Ловушка для сверчков

– Вход свободный для всех, – говорит Упырь. – Особенно для тебя, красавица.

Посмотреть, как будут метать Карла, собирается почти все население Арсенала. Кроме Хельги, разумеется, и Шакса, которому опять выпала очередь дежурить в операторской. Прочая охрана явилась в полном составе. Зрители расселись на стульях, составленных вдоль стен. Гафур скромно притулился у двери. Вваливается в столовую в дупель пьяный Василий и тащит за собой садовника Гафура к свободным стульям, бормоча невнятно:

– Демократия… народные гуляния… все равны.

Врывается Эрик, подбегает к Корню, запрягающему Карла. Дергает за руку.

– Я тоже хочу.

– Чего ты хочешь? – спрашивает Корень, не оборачиваясь. – Метнуть или чтоб тебя метнули?

Эрик задумывается.

– Метать.

– Становись в очередь, – предлагает Корень, по-прежнему не глядя на него.

– Я первый, – заявляет Эрик. – Это мой Купачупа.

– Купачупа общий, – поправляет его Корень. – Хотя на самом деле он наш. Но мы не жадные. Отбросаются команды, а уж потом разрешим всем желающим.

Насчет команд он немного преувеличивает. Вначале предполагалось, что в дружественном матче будут соревноваться «Кондоры» и «Волкодавы». Но охрана не приняла приглашения, и «Кондоров» представляет только один Сом. Конечно, в команду можно было включить не только охрану, но и прочих здешних мужчин – водителей, электриков, того же Гафура. В конце концов никто не захотел состоять в одной команде с Сомом.

– Поправочка, – говорит тот. – Эрик не просто желающий, он арсенальский. Беру его в команду.

Эрик в восторге прыгает и хлопает в ладоши.

– Возражений нет, – ухмыляется Корень и объявляет: – Матч «Волкодавы» – «Кондоры» объявляю открытым. Судит соревнование Никифор Степанович.

Зрители довольно вяло аплодируют. Никто толком не знает, кто такой этот загадочный человек, который редко появляется на людях и ни с кем не перемолвился даже словечком. Он, в свою очередь, объявляет:

– Право выступить первыми предоставляется хозяевам локации – команде «Кондоры».

Зрители дружно аплодируют. Сом хоть и есть Сом, а местный патриотизм выше всего.

Сом поднимает руку:

– Прошу время на инструктаж нового члена команды.

– Время предоставляется, – говорит судья.

Карл, полностью снаряженный, с мотоциклетным шлемом на голове, стоит в торце стола. Круглый купол шлема едва возвышается над краем столешницы. Сом подводит к нему Эрика.

– Не бойся, он в шлеме, не укусит.

– Я не боюсь! – кричит Эрик, шлепая ладошкой по непроницаемо черному блистающему забралу.

Карл издает сиплый рык, поднимает забрало, кричит:

– Уберите гаденыша!

– Ну-ну, не балуй, – ухмыляется Сом. – Значит так, партнер. Есть два приема метания – от бедра и прогибом из-за спины. Первый прием: берешь его за ручки на плечах и пояснице, опрокидываешь на бок, приподнимаешь, заносишь вбок и затем резким поворотом туловища посылаешь вперед. Примерно как мечешь диск, только двумя руками. Понятно?

Эрик кривит рот в сомнении.

– Или же берешься за него, – продолжает Сом, – опрокидываешь, заносишь над головой и, вкладывая в бросок усилия всего тела, швыряешь опять же вперед…

Объяснения предназначены не мальчику, а зрителям, которые должны оценить его компетентность.

– Бросай ты первый, – быстро говорит Эрик, уже сообразивший, что снаряд для него тяжеловат.

– Как прикажешь, партнер, – соглашается Сом. – Но если чего, могу уступить очередь.

– Нет, ты!

– Команда «Кондоры» к соревнованиям готова, – рапортует Сом.

– Начинайте, – приказывает судья.

Сом нагибается и советует дружеским тоном, от которого у Карла от злобы шерсть встает дыбом на загривке:

– Опусти забрало.

– Иди в задницу, – рычит Карл.

Он не ожидал, что Сом будет участвовать в игре и распоряжаться его телом. Одно дело чужие и, в общем, безразличные ему волкодавы, а иное – давний враг.

– Я предупредил…

Сом берется за ручки сбруи и опрокидывает Карла вбок на пол, одновременно, пока тот падает, переворачивая его на живот. Карл плюхается лицом вниз.

Женская часть зрителей ахает. Масяня наслаждается.

– Ты чего, изверг, творишь? – кричит повариха Наталья Харитоновна.

– Это не спорт, это безобразие, – неодобрительно качает головой Марта Рудольфовна, которая тоже, оказывается, душу живую имеет. В урезанном, разумеется, объеме.

– Полегче, – угрожающе требует Корень.

Для Сома эти возгласы слаще меда. Он выпрямляется, делает легкий поклон в сторону зрителей и приступает к разминке перед броском. Он крутит шеей и так и эдак. Производит наклоны вперед и вбок. Прогибается назад. Вращает руками. Подпрыгивает на месте. Приседает.

– Кончай выеживаться! – кричит Упырь, сидящий вместе со своей командой на стульях, расставленных у противоположной от зрителей стены.

Карл, лежавший до сих пор неподвижно и ничего не соображавший от ярости, затмившей все чувства, внезапно понимает, что происходит нечто неправильное. Он переворачивается на бок и застает Сома в разгаре декоративной разминки, вскакивает на ноги, бросается на шутника со сжатыми кулаками.

– Эй, эй! – кричат волкодавы. – Брейк!

Корень бросается вперед разнять, однако Карл успевает больно пнуть Сома в лодыжку, а Сом успевает трахнуть Карла по кумполу, по верхушке шлема.

Корень отпихивает назад Сома, хватает и держит рвущегося в бой Карла.

– Уберите этого гада или я отказываюсь! – кричит Карл.

– Спокойно, герой, – говорит Корень. – Отказа не принимаю. Ты сам согласился. Обещал.

– Я не знал, что этот тоже будет, – кричит Карл.

– Твои личные проблемы. Уговор обязан выполнить.

Подходит Старик.

– Командир, это как-то не по-божески. Хочешь играть – играй, но зачем же над человеком издеваться… Я бы этого, прости господи, игрока от игры отстранил.

– Спасибо за совет, – насмешливо говорит Корень. – Ты не мне, судье советуй.

Судья Никифор Степанович произносит равнодушно:

– Оснований для отставки игрока нет, правила не нарушались, карлик не пострадал, удар по голове был получен в ходе обоюдной схватки. Матч продолжается.

Ни Карл, ни Старик не находят что возразить. Карл возвращается к исходной позиции. Уговор есть уговор.

– Сам ляжешь или опять уронить? – дружески спрашивает Сом.