться хочу, "Я здесь, я приехал!" - я ей закричу, - продолжают петь дети. - Я маме своей закричу, я маме своей закричу.. Пусть мама услышит, пусть мама придет, пусть мама меня непременно найдет! Ведь так не бывает на свете, чтоб были потеряны дети.

— Ведь так не бывает на свете, чтоб были потеряны дети, - подвываю я, кладу цветы на пуфик и обнимаю их обоих за шеи. - Спасибо вам, дети!

Прижимая к себе, ругаю по-матерински:

— С ума сошли? Растрогали мать.. Пойдемте пить чай.. Посидим, как раньше. Дома..

— Мы тебя любим, мам! - Артем целует в щеку.

— Я вас тоже люблю. - забираю розы. - Шикарные какие! Спасибо еще раз..

— Ты у нас самая лучшая. - добавляет Настя вдогонку к цветам. - И самая красивая.. И молодая! Не слушай ты бабушку Тамару, она ведь абсолютно ничего не понимает в моде. Скриншоты свитшотами всю жизнь называет, а такой фигуры, как у тебя, у нее никогда не было.

— Все она понимает, дочь. - Я качаю головой и достаю сервиз. - Специально меня хотела обидеть. Задеть побольнее..

— Думаешь?

— За Илью обиду держит. Как мать.. - ставлю цветы на стол, включаю чайник и сажусь. - Может быть, и я такой стану? Когда-нибудь..

— Ты не станешь.. Поколение другое, - отвечает Артем серьезно. - И характер.. Ты у нас деликатная, мам, стараешься обходить острые углы. Одно то, как ты приняла Полину с Соломоном.. Никогда слова против не сказала.

— А что же я скажу? - приглаживаю волосы.

Лукавлю, конечно.

Много всего думала. И поначалу, и сейчас. Может быть, и существуют такие свекрови, которые невесток как родных дочерей любят, но это точно не про меня. И дело вовсе не в Полине, хотя отчасти и в ней тоже. Разные мы. Очень разные. Но позволить себе такую грубость, как Тамара Семеновна? Никогда и ни с кем бы не смогла.

— И Полю извини, - Артем будто мысли мои читает. Заступается за жену. Хоть это радует. - Она ведь как лучше хотела, чтобы вы не заскучали, еще в начале недели позвала Валерия и Алену. Волновалась, старалась угодить, чтобы понравиться.

— Конечно, я не обижаюсь. - машу рукой и поднимаюсь, чтобы налить детям чай.

В дальнем ящике шкафа нахожу их личные кружки.

Настину с феями, Артема - с машинкой.

Они смеются, подшучивают друг над другом.

Снова думаю, насколько жизнь скоротечна. Сначала ты дуешь им на коленки, успокаиваешь по каждой мелочи, становишься их опорой и поддержкой, а потом они незаметно вырастают, и ты опираешься уже на них.

— Мы ведь не знали, что вы с папой сошлись.. - говорит Артем.

Дети с улыбками переглядываются, а я безнадежно краснею.

— Он рассказал?

— Дождешься от вас, родители! Сами узнали. По всему поселку ваши фотографии развешаны. - отвечает Артем со смехом. - Я же говорил, что собак надо выгуливать на специализированной площадке, иначе фото нерадивого владельца размещают на всех информационных досках?

— Эмм.. Я про это и не вспомнила. - сервирую стол, вспоминая свой наряд в тот вечер.

Чулки, развевающееся по ветру пальто, поцелуи Александрова..

Стыдно-то как. Я в этот поселок теперь как минимум полгода не въездная.

— Уже не спрашиваю, что вы той ночью делали возле нашего дома и почему были так странно одеты.. - Артем усмехается.

— Лучше закроем эту тему, - тут же охотно соглашаюсь и пожимаю ладонь сына, но искренне радуюсь, что больше не надо обманывать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍А Настя вновь чуть не плачет. Приходится успокоить и ее.

Все-таки есть вещи, которые десять лет спустя нам с Ильей не исправить и никак не догнать. Одна из них - то, что наша дочь выросла в неполной семье.

— Мамочка! - Настя сжимает мои руки. - Я так рада, что вы с папой снова вместе. Сложно найти двух людей, которые бы так подходили друг другу.

— Вашего отца вообще сложно найти.. Вот где он сейчас? - наконец вспоминаю, что, вообще-то, за дверью ожидала увидеть Илью.

За окнами давным-давно темно. Город готовится ко сну.

— Папа уехал следом за тобой после того, как в пух и прах разругался с бабушкой. - Артем и Настя переглядываются. - Может быть, он заехал на работу? Или позвонил?