Страница 4 из 179
— Ну всё, успокойся. Ты умница, — прошептал я, а мои пальцы бережно скользнули по её шершавой чешуе, вдоль позвоночника. Под кожей пульсировал избыточный жар. На грани. Ещё немного, и ей бы это вылилось в серьёзный термический ожог внутренних тканей. Но она вовремя смогла погасить поток. Всё, как я и говорил.
— Ты грозный боец, — решил я подбодрить саламандру, и та победно зашипела в ответ.
Я ничуть не лукавил. Пусть наивные новички обманываются внешне безобидным видом этой крохи. Опытные гладиаторы прекрасно понимают скрытый потенциал саламандр.
Мы неспешно вошли в бокс ожидания. На обшарпанной деревянной скамье сидела стройная белокурая девушка в светлом костюме. Она всхлипывала, а в её больших голубых глазах блестели слёзы.
Рядом с незнакомкой валялась повреждённая нагрудная пластина. Тонкий лист легированной стали покрывали глубокие вмятины, кожаные крепежные ремни висели жалкими ошмётками. Она пропустила пару выпадов паука, защита спасла её.
Рядом с хозяйкой свернулась калачиком пустынная лиса, вытянув лапу. Девушка осторожно обрабатывала антисептиком два глубоких кровоточащих пореза, а на загривке рыжего питомца уже поблёскивала лечебная мазь.
Блондинка вновь всхлипнула, вытирая лицо тыльной стороной ладони. И кажется, что она расстроилась не из-за ран своей питомицы. По другой причине.
— Тяжёлый бой? — поинтересовался я, устраиваясь на скамье, рядом с ней.
Девушка повернулась, недоверчиво осмотрела меня, точнее мой голый торс, затем увидела саламандру. Поняла, что я тоже участник.
— Обычный бой. С какой целью интересуешься? — она вновь переключилась на лису, осматривая её вторую лапу.
— Не люблю, когда девушки плачут, — я улыбнулся чуть дружелюбней. — Сразу хочется помочь. Так что стряслось?
— Ты не поможешь, — выдавила блондинка, не поднимая взгляда.
— А вдруг? — хмыкнул я, и решил отпустить Искорку. Она зашевелила своими перепончатыми лапками. Обычное дело, когда саламандра хочет немного размяться. Я аккуратно опустил её на пол, и кроха принялась важно, походкой победителя прохаживаться по комнате.
— Прикольный у тебя зверёк, — наконец-то улыбнулась незнакомка.
— Да, она умница, — кивнул я. — Вывезла бой. Свалить противника в десять раз больше себя дорогого стоит.
— Уверена, что и её хозяин на месте не сидел, — произнесла девушка.
— Пришлось вмешаться. Как же я её брошу, мы ведь одно целое. Как и вы, — кивнул я в сторону пустынной лисы. Та чуть приоткрыла глаз, и пристально посматривала в сторону торжественно марширующей мимо неё саламандры.
Я ждал, когда же девушка расскажет о своей беде. И блондинка вновь подняла потускневший взгляд.
— Шепелев отказывается платить, — печально произнесла она. — Говорит, я нарушила регламент. Использовала запрещённое оборудование. А я всего лишь усовершенствовала обычную магнитную глушилку, чтобы Матильду не сбивало чужими помехами.
— Давай по порядку, — попросил я. — Глушилку ты заявляла до боя?
— Разумеется, — Анна шмыгнула носом и выпрямилась. — Судья повертел её в руках и допустил. А после победы Шепелев вдруг вспомнил про какой-то пункт и объявил мне дисквалификацию.
— Задним числом, значит, — я покачал головой. — Его стандартная схема, я смотрю. Пропустить бойца на арену, дождаться победы и найти повод не платить.
— И что мне теперь делать? У меня больше нет денег, понимаешь? — вновь всхлипнула блондинка. — Я этому жиртресту сказала, что никуда отсюда не уйду, пока он не отдаст всё до копейки.
— А много он должен? — уточнил я.
— Двадцать тысяч, — обиженно сказала Анна. Получается чуть меньше, чем мне. — Сумма небольшая, но мне без неё не прожить.
— Что ж, тогда дождёмся хозяина этого заведения, — усмехнулся я. — У меня к нему тоже есть разговор.
Решив поближе изучить пустынную лису, я присел перед ней на корточки. Вгляделся в её мордочку. Интересно, она чистокровная пустынная или всё же смешанная порода? У чистокровных клыки сдвоенные.
Лиса почувствовала что-то, с трудом подняло острую морду. Уставшие невероятно красивые оранжевые глаза, и на редкость осмысленный взгляд. Зверь изучал меня с откровенным любопытством, игнорируя боль. Хотя ей точно больно, я прочитал это в её зрачках, не стараясь входить в Сопряжение и держась на положенном ментальном расстоянии.
— Меня зовут Анна, — девушка вытерла мокрые щеки тыльной стороной ладони, шмыгнула носом. — Удивительное дело. Матильда всегда рычит на чужаков, проявляет к ним крайнюю враждебность. А тут… Ты ей явно понравился.
— Артур, — представился я, продолжая внимательно разглядывать лису. Да, она чистокровная. Я разглядел клыки. Но не это меня обеспокоило. В глубине зрачков зверя отчетливо виднелась характерная мутная пелена. Капилляры вокруг радужки выглядели воспаленными.
— Советую сменить рацион, — мой голос прозвучал без лишнего давления. — Убери химические добавки. Добавь больше натурального белка. Печень Матильды перестает справляться с синтетикой.
— Откуда такие познания? — глаза Анны расширились от искреннего изумления.
— Один мой старый знакомый отлично разбирается в ветеринарной диетологии, — усмехнулся я. — А я вот набрался у него опыта.
Слукавил я, конечно. Мой сорокалетний опыт работы с боевыми петами стоил десятка университетских дипломов. Знаю их физиологию от и до. Но говорить это ей не было смысла. Уж лучше слукавить, чем потом пытаться объяснять, откуда у меня такие познания.
Дверь скрипнула, в комнате послышались тяжелые шаги. А вот и Шепелев. Хозяин арены заметил нас, но переключил свое внимание на хозяина манула, которого выпроваживал.
— Но я уже всё оплатил! — возмущённо воскликнул парень.
— Ещё тысяча рублей, цены выросли, — проворчал Шепелев, получая от очередного бойца денежную купюру. — Вот и славно. Через пять минут твой выход.
Хозяин арены ускорил шаг, пытаясь проскользнуть мимо нас, торопливо зашагал к выходу. Но я вовремя преградил ему путь.
— Мои деньги, — я протянул ладонь навстречу замершему толстяку.
Лицо Шепелева побагровело. Он тяжело засопел, полез во внутренний карман дорогого пиджака и отсчитал пачку купюр.
— Тридцать тыщ, как и договаривались, — промычал он и попытался обойти меня, но я вновь перекрыл проход. — Ты издеваешься, сопляк⁈ Я всё отдал! С дороги, иначе охрану позову!
— Мы не закончили, — произнёс я ровно. — С тебя ещё неустойка. За срыв условий боя.