Сдавайся снова, Александрова.

Глава 47. Ольга

— Сначала засрут весь блокнот, а потом - с чистого листа ему подавай! - очень недружелюбно отвечает Александрову мама.

— Мама.. Пожалуйста.. Хватит! - останавливаю ее и перевожу взгляд на Илью.

Сглаживаю ее резкость теплой улыбкой и, опустив ладонь на его ногу, сжимаю ее под столом.

Но семейный вечер только начинается..

Надо сказать, развелись мы в общепринятом смысле довольно мирно и много лет на всех семейных мероприятиях всем составом «держали лицо». Так, наверное, часто бывает, когда в семье остаются дети.

— Это кто еще чего «засрал»? - не выдерживает Тамара Семеновна с другого конца стола. Вскакивает с места и зло смотрит то на меня, то на наших родственников. - Развели тут кардабалет понимаешь, чумовые. От сына она моего нос воротит..

— Ворочу! А что хорошего ваш сынок сделал? Внуков? Так тут много ума не надо.

— А ваша Оля очень умная, да? Не чешите мои нервы! Чуть что сразу из квартиры его выставила. А это и его квартира была! Он зарабатывал!

— Зарабатывал! Как же..

— Что-то у вас, Алена Кирилловна, за десять лет очередь за Олюшкой, такой красавицей, не выстроилась! - зло кивает на Валерия. - Или пенсионеры без очереди?

Как минимум десять пар глаз как по команде смотрят влево. Окрошку, слава богу, так никто и не попробовал.

— У вас тоже, Тамара Семеновна: за таким-то золотым сыночком Илюшенькой - ажиотажа из достойных кандидатур как-то не наблюдаю! - мама вдруг делает немыслимое: расставляет пальцы возле ушей.

Обе уставляются на Алену и Валерия, пока мы с Ильей молниеносно и безнадежно краснеем.

Полина, кажется, вот-вот расплачется.

Артем с Настей переглядываются.

— Бабушка..

— Жаба засушенная! - Тамара Семеновна аргументированно продолжает спор.

— Швабра с ручкой! - отвечает ей моя интеллигентная и не менее аргументированная мать.

Я прикрываю глаза, желая, как минимум провалиться под землю. Ровно в этот момент внушительный кулак Александрова с грохотом опускается на стол.

Так, что тарелки подпрыгивают.

И я тоже.

— Так.. мамаши! Прекратили! - его голос тоже гремит.

— Илья.. - шепчу успокаивающе и пялюсь на маму.

— А ты мне не указывай. Ты мне не зять! - оскорбляется она.

— Илья.. Сынок.. - Тамара Семеновна всхлипывает от обиды.

— Обе на хрен прекратили! - он командным басом останавливает свою мать. ЛеваЛешики зажимают ушки руками и пялятся на разъяренного деда. - Развели тут демагогию.. Вы в доме моего сына. Здесь, вообще-то, мои внуки!

Наконец-то образовывается тишина, которую вовремя заполняет Геннадий.

— Эх.. - он задорно вздыхает перед тем, как опрокинуть стопочку. - Только сейчас понял, что у нашего поколения совсем пропал дух авантюризма. Мы ведь перестали как следует сраться за столом..

— Гамадрил! - обрывает его теща.

— Мама, перестань! - шипит Маринка.

Лева видимо решает, что это веселая игра, и хохочет.

— Гамадрил-гамадрил. А ты.. похож на наггетс.. - обращается он к Валерию со всей своей детской непосредственностью.

Видимо, имея в виду его рыжий костюм.

Илья смешно хмыкает.

— А ты.. Чебурашка! - Леша обзывает Алену, тем самым, впервые в жизни произнося что-то на чистом русском языке.

Лучше бы эта умелка пришла чуть позже, потому что девушка вот-вот расплачется.

— У него проблема с речью! - я оправдываюсь перед ней. - Что ты имел в виду, Лешенька?

Лучше бы молчала.

— Чебурашка! Чебурашка! - он повторяет до тех пор, пока Артем не уносит их вместе с братом.

Тамару Семеновну отвлекает Полина, маму - Марина и Настя.

Мы наконец-то выдыхаем.

— Да я не обижаюсь, Оленька! - Валера поправляет костюм "Наггетса". - Так обрадовался, когда Полина пригласила меня на ваш семейный вечер. Такая дружественная обстановка.. - пьет компот и смотрит на сетку, которой огорожен телевизор.

— Очень, - я кисло улыбаюсь. - Но у нас так не всегда.. Простите..

— А я билеты взял нам на выставку. На следующей неделе пойдем, Оля?

— Очень интересно.. - хрипит Александров мне на ухо, обдавая горячим дыханием. - А что за выставка?

— Клод Моне.

— Это тот, который брат портмоне? - Илья на полном серьезе спрашивает.

— Не слышал о таком.. - Валера хмурится.

— Вряд ли получится.. - отвечаю.

— Илья! - вдруг решает пообщаться Алена. Она, кажется, отошла. - Ты не возражаешь, если я к твоей маме пересяду?

— Я? - теперь Александров вместо успокоительного сгребает в ладонь мое колено, выглядывающее из-под юбки. - Да делай как считаешь нужным. Почему ты вообще у меня спрашиваешь?

— Спасибо! - она немного нервничает, забирает телефон со стола и поправляет подол платья. - Хочу показать вам фотографии, Тамара Семеновна. Это мы с Ильей Новый год отмечали..

— Новый год? - бывшая свекровь расцветает и хватается за очки.

Я опускаю глаза..

Когда успели?

Перед Новым годом мы оба были заняты нашими внуками. Посменно вели дежурство и много работали.

— Я организовала свидание в студии ароматов, - продолжает Ардова увлеченно и водит пальцем по экрану. - Илья создал настоящие духи для меня, а я - для него.

— Я их даже не забрал, - Александров смотрит на меня предупреждающим взглядом, но я уже скидываю его руку с ноги и задираю подбородок. - Она давно планировала. Не мог я отказаться..

— Какая ты красивая здесь, Аленочка! - Тамара Семеновна фонтанирует восхищением, разглядывая фотографии. - Илья, и ты здесь другой!

— Перестань. - он комплименту не рад.

— Вот что значит молодость! А то разоденутся.. в кожу. И думают, что шибко молодые. Смешно!

Я проглатываю обиду и грустно улыбаюсь.

Это ведь неизменно.

Возраст женщины - то, что нечем бить. Ты можешь быть сколько угодно красивой, успешной в работе и самодостаточной, но каждый, кто решит тебя задеть, может просто назвать тебя старой...

С меня хватит. Правда.

Решаюсь.

Под новый обстрел ругательств с трех сторон - Ильи, мамы и Тамары Семеновны, незаметно выхожу из душной гостиной, надеваю ботинки, хватаю пальто и сумку.. и плотно прикрываю дверь.