Телохранитель

Глава 21

Полина

Однажды я спросила Юру: «Почему именно я? Вокруг было множество других красивых женщин. И почему ему захотелось жениться, если куда удобнее завести постоянную любовницу и заезжать к ней на вечерний бокал ирландского, совершенно себя не обременяя?». Он даже не стал выдумывать что-то романтичное или просто не обидное, ответил: «Лена только уехала на учёбу заграницу, дом совсем опустел. Мне была нужна женщина, которая смогла бы мне родить. А ты была молодой, красивой и неглупой, и судя по тому, что сразу дала мне отворот, не смотря на статус провинциалки — не искушена деньгами, и ещё не успела побывать в качестве чьей-нибудь содержанки». Действительно, было бы очень неудобно, если бы на одном из светских приёмов, по неловким, смущенным взглядам, стало бы понятно, что с твоей женой уже успел переспать кто-то из твоих друзей или коллег. А тут — молодая кровь, свежее мясо и девственно-чистая репутация. Юра был у меня первым. Как хорошо, что не последним, иначе бы я так и не узнала, каково это — по-настоящему быть желанной и так же страстно желать кого-то в ответ.

Оборачиваюсь через плечо, смотрю на свою смятую супружескую постель, думаю, стоит ли её поправлять, либо оставить так. Пожалуй, оставлю, кровать ещё помнит тепло наших тел, как и эйфория внутри меня. За окном слышен автоматический ход стальных ворот и я брезгливо закатываю глаза, бросаю короткий взгляд на въезжающий на территорию автомобиль, выхожу из комнаты и спускаюсь вниз, чтобы встретить нашу гостью с приветливой улыбкой. На крыльце уже стоит Клара, её улыбка, в отличии от моей, действительно искренняя и приветливая. Взгляд — на Андрея, стоящего у домика для персонала, затем на выходящего из машины Юру. Следом на парковке появляется счастливая Вера, за ней — Лена. Один из охранников вытаскивает из багажника её большой чемодан и катит его по дорожке, двигаясь следом за семьей Шереметьевых.

Лена не похожа на отца: высокая, сухая, светловолосая, улыбчивая и очень лёгкая, если бы Вера не унаследовала мои гены, они бы выглядели как мать и дочь.

— Андрей, не жди меня, я сегодня не выйду! — кричит Вера.

— Полинка! — Лена беззаботно вцепляется в мои предплечья, мы по очереди касаемся друг друга щеками, имитируя приветственный поцелуй, — Какая у тебя экстравагантная прическа!

— У мамы в волосах запуталась жвачка! — поясняет Вера.

— Тебе идёт.

— Как беспризорник, — Юра бросает вскользь, проходя мимо нас, а я ликую. Знал бы ты, милый, что делали с этим беспризорником в твоей кровати чуть меньше часа назад...

Вхожу в дом вслед за остальными, под счастливое щебетание Леночки, рассказывающей Кларе, как прошел перелёт. Я знаю, что мы сразу пойдем в столовую, она находится в глубине коттеджа, поэтому уверена, что Юру не будет раздражать звук, и я не буду включать максимальную громкость. Но я ведь могу поставить музыку для настроения? У нас же радость — Лена приехала. Кручу список песен, клацаю кнопкой и иду по коридору, зная, что персонал на улице уже слышит очередную порцию хитов 90-х, сегодня под тот же синтезатор, в необычайном мажоре Дмитрия Маликова.

Хрустальные бокалы отливают на солнце всеми цветами радуги, на столе серебряные приборы и идеально выглаженные салфетки. Юра ест ростбиф и выглядит бледным. Мне кажется мне не удаётся скрывать ехидного взгляда, как бы я не старалась. Вера грустно ковыряется в овощах на пару, Лена трещит с Кларой, которая сегодня обедает вместе с нами, а потом поворачивается ко мне.

— Ну, что, Поль, когда у нас будет маленький? Я хочу братика! — говорит сияя.

— Может быть, тебе хочется сына? — иронично спрашиваю я.

— Ой, нет! — отмахивается, — Нам и так хорошо, вдвоем. Родить я ещё успею. А вы не затягивайте! Папа уже взрослый дяденька, и ты не молодеешь…

— А ты молодеешь? — хмыкаю с улыбкой.

— Конечно! — удивляется Лена, — У нас же совершенно другой воздух. Да и вообще, всё по-другому. Пап, ну скажи, разве мы выглядим ровесницами?!

— Ты всегда будешь для меня моей маленькой девочкой, — отвечает Юра, — Даже в сорок лет.

— Видишь, а ты — для своего папы! — хихикает Лена, — Кстати, как дела у родителей?

Смотрит, а глаза такие ясные— ясные. Поганая сволочь. Лена — из тех людей, что никогда не будут вставать в открытый конфликт и громко собачиться. Но моя падчерица никогда не упустит возможности ковырнуть больную рану и намекнуть о том, что мы кормимся из одной кормушки, но слишком по-разному живём. Юра не требует от неё внуков, не контролирует траты и дает возможность жить так, как ей хочется. Своё она уже отработала в детстве, её воспитывали под той же опекой, что и Веру, но плавно отпустили, заменив на новую. Лена прекрасно знает, что я не виделась с родителями много лет, Юра категорически против моих поездок домой, а на предложение пригласить родителей к нам отвечает: «думаю, это будет неудобно и неуместно. Я слишком занят, чтобы уделить им достаточное количество времи». Но он купил им дом в Воронеже, и хорошую машину для отца. Считает, что выполнил свой долг и заплатил за меня калым. Мы общаемся только по телефону, знаю, что они бы никуда не поехали, но стыжусь того, что не могу пригласить.

— Полька, а ты пойдешь с нами в клуб? — Лена сверкает зубами, — Хочу встретиться с московскими подружками.

— Нет, — качаю головой с ехидной улыбкой.

— Почему? — грустно протягивает она.

И правда, почему? Может быть потому, что я затворница, а по клубам ходят только развратные шлюхи. И дочь. Я тоже могу поехать к подружкам, к таким же как и я, живущим в аналогичных домах, под присмотром.

— Ладно, — вздыхает Лена, — Погуляем на море. Вспомним юность, сбежим на ночную вечеринку прямо из окна…

Овца прекрасно знает, что меня не берут в поездку. А про побег говорит, чтобы не взяли наверняка.

— Хотя, зачем сбегать? Ми аморе мне полностью доверяет, знает, что я выросла в прекрасной семье, с правильными установками, и никогда не стану ему изменять…