Страница 111 из 179
Глава 2
Тусклый жёлтый свет настенного бра выхватил из полумрака лицо мужчины, сидящего напротив Пичугина. Волевой подбородок, копна светлых волос на голове с зачёсом влево и неизменный сканирующий прищур.
– Самуил Широков, – произнёс я.
– Только какого рожна он здесь забыл? – протянул Серёга, а его глаза расширились, и он стал больше похож на филина, созерцающего добычу. – Бред какой‑то.
Я медленно кивнул, не сводя взгляда с лица телеведущего.
Ошибки быть не могло. Это лицо знал каждый житель Питера, хоть раз включавший спортивные трансляции или передачи с разборами матчей, которые транслировались чуть ли не на всех спортивных каналах.
Самуил Широков был не просто комментатором. Он был неофициальным голосом питерских арен, главным инсайдером и аналитиком, чьи обзоры и прогнозы формировали общественное мнение. Одно его слово в прямом эфире могло поднять рейтинг никому не известной гильдии, или навсегда похоронить репутацию перспективного тандема.
И сейчас этот человек, чьим амплуа была кристальная честность и независимая экспертиза, сидел в прокуренном клоповнике напротив Пичугина, странного таинственного посредника, который теперь меня настораживал ещё сильней прежнего.
– Это же… – прошептал Серёга, подавшись вперёд. – Он же медийная персона, бро. Если его тут сфотают…
– Не сфотают, – сухо ответил я, наблюдая за происходящим. – В таких заведениях если не достают телефоны. Все слишком увлечены выпивкой. Да и они сидят вдали от всех.
Пичугин всё с той же вежливой ничего не выражающей полуулыбкой достал из внутреннего кармана пиджака пухлый белый конверт, положил его на стол перед Широковым.
Телеведущий не стал заглядывать внутрь. Он лишь сдержанно кивнул, убирая конверт за пазуху лёгкой куртки.
Сделка заняла меньше минуты. Никаких рукопожатий. Никаких лишних слов. Пичугин встал, поправил манжеты и, не оглядываясь, направился к выходу. Дверь бара скрипнула, скрывая его за собой.
Серёга дернулся было следом, но я жёстко перехватил его за локоть.
– Сиди.
– Уйдёт же! – возмутился хакер.
– Пусть уходит. Догонять его бесполезно, – я кивнул в сторону столика, за которым остался сидеть Широков. Телеведущий не торопился, задумчиво вертя в руках свой нетронутый стакан, в котором плескалось тёмное крафтовое пиво.
– Ничего не понял, – уставился на меня Серёга. – Ты ж сам хотел с ним поговорить.
– Это уже ты сам придумал. Цель была проследить, – заметил я. – Мы проследили. Пичугин просто курьер. Шестерёнка. Если мы прижмём его в подворотне, он ничего не скажет. А завтра за такое счета моей гильдии могут заблокировать.
– Хотя ты прав, да, – согласился Серёга. – Если он общается с такими людьми…
– А вот медийное лицо, которое явно берёт взятки… Это уже зацепка, – ухмыльнулся я, затем поднялся из‑за стола. – Жди меня здесь, Серый. Пойду, возьму автограф у звезды.
Серёга судорожно схватил меня за рукав, утягивая обратно на стул.
– Стой, Горай. Ты со своей каменной физиономией только спугнешь его, – зашипел он, и его глаза азартно блеснули, – он тёртый калач, на дешёвые понты не поведётся. А вот на лесть такие медийные гуси клюют безотказно. Смотри и учись, как работают профессионалы социального инжиниринга. Хе‑хе.
Не дожидаясь моего ответа, Серёга вскочил из‑за стола. Взъерошил свои и без того лохматые волосы, нацепил на лицо выражение абсолютно щенячьего восторга и зигзагами, имитируя лёгкое опьянение, направился прямо к столику телеведущего.
– Да ладно⁈ Быть того не может! – заорал Серёга на весь бар, заставляя нескольких мрачных работяг за соседним столиком недовольно обернуться. – Самуил Широков⁈ Здесь⁈ В этой дыре⁈ Мужики, да вы не понимаете, кто к нам зашёл! Это же легенда!
Широков вздрогнул. Его рука, державшая кружку, замерла, так и не донеся крафтовое пиво до рта. В первую секунду на лице Широкова мелькнула паника. Быть узнанным в этом заведении явно не входило в его планы.
– Парень, потише, – процедил комментатор, озираясь. – Ты обознался.
– Не, точно не обознался. Я ваш голос из тысячи узнаю, – Серёга плюхнулся на стул прямо напротив Широкова, бесцеремонно вторгаясь в его личное пространство. – Я же все ваши обзоры смотрю. Вы гений аналитики! Самуил, дадите автограф? Блин, а ручки‑то нет…
Друг зашарил по карманам, а я в это время подошёл к столику.
– А давайте мы вас угостим⁈ – заблестел счастливым взглядом Серёга. – В честь такого события!
Я поймал растерянный взгляд Широкова, но моё лицо было непроницаемым.
– Мой друг большой поклонник вашего таланта, господин Широков, – ровно произнёс я, отодвигая ногой пустой стул. – Не откажите в чести.
Широков смерил меня настороженным взглядом, но, не увидев агрессии, слегка расслабился. Паника уступила место профессиональному тщеславию. Серёга был прав. Обожание фанатов было для таких как он своего рода наркотиком, и Серёга отыгрывал роль преданного поклонника просто безупречно.
– Ну… раз уж узнали, – Широков снисходительно усмехнулся, чуть резче обычного поправляя воротник куртки. – Только давайте без лишнего шума. Я здесь инкогнито. Изучаю, так сказать, изнанку жизни простых болельщиков, так нужно для нового сюжета.
– Конечно, никакого шума, – радостно закивал Серёга.
Он отправился к стойке, я же отправил сообщение другу, что не буду пить, и чтобы он прихватил мне минералку. Затем мы немного побеседовали с Самуилом. В основном говорили о Бетонке и новом сезоне Бронзовой лиги.
– Так, я здесь, – Серёга поставил на стол бутылку виски с золотистой этикеткой, три стакана, и небольшое ведёрко со льдом, затем поставил передо мной литровую бутылку «Ессентуков». – А выпьем мы за знакомство. И за вашу гениальную аналитику.
Он щедро разлил янтарную жидкость по стаканам. Я плеснул себе минералки. Широков расслабился окончательно, кинул себе три кубика льда и чокнулся с Серёгой, махом опрокидывая в себя напиток.
Я же пригубил минералку. И приготовился к долгой осаде.
Серёга между тем работал филигранно. Он активно выпивал с комментатором, травил байки с арен, сыпал фамилиями второсортных гладиаторов и методично, порция за порцией, развязывал звезде язык. Широков, польщённый вниманием и подогретый алкоголем, капля за каплей начинал терять бдительность.
Бутылка сомнительного виски опустела наполовину, когда мой друг начал обсуждать с Широковым последние сплетни Золотой Лиги. Теперь Серёга уже не притворялся, он был изрядно подшофе.