Страница 116 из 134
На столе перед ним не было ни документов, ни вина, ни чего-либо еще.
Только закрытая чернильница.
Он повернулся.
— Леди Маэр. Госпожа Ланская.
— Вы хотели говорить, — сказала Маэр.
— Да.
Он посмотрел на меня.
— Вашей зеленой папки никогда не было в том архивном томе.
Ни вопроса.
Ни попытки скрыть.
— Почему вы так решили? — спросила я.
— Потому что если бы Лиара Морвен действительно получила оригинал дополнительного распоряжения, она не стала бы прятать его в фонде, который регулярно проверяет моя канцелярия.
— Почему?
— Она была умнее.
— Но вы все-таки отправили за ним Дарена Васса.
Леонар почти улыбнулся.
— Значит, вы его задержали.
Маэр не ответила.
— Вы дали ему письменное распоряжение уничтожить документ.
— Незарегистрированную копию.
— Я прямо сказала вам, что считаю его оригиналом, имеющим отношение к убийству Кассиана.
Леонар посмотрел на нее.
— Вы сказали, что он может быть оригиналом.
Маэр молчала.
Я вспомнила разговор.
Нет.
Она сказала «оригинал».
Определенно.
— Нет, — сказала я. — Вы сейчас пытаетесь изменить формулировку.
Леонар перевел взгляд на меня.
— Уверены?
— Да.
— Хорошая память?
— Нет. Маэр ведет собственные записи сразу после каждого разговора.
Это было правдой.
Не протокол.
Личные рабочие заметки с формулировками.
Леонар слегка кивнул.
— Тогда у вас есть основание считать мой приказ подозрительным.
— Именно.
— Но не доказательство убийства.
— Нет.
Его взгляд стал внимательнее.
— Вы снова не торопитесь.
— Один раз уже поторопилась с вами.
— Я помню.
— Мне тоже помогло.
Маэр спросила:
— Почему вы отправили Васса?
Леонар отошел от окна.
— Потому что хотел увидеть документ до комиссии.
— Зачем?
— Чтобы понять, что именно Лиара успела найти.
— И уничтожить.
— Если это незарегистрированный лист, который мог быть подложен для политического обвинения против канцелярии, да.
— Ночью. Без комиссии.
— Я не доверяю полностью вашей комиссии.
Маэр не изменилась в лице.
— Почему?
— Потому что информация из расследования уже несколько раз утекала.
— Из канцелярии.
— Вы это предполагаете.
— Теперь мы знаем, что Тирн незаконно менял записи.
— Тирн не вся канцелярия.
— Вы знали?
Вот теперь наступила важная пауза.
Леонар ответил:
— Не обо всем.
— О чем знали?
— О том, что он иногда решал технические проблемы неофициально.
— Через шантаж архивиста?
— Нет.
— Через изменение государственных журналов?
— Нет.
— Через вывод зеркальной соли?
— Нет.
— Тогда что значит «не обо всем»?
Леонар посмотрел на меня.
Потом снова на Маэр.
— Я знал, что в системе есть незаконные исправления.
Комната стала очень тихой.
— Когда узнали? — спросила Маэр.
— Около года назад.
— И не сообщили Совету?
— Начал внутреннюю проверку.
— Почему тайно?
— Потому что не знал масштаба и не хотел предупредить людей внутри собственной службы.
— Кассиан знал?
— Частично.
Я почувствовала, как меняется одна из старых связей.
— Поэтому он расследовал документы?
— В том числе.
— Вы работали вместе?
— Иногда.
— Тогда почему он привлек Лиару отдельно?
— Потому что перестал доверять моим людям.
— Вам?
Леонар не ответил сразу.
— Возможно, и мне.
Это могло объяснять многое.
И одновременно могло быть ложью, придуманной после того, как его поймали.
— Почему вы вчера не рассказали об этой внутренней проверке? — спросила я.
— Потому что не хотел раскрывать все человеку, которого еще недавно обвиняли в убийстве Кассиана.
— Маэр?
— Она могла получить позднее, когда появилось бы основание.
Маэр холодно сказала:
— Основание появилось в тот момент, когда наследника убили.
— Возможно.
Я почти рассмеялась от того, что он использовал мое слово.
Не стала.
— Где материалы вашей проверки? — спросила Маэр.
— В личном архиве канцелярии.
— Они будут переданы комиссии сейчас.
— Да.
Слишком легко.
— И все?
— Все.
Маэр посмотрела на меня.
Я понимала вопрос.
Верим ли?
Не знаю.
Леонар продолжил:
— Но прежде чем вы решите, что поймали меня на попытке уничтожить доказательство, подумайте об одной вещи.
— Какой? — спросила я.
— Я знал, что информация может быть ловушкой с момента, когда вы ее сообщили.
— И все равно отправили Дарена.
— Да.
— Почему?
— Потому что если это ловушка, вы получите действие, которое интерпретируете против меня. Если это настоящий документ, я узнаю, что именно нашел Кассиан.
— Вы сознательно выбрали риск?
— Да.
— И приказали уничтожить.
— Если документ окажется незарегистрированной копией.
— После того как Маэр назвала оригиналом.
— Это мы уже обсудили.
Я смотрела на него.
— Вы знали, что Васса могут задержать.
— Допускал.
— Тогда ваш приказ составлен так осторожно специально.
— Разумеется.
Не отрицал.
Вот это было хуже.
— Вы сейчас признаете, что заранее оставили себе юридическое объяснение.
— Я канцлер. Я почти двадцать лет пишу распоряжения так, чтобы они выдерживали чужое толкование.
Маэр спросила:
— Господин Грейс, вы понимаете, что после сегодняшней ночи я обязана представить этот приказ Совету?
— Понимаю.
— И запросить официальное ограничение ваших полномочий до проверки.
— Понимаю.
— Вы не возражаете?
Леонар чуть улыбнулся.
— Возражаю. Но понимаю.
Он посмотрел на меня.
— Теперь вы думаете, почему я не бегу.
Я ничего не ответила.
Он угадал.
— Потому что если я виновен, бегство будет признанием. Если невиновен, мне тем более некуда бежать.
— Очень логично.
— Вы цените логику.
— Когда она подтверждается фактами.
— Именно.
Маэр завершила разговор.