Страница 36 из 65
У старухи были свои правила: мальчишек из бедных семей она учила грубоватым ухваткам, заигрыванию, неприличным танцам. Юноши из почтенных семей узнавали о способах утешить жену после тяжелого дня на службе, а меня она учила сама, раскрывая некоторые секреты женского тела. И вот теперь я вспомнил ее уроки, а еще понял, что Лукреции никто не объяснял обычаи, которым мой народ следует в браке! Поэтому я набрался смелости, и прикоснулся к ней, не испросив особого дозволения.
Старая Иммара рассказала мне, как чувствительны женские ноги:
– Смотри мой птенчик, – она тогда выпростала ногу из цветного башмака, и показала мне, – я стара, но мои пятки сверкают нежной кожей, от них пахнет жасминовым маслом, и мои мужья до сих пор любят целовать их. У бедных женщин нет времени ухаживать за собой, они часто ходят по песку и камням босиком, но ты станешь супругом храброй воительницы, имеющей много скота, и достаточно выделанной кожи на закрытые туфельки и сапожки. Научи ее этой ласке, вотри в кожу ароматное масло, и ты будешь любимцем в ее гареме!
Потом младший муж Иммары показал мне чувствительные точки на стопах и пальцах, научил правильно втирать масло, и показал свою коллекцию резных палочек, шариков и колец, с помощью которых он умело радовал свою госпожу. Я решительно расстегнул пряжки сандалий, и погладил тонкую белую кожу. Моя Лукреция отчетливо вздрогнула, и ее дрожь отозвалась сладостью в моем теле.
Какие тонкие пальцы! Как нежно голубеют венки под ее почти прозрачно кожей! Я еле удержался, чтобы не припасть губами к изящному подъему стопы, но госпожа отстранилась и холодно велела отвернуться. Пришлось подчиниться, жадно вслушиваясь в шелест одежд. Через некоторое время за спиной раздался сердитый вздох, потом нетерпеливая просьба:
– Ра…принц, помогите мне разобрать прическу!
Я с радостью подчинился, погрузил руки в сверкающее золото волос моей супруги, бережно, опасаясь причинить боль, выбрал все амулеты и кожаные ремешки, а потом восхищенно вздохнул, когда тяжелая масса волос упала на обнаженные белые плечи:
– Вы прекрасны, госпожа моя, чтимая супруга!
Лукреция дернула плечами, но промолчала, не запретила мне говорить и восхищаться ее красотой!
– Отвернитесь, принц! – снова потребовала она, и судя по звукам прошла к бассейну. Тут я заволновался, ведь по обычаю мне следовало помочь жене с первым купанием, в надежде, что она обратит на меня внимание, но Лукреция погрузилась в воду, и замерла, давая телу расслабиться и привыкнуть к теплу. Я продолжал стоять, надеясь, что жена призовет меня, но принцесса все молчала. Украдкой обернувшись, я заметил, что она засыпает прямо в бассейне, это было опасно! Решительно скинув бурнус, я скользнул в горячую воду, и выбрав губку и мыльный порошок негромко сказал:
– Госпожа моя, чтимая супруга, вы позволите мне помочь вам искупаться?
Лукреция испугалась! Она распахнула свои огромные прекрасные глаза и возмущенно спросила:
– Что вы здесь делаете принц?
– Хочу помочь вам с купанием, это один из обычаев моей страны.
– У нас девушке могут помогать только служанки! – резко ответила принцесса.
– Брачный шатер закрыт магией матери, к нам не сможет зайти даже лекарь, пока не свершится брак, – пришлось признаться мне, – а вас беспокоит рана. Здесь больше никого нет, позвольте мне помочь вам! – я постарался выразить все свое смирение одним взором, – клянусь, я не буду просить вас о большем, меня учили сдерживать свои порывы! – почти простонал я, чувствуя, как от одного взгляда на госпожу мое тело предательски зашевелилось.
Наверное, Лукреция все же прогнала бы меня из купальни, но ее повязка намокла и рану защипало, поэтому она повернулась ко мне спиной, отбрасывая волосы в сторону:
– Хорошо, я позволяю помочь мне, принц, но прошу вас сдерживать порывы и для начала убрать повязку.
Затаив дыхание, я любовался молочно-белыми плечами, и бережно разматывал набухшую от влаги ткань, стараясь держаться на расстоянии. Мое тело не желало слушать ни каких уговоров и жадно стремилось навстречу прекрасной принцессе.
Лукреция
В родной стране служанки постоянно помогали мне мыться, растирали кожу мягкой тряпочкой, втирали душистое масло, но никогда эти простые действия не вызывали столько чувств. Руки принца действительно оказались нежными, как лепестки роз, а мягкая губка в его руках плавно скользила по коже, вызывая не только смущение, но и приятную истому где-то внутри.
– Госпожа моя, откиньтесь назад, – попросил Лукас, бережно намыливая мои волосы.
Его пальцы перебирали спутанные пряди, гладили кожу головы, массировали виски и затылок. Я прикрыла глаза от удовольствия, любуясь сквозь ресницы теплым светом ламп, мне казалось, что я могу вечно плыть в ощущении тепла и нежности, но мужская грудь за спиной содрогнулась и над ухом сдавленно прозвучало:
– Принцесса, позвольте, я смою пену.
Пришлось выпрямляться, закрывать глаза и ждать, пока теплая вода потоком обрушится на голову, выгоняя прочь лишние мысли.
Выходить из воды я стеснялась еще больше, чем входить в нее. Пока я нерешительно поглядывала на стопку полотенец, Лукас вышел из бассейна, показав мне гибкую спину, стройные ноги и то, от чего я отвела глаза и покраснела. Ничуть не смущаясь он встал боком, перекинул косу на плечо и небрежно обтерся куском ткани. Яркие нитки на его запястье и пара золотых цепочек с какими-то амулетами на шее, вот и все его одеяние. Я смотрела во все глаза, ведь прежде никогда не видела обнаженного мужчину, да еще такого – смуглого, ладного, словно выточенного из темного дерева. А принц не торопился: собирав капли воды он окутал полотенцем голову и довольно долго сушил косу, старательно не замечая моего внимания. И лишь тогда, когда я отвернулась, он обернул тканью чресла и взяв в руки большой кусок небеленого полотна повернулся ко мне:
– Позвольте помочь вам, госпожа моя…
Под его пристальным и восхищенным взглядом я не посмела проявить слабость. Вышла из воды, радуясь тому, что длинные волосы закрывают меня точно плащ, позволила окутать себя тканью, стояла неподвижно пока мужские руки ласково обнимали меня сквозь невесомое препятствие.
– Присядете, госпожа? Вам лучше высушить волосы…
В уголке купальни обнаружилась огромная подушка и небольшой стол со всевозможными гребнями, щипчиками и прочими инструментами, которые женщины используют для красоты.