Снег и Шелк

Глава 16

Перевал Минбо перешел в руки юго-восточной армии. Еще два дня дел было невпроворот: складывали погребальные костры для своих и чужих убитых, перетаскивали раненых в пещеру, закрытую от мороза и ветра, которую заблаговременно нашел доктор Си. За минувшие три дня он не сомкнул глаз: раненых было много, и он шил, вправлял, прижигал, готовил отвары и примочки, разрываясь между лечебницей и импровизированной кухней. Сперва на него многие косились недоверчиво, но, видя, как он работает, не покладая рук и не жалея себя, некоторые молодые солдаты взялись ему помогать. Лечить в войске не умел почти никто, но зато любой мог проследить за кипящим снадобьем, сменить раненому повязку, нарезать чистых тряпиц.

Его появление было как нельзя кстати. И хотя подозрения все еще оставались и Чжоу Мин не знал, как подтвердить его невиновность — доктор оказал неоценимую помощь.

Генерал Чжоу тоже не спал, но по другой причине. Он досадно думал, что время уходит. Он узнал стратегию старого, опытного воина Син Чжухэна, с которой они уже сталкивались с отцом: для него было в порядке вещей устраивать кровавую резню, не щадить пленных, занимать всю территорию в поле зрения. Разведка, высланная по тракту дальше, вернулась с неутешительной новостью: северяне отступили с перевала, но перекрыли все выходы с него, выставили посты по обе стороны тракта, подтянули орудия с других, еще не атакованных позиций. Разведчик И Вэй даже не стал говорить, что их больше тысячи: честно признался, что сбился со счету. Они могли устроить осаду. Запереть значительную часть имперской армии в горах, оставить без продовольствия и с единственным спуском — обратно к озеру.

По оценкам обозных, продуктов оставалось ровно столько, чтобы вести быструю войну, на осаду рассчитано не было. Зерна могло хватить на две недели, если сократить и без того не очень-то сытные порции, сушеного и вяленого мяса — на три, соли — и того меньше, а хуже всего дела обстояли с обогревом: дров было мало, на высокогорье не росли деревья, можно отправлять вниз за хворостом небольшие группы людей, но это опасно. Каждый такой поход стоил времени, сил, а кому-то — и жизни.

На четвертый день осады перевала Чжоу Мин созвал совет. В его шатре, не менее холодном, чем у простых солдат, и пронизанном колючим высотным ветром, собрались Чэн Бин, Шуан Фан, Бо Гуан и двое военных советников Ли Сю и Ван Ци — талантливые ученые и уже далеко не молодые, они не участвовали в битвах, а работали с планом.

Занятое императорской армией плато находилось на высоте больше трех с половиной тысяч над уровнем моря. Здесь уже ничего не росло, и дальше, вверх по хребту, местность становилась только суровее: обнаженные черные скалы, глубокие трещины под снегом и льдом, протяженные ледники. Лагерь отступивших северян легко можно было увидеть сверху: он располагался в естественной каменной чаше в соседней долине. С трех сторон подступы к нему были каменные, с четвертой стороны в чашу врезалась глубокая расселина, поросшая зеленью — узкий, извилистый коридор, хороший для того, чтобы спрятать пару сотен бойцов, но сверху его было очень легко обстрелять или залить кипящей водой. Пытаться прорваться напрямик с любой стороны было бессмысленной тратой сил и ресурсов: отвесные скалы или, наоборот, слишком открытая местность были рискованными зонами.

— Может, попробовать выкурить их дымом? — нервно усмехнулся Шуан Фан. — Доктор Си жжет полынные сигары, когда делает прогревание раненым, от них ужасный едкий запах и густой плотный дым.

— Ты хочешь их уничтожить или поправить им здоровье? — проворчал Ван Ци, и по шатру прокатился неловкий, сдавленный смешок. — Если мы израсходуем запасы доктора, то наших будет нечем лечить.

— Помню, как в подобном случае в горах Хайянь нам удалось их забросать горшками с маслом и камнями, — подал голос Чэн Бин. Идея была бы неплохая, но только при наличии камнеметных машин. Своих не привезли, а чужие сбросили в пропасть, расколотив на части.

— Нужно брать не силой, а хитростью, — поднял палец вверх старый седой советник Ли Сю. — Ясно же, что от простой и прямой атаки нам не будет пользы, а на долгие и мелкие вылазки у нас не хватит ни людей, ни припасов. Син Чжухэн привык действовать напрямик, брать силой, числом, устрашением. Нам нужно разыграть с ними партию в вэйци, — добавил он и махнул рукой солдату-охраннику, чтобы принес облавные шашки с доской.

Чжоу Мин слушал молча, спустив ногу с камня и обхватив колено. Отец учил его думать восемь раз и только потом делать, но сейчас было необходимо поторопиться: неизвестно, что придумают мятежники в следующий раз. Побеждает не тот, у кого больше людей, а тот, кто первым заставит врага совершить ошибку. И поэтому в предложении старого советника был смысл: партия облавных шашек — это живая стратегия, чтобы победить, нужно не только расставить как можно больше своих шашек, но и загнать противника в безвыходное положение, когда ему некуда ходить. И в этом случае в руках юго-восточной армии шашек было даже больше.

Но Син Чжухэн, ведущий армию северян — не мальчишка, он сам ошибку не совершит, особенно если поймет, что противник действует противоположно его тактики идти напролом. Ошибку ему нужно подбросить.

Молодой генерал поднялся и разложил на доске круглые камни: черные — северяне, белые — юго-восток. Группа белых распределилась по левой части доски, черные сгрудились в большой неровный круг на противоположной стороне. Чжоу Мин подвинул несколько белых камней и окружил черные.

— Мы сами заставим их выйти. Вот здесь, на полпути к чаше, есть небольшое плато. Места мало, но для пары сотен человек хватит, — он взял уголек и обвел на карте подъем к следующему перевалу. — Если туда поднимется небольшой отряд, скажем, те самые пара сотен человек, у северян будет соблазн их окружить и загнать в чашу, чтобы их основные силы с нашими расправились на своем месте. Они понадеются на легкую победу и либо захватят отряд в кольцо, либо станут обстреливать исподтишка. Мы же сделаем вид, что покинули перевал, чтобы они подумали, что наши главные силы пошли на штурм. А мы в это время, — угольный след скользнул с перевала вниз и прочертил дугу вокруг чаши, — обойдем их с двух сторон и третий отряд пустим по расселине, о которой они к тому времени могут и благополучно забыть.

— Отлично, Чжоу-гунцзы, отлично, — мрачно похлопал в ладоши советник Ван. — Окружение в окружении. Настоящая игра в вэйци на земле.