Страница 31 из 52
Глава 11. Презентация невесты (Светский раут) (Часть 2)
Глава 11. Презентация невесты (Светский раут) (Часть 2)
Глава 11. Презентация невесты (Светский раут) (Часть 2)
— Словесные пикировки с девчонками — это предел твоих талантов, смертная? — грохочущим басом произнес Торн, демонстративно перекрывая Васе проход. — Бумажки свои крутишь, графики... Нам плевать на твои столичные штучки. Война — дело чистой силы, а не канцелярской чуши. На болотах вы выжили только потому, что Князь прикрывал твою юбку своей Тьмой. Ты здесь балласт, девка.
Вася аккуратно повернула бокал в руке, ни на секунду не теряя ледяного спокойствия. Она посмотрела на генерала снизу вверх, но так, словно оценивала бракованный товар.
— Лорд Торн, ваши гвардейцы, безусловно, доблестны, — спокойно начала она, и её чистый голос разнесся по притихшему сектору зала. — Но ваш интендант ворует овес тоннами, а из-за вашей «гениальной» логистики треть полка на прошлой неделе пришла на позиции с тяжелыми обморожениями и без единого ящика стрел. Вы воюете числом и трупами, генерал, а я — эффективностью и максимальной отдачей от каждого ресурса. Так кто из нас двоих сильнее гробит армию Тёмного Князя? Я или ваши дырявые отчеты снабжения?
Торн захлебнулся собственным возмущением, его кулаки сжались, но выдать ответ он не успел. В конфликт вмешался стоящий неподалеку придворный архимаг Малакор — худой лорд с надменным лицом и светящимися магическими перстнями на пальцах.
— Дерзость не заменит происхождения, дитя, — высокомерно процедил маг, крутя в руках ритуальный серебряный жезл. — Ваша смертная кровь пахнет увяданием и гнилью. Наша магия — невосполнимый дар богов, строящий империи, пока твой человеческий век пролетает за один наш короткий вздох. Ты пытаешься измерить вечность своими жалкими расчетами.
Вася перевела на него взгляд. На её лице отразилось откровенное разочарование.
— Ваша магия, почтенный Малакор, — это просто ресурс с катастрофически низким КПД и огромным «углеродным следом» для энергосистемы замка, — Вася сделала шаг вперед, заставляя мага инстинктивно отпрянуть. — Эффективность ваших заклинаний падает с каждым веком на пятнадцать процентов, а молодые адепты бегут из вашей Академии, потому что ваша система образования застряла в раннем средневековье и держится на дедовщине. Вы вымираете, уважаемый. А мы, смертные, учимся побеждать без магических костылей.
Заговорщики поняли: интеллектуально и словесно эту женщину не пробить. Оптика прогресса и жесткий аудит уничтожали их вековой авторитет прямо на глазах у Совета. Нужны были радикальные меры.
Напряжение в зале достигло пика, когда оркестр замолчал, готовясь объявить главный танец вечера. К Василисе, которая стояла чуть в отдалении, приблизился лакей в черной ливрее Клана. На его серебряном подносе покоился глубокий ониксовый кубок, до краев наполненный густым, ароматным вином.
— Подношение от Высшего совета в знак глубокого уважения, леди, — тихо произнес слуга, низко наклоняя голову.
Вася протянула руку, её пальцы почти коснулись прохладного камня, но её профессиональная, въевшаяся в подкорку наблюдательность сработала быстрее любой интуиции. Она заметила, как мелкой, судорожной дрожью ходят руки лакея. Парень буквально исходил потом от ужаса под своей плотной ливреей. Вася замерла, опустив взгляд на темную поверхность жидкости. На самом дне кубка, у самого ободка, оседали едва заметные сероватые крупицы. Редкий, смертоносный для обычных людей яд эльфийских болот.
Она помедлила секунду, просчитывая варианты, но сделать выводы ей не дали.
Воздух вокруг Василисы взорвался ледяным, удушающим вихрем. Северин, чья магия Тьмы была настроена на её пульс как чуткий радар, материализовался рядом со скоростью молнии. Лицо Князя в этот момент было лицом карающего бога. Одним резким, хищным движением он перехватил кубок прямо из рук лакея.
Разбирательств и долгих расспросов не последовало. Из его ладони вырвался сгусток яростной фиолетово-черной энергии. Ониксовый бокал в его руке взорвался со страшным грохотом, разлетаясь на мелкие осколки, а отравленное вино мгновенно испарилось в шипящем облаке.
В ту же секунду лакея и стоящего в десяти шагах лорда Каэлена — одного из ключевых заговорщиков, чью мимику Вася вела весь вечер — буквально швырнуло на колени. Колоссальная гравитационная сила Тьмы прижала их лицами к холодному мраморному полу с такой мощью, что по залу разнесся отчетливый, леденящий душу хруст ломающихся костей.
Весь парадный зал замер, скованный первобытным, леденящим кровь ужасом. Оркестранты выронили смычки.
— Слушайте меня все, — голос Северина прозвучал негромко, но этот низкий, рокочущий бархат проник в каждый угол огромного зала, заставляя лордов судорожно сглатывать. Вокруг его плеч бушевали живые, рваные тени, а глаза светились чистым, беспощадным пламенем. — Это первая и последняя попытка оспорить мой выбор. Любой, кто отныне осмелится хотя бы косо посмотреть в сторону этой женщины, будет уничтожен вместе со своим Кланом и стерт из хроник этих земель. Без суда. На месте. Вы меня услышали?
В ответ ему была мертвая, парализованная страхом тишина. Власть Князя была абсолютной, а статус Василисы теперь был вбит в сознание Тёмных кланов как железобетонная свая. Вопрос её легитимности был закрыт раз и навсегда.
Оставшаяся часть раута прошла под абсолютным, диктаторским контролем Василисы. Дикий, первобытный страх перед силой Князя удивительным образом трансформировался в судорожный, панический интерес к его спутнице. Лорды и старейшины мгновенно осознали: тот, на чьи финансовые махинации укажет эта смертная женщина со своей матовой ручкой, превратится в кровавый фарш на этом самом мраморе.
К Васе буквально выстроилась очередь из бледных, подчеркнуто вежливых глав родов. Они один за другим подходили не ради праздного любопытства, а чтобы судорожно доказать свою финансовую чистоту, «проконсультироваться» по поводу кризисного управления своими землями и умолять об оптимизации логистики, лишь бы их счета не признали дефицитными. Вася раздавала жесткие указания направо и налево, чувствуя себя как на международном экономическом форуме, где она — председатель правления с правом расстрела.
Северин стоял чуть позади, скрестив руки на груди, и на его обычно суровом лице играла едва заметная, гордая и невероятно теплая улыбка.