Страница 48 из 58
— Красивый амулет, — тихо говорит она. — Кажется, я такой уже видела у одной знакомой. Или знакомого.
Ее голос звучит сдавленно. Меня охватывает смутное беспокойство, я хочу ее расспросить, но в этот момент раздается мелодичный звон колокола, созывающий на вечернюю трапезу. Момент упущен.
После ужина часть женщин расходится, а другие собираются в большом зале. Кто-то играет в сложную настольную игу, напоминающую го. Кто-то тихо беседует, кто-то читает. Я беру свою книгу, ту самую, что подарил Вахо, и устраиваюсь в углу, где последний луч заходящего солнца падает из светового колодца, создавая идеальное светлое пятно для чтения.
Я давно уже читаю ее с настоящим интересом. Узнаю об истории Иргуина, о его обычаях. Мир, который сначала казался мне враждебным и чужим, понемногу начинает обретать глубину и смысл. Это немного похоже на чтение художественной книги или изучение правил какой-то игры.
Халла сидит рядом и шьет. Мы изредка перебрасываемся словами. Но через некоторое время я понимаю, что она уже не шьет, а смотрит на книгу. Я перелистываю старые, пожелтевшие страницу. И вижу детский рисунок на полях. Кривые, неумелые линии, но в них угадывается силуэт виноградника, маленький домик под красной крышей, две фигурки взрослых и одна — поменьше, детская.
Я улыбаюсь про себя. Дети везде одинаковы.
— Смотри, наверное, это рисовала… — начинаю я.
Но я не успеваю договорить. Халла резким движением выхватывает книгу у меня из рук. Пристально, жадно вглядывается в рисунок, пальцы дрожат, касаясь бумаги. Она проводит по детским каракулям, и по щекам бегут слезы, но на губах счастливая улыбка.
У меня перехватывает дыхание от этого зрелища.
— Халла? — тихо окликаю я ее. — С тобой все в порядке?
Она поднимает на меня глаза. Полные слез, боли и какого-то дикого, невероятного счастья.
— Меня зовут Кела, — говорит она, и ее голос звучит глухо, будто из-под земли. — Кела Патра.