Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 72 из 154

Трагедия в раю

Юрганов

Прошлое

Третьего июля мы прибыли в Пензу, где должны были дать пять спектаклей. Сева, приехавший днем раньше, встречал нас на перроне. Разумеется, он успел уже обзавестись пассией и привел ее с собой, чтоб полюбовалась на лилипутов. Она таращилась на них с таким самозабвением, что Сева сказал:

– Вы, Тамарочка, цените: бесплатно даю смотреть. Другие за это деньги платят.

Поднимал свои акции. Значит, только что ее подцепил и выстраивал линию отношений.

– Ну, чего стоим, товарищи артисты? Берем барахло, идем к выходу.

Тамарочка была настолько очарована сверчками, что тоже схватила самую большую сумку – мою. Ей страшно хотелось поучаствовать в волшебной лилипутской жизни. По пути к автобусу Сева сообщил:

– Я, пока вы бездельничали, шикарные квартиры для вас оторвал. В раю жить будете.

Он не шутил: наше временное жилье, пансионат километрах в десяти от города, так и назывался – «Элизиум». Это был настоящий рай – несколько гектаров березового леса, огражденных забором из металлических копий. Среди берез были разбросаны в живописном беспорядке бревенчатые домики с верандой, крыльцом и остроконечной черепичной крышей. Сева поселил труппу в дальнем углу райской территории. Мужчин – в домике на две семьи, женщин – в бунгало на одну семью, меня – в отдельном персональном коттеджике. Сам он угнездился поодаль от нас. Где-то там же расположилась в двух домиках команда «ауксилариев» – художник-декоратор Равиль, водитель Саша, техник Прокофий Петрович.

Поглазеть на сверчков, невозмутимо шагающих по райской аллее со своими маленькими сумочками, стянулся отовсюду из березовых кущ весь персонал «Элизиума» и десятка с полтора постояльцев с детьми и без. Директор пансионата (не бог весть какая, конечно, шишка, но все же!) лично сопроводил артистов к их домикам. В общем, атмосфера была вполне терпимой. В городе чужих глаз было бы намного больше.

Сверчки разместились, передохнули, съели в пансионном ресторане стандартный обед и разбрелись кто куда по березовому райскому саду. Сева увел Тамарочку в свой шалаш – играть в Адама и Еву.

Я расположился на веранде своего бунгало с книгой. На душе было легко и спокойно. С плеч на миг свалилось бремя ответственности за труппу, неизбежное на выездах. В этом безопасном лесочке, окруженном забором, сверчки могли гулять без опаски. Никто не пристанет, не обидит. В городе такой шанс выпадает минималам нечасто.

Часов около семи позвали к ужину довольно мелодичным колокольным перезвоном. Я неторопливо дочитал несколько последних страниц, а затем не спеша побрел к ресторану. Сверчки в полном составе уже толпились с тарелками в руках около Сени, который курсировал вдоль шведского стола, накладывая каждому то, до чего тот не мог дотянуться. Наконец все мало-помалу устроились за столиками на четверых.

– А Миша-то где?

Я не сразу заметил, что его нет.

– Загулялся. Проголодается – придет…

Время ужина, однако, закончилось, он не явился. Я начал беспокоиться, хотя реальных причин для тревоги не было. Территория абсолютно безопасна.

– Дайте мне знать, когда объявится.

Я вернулся к книжке на веранде, но чтение шло туговато: отвлекала тревога. В начале девятого пришли Старик Калачев и Сеня.

– Сеня, расскажи Кириллу Максимовичу то, что мне рассказал, – приказал Старик.

– Я лежал, отдыхал, – сказал Сеня, – Миша пришел, говорит: «Иди помоги мне». Я пошел. Там калитка была, зеленая, с засовом. Миша говорит: «Открой, я не дотянусь». Я открыл. Он говорит: «Не запирай, я пройдусь по лесу и вернусь». Вот и все.

– Во сколько это было?

– Не знаю. После обеда.

– Что ж раньше никому не сказал?

– Думал, скоро вернется.

– Заблудился он, Кирилл Максимович, – сказал Старик. – Часа четыре, а то и больше где-то блукает.

– А вы звонили ему?

– Пытались. Не отвечает. А может, в лесу связь плохая. Здесь-то неплохо берет, мы проверяли.

Надо было срочно искать Кузнечика. Я спросил:

– Где эта калитка?

– Там, – Сеня указал вглубь рощи.

– Ладно, жди здесь. Никуда не уходи.

Я нашел домики «ауксилариев» и собрал поисковую команду. Тамарочка увязалась с нами в полном восторге: лилипутская жизнь оказалась даже увлекательнее, чем она ожидала.

Сеня ждал спасателей на боевом посту у моей веранды. Здесь же собралась и вся встревоженная труппа.

– Мы пойдем с вами.

Меня это тронуло. Сверчки не особенно любили Михаила. Кое-кто, конечно, завидовал и ревновал. Большинство, говоря честно, попросту недолюбливали за высокомерие, насмешливость и прочие прекрасные черты его характера. Я не знаком ни с одним гением, кроме него, но думаю, все они малоприятные люди в общежитии. Однако вся труппа была готова отправиться на поиски Кузнечика.

Я воззвал к их благоразумию:

– Не обижайтесь, друзья, но массовый поиск не очень хорошая идея. Сейчас мы идем искать одного, а может случиться так, что придется искать еще нескольких заблудившихся… Это не парк, а небольшой лесок. У кого из вас есть опыт ориентировки в лесу?

– Разумно, – одобрил мой спич Старик. – Будем за него молиться.

Сверчки остались ждать у моей веранды. Поисковый отряд вышел через зеленую калитку на дорожку, протоптанную в довольно густом лесу. Метров через двести дорожка разветвлялась. Классика. Три дороги. Налево пойдешь, направо пойдешь… Я пошел прямо. Сева с Захаром направо. Водитель Сергей с бригадиром налево. Томочка присоединилась ко мне. Видимо, что-то не срослось у них с Севой. Едва мы отошли на несколько шагов, она спросила:

– Как вы думаете, волки здесь есть?

Кокетничала или без шуток побаивается? Я ответил серьезно:

– Вряд ли. Это не тайга, а так, лесок. Да и светло еще. Ночью, возможно, наведываются.

Некоторое время мы шли молча. Вдруг она остановилась:

– Надо было им сказать, Севе и другим, чтоб кричали. Что, если этот лилипут сошел с тропинки и бродит где-то в чаще… – И тут же сама завопила звонко: – Миша! Ау! Миша!

Почти сразу же откуда-то справа, из глубины березняка послышался неясный отклик. Слов было не разобрать. Мишу нашли?! Или сам он отозвался? Я приложил ладони рупором ко рту и закричал:

– Эге-гей! Миша!