Телохранитель

Встаю с кровати и выхожу из спальни прямо в полупрозрачном пижаме. Я не боюсь ни с кем встретиться, по ночам этот дом вымирает. В нём ночует всего четыре человека: наше счастливое семейство и Клара, в соседней от Веры комнате. Все остальные приходят рано утром, через черный вход. Сегодня длинные, темные коридоры кажутся особенно холодными, либо я слишком быстро двигаюсь и подрагиваю от порывов воздуха, которые создаю сама. Два поворота — и я в столовой, еще один — и я в общей кухне. Мгновенно дёргаюсь, как ошпаренная, застав у холодильника ночного гостя. Я застукала его с поличным, он даже не успел закрыть дверцу. Комнату освещает полоска узкого света и едва заметный под потолком маленький, мигающий красный огонек камеры видеонаблюдения. Он тоже не ожидал здесь меня увидеть. В два часа ночи, в прозрачной пижаме. Впервые я вижу его не в строгом костюме. Я ненавижу строгие, деловые костюмы. На нём обычная черная футболка, открывающая мощные бицепсы и темное трико, ступни голые, на шее висит двойной, металлический, армейский жетон, в руке зажата бутылка молока. Впервые я сталкиваюсь с паранормальным — почти уверена, что в эту секунду расщепляется время: красная лампочка будто зависает в очередном моргании, сердце останавливает ход, дыхание обрывается на полу вдохе. А потом время снова срывается с места, и я сдаю назад, скрестив на груди руки. Но это точно произошло! Иначе, я бы не смогла так хорошо его рассмотреть, ведь эта секунда длилась ровно столько же, сколько и днём, когда мы переглядывались.

— Ночью сюда нельзя, — говорю отчего-то злобно.

— Извините, не знал, — Андрей опускает голову и пятится к выходу.

— Молоко оставь, — делаю два шага назад, к столовой.

Бутылка опускается прямо на пол, кухонная дверь хлопает. Пять-шесть секунд общего времени, не больше… И ни одна камера не поймает мою слегка приподнимавшуюся в волнении грудь.