Страница 101 из 134
— Учитывая ранее установленный конфликт между братьями, прямую выгоду от смерти наследника и теперь найденное средство доступа в запертую комнату, комиссия должна немедленно рассмотреть вопрос о формальном обвинении.
Вот он.
Момент, для которого могли украсть кровь.
Формальное обвинение.
Статья двенадцать.
Леонар поднял руку.
— До того, как Совет перейдет к этому вопросу, я хочу услышать мнение экспертов по самому следу.
Я посмотрела на него.
Если он организовал подставу, такое требование было странным.
Если не организовал — логичным.
Если хотел выглядеть невиновным — снова логичным.
Мне хотелось перестать оценивать каждый его вдох.
Олден вышел к столу.
Председатель спросил:
— Вы подтверждаете, что след принадлежит принцу Ариану?
— Я подтверждаю, что рисунок на ключе совпадает с контрольным остаточным следом принца Ариана по шестнадцати устойчивым признакам.
— Это одно и то же.
— Нет.
В зале стало тише.
Председатель нахмурился.
— Объясните.
Олден посмотрел на меня.
— Лучше это сделает госпожа Ланская. Именно она впервые поставила под сомнение абсолютность метода, а затем мы подтвердили это экспериментально.
Я вышла вперед.
Несколько недель назад одно только мое появление в этом зале заставило бы половину людей посмотреть на женщину, обвиненную в убийстве.
Теперь они смотрели на меня как на человека, от слов которого зависело, будет ли следующий наследник обвинен в смерти брата.
Это было гораздо хуже.
— Остаточный след на обработанном металле действительно может очень точно совпадать с контрольным образцом человека, который этим металлом пользовался, — начала я. — Но в ходе расследования мы установили, что тот же рисунок можно создать искусственно.
Один из советников перебил:
— Совет уже слышал о частичной возможности переноса.
— Теперь речь не о частичной.
Олден положил на стол учебный ключ.
Рядом — контрольную пластину Марка.
— Сегодня утром мы повторили опыт в условиях, максимально близких к тем, которые могли использоваться при подделке.
Председатель спросил:
— Чей след на этом предмете?
— Помощника эксперта Марка Теля.
Марк вышел вперед.
— Вы использовали ключ?
— Нет.
— Касались?
— Ни разу.
— Тогда почему на нем ваш след?
Я ответила:
— Потому что мы перенесли его с контрольного образца с использованием зеркальной соли и небольшого количества его крови.
В зале стало шумно.
Председатель поднял руку.
— Тишина.
Один советник раздраженно спросил:
— Вы предлагаете Совету поверить, что главный метод экспертизы можно обмануть столь просто?
— Нет. Если бы было просто, мы получили бы нужный результат с первой попытки.
— Сколько потребовалось?
— Несколько опытов, подбор соотношения материала и правильная механическая нагрузка.
— Значит, убийце понадобились специальные знания.
— Да.
— Которыми принц Ариан мог обладать.
Я посмотрела на него.
— Мог. Как и многие другие люди, имеющие доступ к специалистам по обработанному металлу.
— Тогда ваша демонстрация не оправдывает его.
— Она не должна оправдывать. Она доказывает только одно: наличие совпадающего активного следа больше не позволяет автоматически утверждать, что принц Ариан лично держал найденный ключ.
Маэр едва заметно кивнула.
Правильная формулировка.
Я продолжила:
— В этом деле есть еще два обстоятельства. За несколько дней до обнаружения ключа из медицинского хранилища пропал образец крови принца Ариана. Запись о его уничтожении подделана.
Теперь даже те члены Совета, которые знали о пропаже, начали переглядываться.
— Второе: на найденном ключе присутствуют остатки использованной зеркальной соли.
Председатель повернулся к Олдену.
— Подтверждаете?
— Да.
— И кровь?
— Да.
— То есть на предмете одновременно присутствуют именно те материалы, которые вы использовали для искусственного переноса.
— Да.
Один из советников спросил:
— Но если принц действительно пользовался ключом после того, как на него случайно попала зеркальная соль, результат был бы тем же.
— Мог быть похожим, — ответила я. — Поэтому нам нужен следующий признак.
Я попросила Олдена показать увеличенные схемы.
На первой — естественный активный след Марка после реального использования контрольного инструмента.
На второй — искусственный.
На третьей — след с найденного ключа.
— При настоящем использовании давление руки распределяется неравномерно. Человек сильнее давит основанием большого пальца, указательным пальцем, отдельными участками ладони. Поэтому плотность реакции меняется.
Я показала первую схему.
— Здесь это видно.
Потом вторую.
— При переносе через подготовленную поверхность рисунок получается более равномерным.
И третью.
— След на найденном ключе намного ближе ко второму варианту.
Советник спросил:
— Это достаточное основание признать след поддельным?
— Само по себе нет.
— Тогда что мы вообще здесь обсуждаем?
— Совокупность.
Я не стала повышать голос.
— У нас есть украденная кровь конкретного человека. Доказанная возможность использовать такую кровь для создания ложного активного следа. Зеркальная соль на предмете. Необычно равномерное распределение рисунка. И главное — отсутствие нормальных контактных загрязнений в тех местах, где они должны были бы быть, если Ариан действительно пользовался ключом голой рукой.
Председатель посмотрел на Олдена.
— Что значит последнее?
Эксперт ответил:
— На рельефной рукояти есть активная структура, но почти нет обычных следов кожного жира в углублениях. При реальном сильном хвате я ожидал бы увидеть и их.
— А при искусственном переносе?
— Их можно не получить, если поверхность обрабатывали раствором и наносили материал целенаправленно.
Ариан все это время стоял молча.
Не вмешивался.
Не пытался помочь.
Я знала почему.
Любое его слово сейчас можно было бы представить как давление на экспертов.
Председатель повернулся к Маэр.
— Мнение комиссии?