Страница 39 из 63
— Как же меня заебал этот Семён, — шипит при этом, пока я пытаюсь прийти в себя от проявления его очередного неадеквата. — Везде, блять, он.
Я уже, наверное, должна уже привыкнуть к новому и единственно реальному Ване. Осознать, что чем более идеальный образ отыгрывает человек, тем больше тараканов там внутри, тем гуще тьма, которую прячет за искусственным светом. Но чтобы вот так... Не похоже, что Ваня сейчас вообще соображает, что творит.
А значит, я жесть как влипла. Его не остановит ничто. Мама не вернётся... Семён вряд ли что-то успел понять — для него я просто позвонила и исчезла. Даже если успел ответить, вряд ли слышал ту нашу с Ваней потасовку или понял, что это она.
Полиция? Теперь без шансов их набрать. Неоткуда.
Снова кидаюсь к ванной. Ваня снова за мной. В итоге я успеваю зайти в само помещение, но запереться нет. Почти закрыла дверь, на которую с другой стороны теперь давит Ваня.
И да — он сильный. Я точно так долго не смогу, хотя пытаюсь и руками, и ногами.
— Ты подумай над смыслом своих действий, — у меня дрожит голос. — Мы были близки, мы были парой, зачем ты так?
— Вот именно, мы были парой, — с ядом в голосе подхватывает Ваня. — И остались бы, если бы не твои заёбы. Так прояви благоразумие хотя бы сейчас и расстанься со мной нормально, а не тупо блокируя везде.
— Ты считаешь нормальным расставанием твои домогательства? — в какой-то момент я будто и вправду пытаюсь понять его логику.
— Нормальным расставанием было бы, если бы ты дала мне, а не выёбывалась так, будто это не ты ещё недавно не льнула ко мне и не шептала, как со мной хорошо, — Ваня будто искренне на меня злится, не понимая, каков в этой ситуации сам. — А теперь, блять, хуйню несёшь про изнасилование. С каких это пор мы чужие?
— С тех пор, как ты стал так выражаться! — не знаю, что и зачем пытаюсь ему доказать. Но прям кричу. — И так себя вести! Очнись!
— Не пизди, чужим я тебе стал и до этого, — яростно проговаривает Ваня, сильнее долбя в дверь. Меня разве что не шатает вместе с ней. — Когда ты просто съебалась без предупреждения, ещё и снюхавшись с Семёном у меня за спиной.
Снюхавшись? Вообще-то он меня похитил, и я сказала об этом Ване. Но он, конечно, зациклился только на своём.
И бесполезно что-то доказывать — так я ничего не добьюсь. И дверь он вот-вот окончательно откроет и шагнёт в ванную, которая вообще-то у нас в квартире небольшая. Я окажусь в ещё меньшей территории наедине с ним, и вырваться-убежать станет ещё сложнее.
Ору изо всех сил, зову на помощь, хватаюсь за первый же попавшийся тюбик — кажется, это жидкое мысло — кидаю им в Ваню. Он уворачивается, не отпускает дверь. В отчаянии пытаюсь просто пробежать мимо к выходу... Лучше отпереть входную — так я, хотя бы, не буду заложницей квартиры. И смогу позвать на помощь.
Бегу изо всех сил в сторону двери, но Ваня быстрее. Как назло, почти сразу в себя приходит и кидается, уже почти ловит. Спасает только то, что я всё-таки вспоминаю, что в подобных ситуациях неплохо бы лупить между ног.
Это и делаю. Кажется, чуть промахиваюсь, но и такого удара достаточно, чтобы Ваня взвыл от боли и тормознул. На бешеном адреналине быстро отпираю дверь, которую мама всё-таки закрыла за собой на ключ. Кажется, мельком успеваю ухватить, что Ваня приходит в себя как раз в момент, когда я выбегаю из квартиры.
Ускоряюсь. Мамы здесь нет. Но я и не собираюсь проверять её наличие у соседки — мне не до того, ни секунды медлить нельзя. Умом понимаю, что я уже на свободе и вряд ли Ваня будет насиловать меня на лестничной площадке или где-то ещё в опасном месте, где мои крики точно услышат и могут прибежать. Но страх запоздало накрывает настолько, что я только и могу, что нестись по лестнице вниз. До тех пор, пока не чувствую вдруг встречное такое же быстрое движение.
Почти врезаюсь в Семёна. И застываю — страх как-то резко пропадает. Появляется настолько мощное неожиданное ощущение безопасности, что разве что не плачу от облегчения. Кажется, ком в горле чувствую... И дрожу всем телом.
Его руки поддерживают меня за плечи, и какое-то время мы оба так стоим, тяжело дыша. Наверное, я должна что-то объяснить... Или нет? Он бежал мне навстречу — так, что явно решил, что не стоит терять время и ждать лифта. Вряд ли к кому-то другому в этом доме. Ко мне...
Понял даже по такому звонку, что что-то случилось?
— Выходи на улицу, — заговаривает напряжённым голосом, а у меня вопреки всей сложности ситуации в голове только то, что мы слишком давно не виделись. — Я спущусь позже.
Только из-за этих слов я всё-таки поднимаю голову, чтобы проверить Ваню. Стоит, бледный, просто смотрит на своего типа друга. Как оцепенел. И только от слов Семёна всё-таки, вздрогнув, подрывается обратно наверх.
Я тут же спускаюсь вниз, больше и не чувствуя рук на себе. Не буду задерживать Семёна... Хотя не сомневаюсь, что он при любом раскладе настигнет Ваню.
Уже на улице с тяжёлым вздохом опускаюсь на скамейку, пытаясь успокоить всё ещё стремительно грохочущее сердце. Не сразу даже понимаю, что у меня по щекам катятся слёзы. Странно... Ведь я больше не чувствую ни боли, ни страха. Меня спасли. Запоздалая реакция?
Не знаю, что сейчас ждёт Ваню. Но явно ничего хорошего. Я даже толком не взглянула на Семёна, но уловила это каждой клеточкой, когда стояли близко. И когда подняла взгляд на своего бывшего...
У него был такой вид, будто смерть свою увидел. И явно пожалел сразу обо всём сегодняшнем — да что там, о своём существовании наверняка даже.
В какой-то степени я даже сочувствую. Потому что Ваня хоть и конченный мудак, но участь у него явно будет ну очень уж незавидная. Может проще было бы просто сдать его следствию?
У меня нет сомнений, что он дошёл бы до конца, если бы его не остановили. И, наверное, именно поэтому я всё равно останусь сидеть тут, полностью доверяя его участь Семёну. И даже тот факт, что мама может стать свидетельницей непонятно каких разборок, меня не останавливает.
Не сомневаюсь, что Семён справится и с этим.