Страница 34 из 74
Не имея другого выхода, я снова двинулась вперёд. Мгновение спустя я остановилась. Там, на противоположной стороне улицы, был тату-салон. Окна в нём были зарешёчены, а фасад вызывал такое отчаяние, что любой здравомыслящий человек обошёл бы это место стороной, а не забрёл бы внутрь, чтобы нанести на кожу перманентные чернила. Но в библиотечной кабинке Люк заснул поверх каких-то каракулей. Это вполне могло быть татуировкой. Я почувствовала мимолётный проблеск надежды и немедленно перешла улицу.
Дверь туго вращалась на петлях, и её было трудно открыть. В конце концов мне пришлось толкнуть её плечом, чтобы создать достаточную щель и протиснуться внутрь. Она захлопнулась за мной с глухим стуком. Даже едва уловимого аромата пачули, витавшего в воздухе, было недостаточно, чтобы улучшить атмосферу тату-салона. Единственная люминесцентная лента, висевшая над головой, освещала крошечное пространство, что, как я предположила, было необходимо, учитывая отсутствие естественного освещения. Каждый клочок пространства на стенах был увешан примерами татуировок. Ни одна из них не выглядела привлекательно. Не говоря уже о том, что я увидела три примера фотографий с ужасными ошибками в написании слов. Ближайшая из них гласила «Никаких Сажалений». Какой-то бедолага реально сделал такую татуировку на руке. Я передёрнулась. Прийти сюда было хорошим предчувствием, но не было ни малейшего шанса, что Люк Уэллс сделает татуировку в этом месте. У него слишком много нарциссической гордости.
Я развернулась на пятках, чтобы уйти так же резко, как и вошла, как только услышала шаркающие шаги.
— Помочь вам?
Я обернулась. На меня уставился крупный мужчина в майке, которая была как минимум на два размера меньше, чем нужно, и, вероятно, когда-то была белой. Мой взгляд невольно упал на его руки. Пальцы у него были пухлые и приземистые, ногти обкусаны до мяса. Они не были похожи на руки художника.
— Нет, — начала я. — Я хотела взглянуть, но…
Из глубины магазина, скрытой от посторонних глаз внутренней дверью со зловещей надписью «Здесь происходит волшебство», раздался настойчивый и знакомый голос:
— Я заплачу вам столько, сколько вы захотите, — Люк Уэллс всё-таки был здесь.
Я кашлянула.
— …но теперь, кажется, я знаю, какую татуировку я бы хотела, — я наугад ткнула пальцем в ближайшую картинку. Пожалуй, могло быть и хуже. Я показывала на маленького мультяшного кота. Надо признать, это был бесформенный кот, который выглядел бы уместно в фильме ужасов, но всё равно это кот. Вроде как.
Мужчина приподнял бровь.
— Вы хотите записаться? — спросил он.
Я покачала головой.
— Нет. Я растеряю храбрость, если не сделаю этого сейчас, — я ухмыльнулась. — Кроме того, не откладывай на завтра то, что можешь сделать сегодня, верно?
Он пожал плечами, как будто ему было всё равно. Тем не менее, он указал мне на дверь, о которой шла речь. Я не стала терять времени и поспешно вошла внутрь. Мне нужно выяснить, что задумал Люк.
Задняя комната была ещё страшнее, чем основное помещение. Похоже, здесь было три отдельных кабинки, хотя сама мысль о том, что в этом заведении могут быть посетители, не говоря уже о трёх одновременно, почти не укладывалась в голове. Не дожидаясь, я направилась прямиком к ближайшей кабинке — той, которая, как я знала, была уже занята Люком.
К счастью для него, он, похоже, на самом деле не собирался делать татуировку. Он был на ногах, всё ещё в своей куртке с капюшоном, и, размахивая руками, отчитывал ещё одного крепкого парня, чьи черты лица были настолько похожи на черты лица первого мужчины, что они должны быть родственниками.
— Просто проверьте свои записи, — настаивал Люк, прежде чем повернуться ко мне и нахмуриться. — Кто вы такая?
Я помахала ему в знак извинения и отступила.
— Вот эта, — сказал первый мужчина, кивнув головой в сторону соседней кабинки. — Где вы хотите сделать тату?
Я её нигде не хотела. Я придумаю предлог и уберусь отсюда до того, как ко мне приблизится какая-нибудь игла. Но сначала мне нужно было подслушать разговор Люка.
— Эм, на моей руке, — сказала я и указала на случайную точку в нескольких дюймах ниже своего плеча.
Он хмыкнул.
— Оплата вперёд.
Я кивнула и полезла в карман за бумажником, одновременно откидываясь назад, чтобы продолжать подслушивать.
— Мы не ведём таких записей, — услышала я голос другого мужчины.
В голосе Люка послышались нотки отчаяния.
— Я тебе не верю.
Я протянула ему пятидесятифунтовую банкноту и отступила назад, желая подойти поближе к другой кабинке и услышать больше. Что бы здесь ни происходило, это явно важно. К сожалению, другой татуировщик, сидевший передо мной, казалось, тоже был полон решимости продолжать свою работу. Он сунул деньги в карман и смерил меня тяжёлым, подозрительным взглядом.
— Вам нужно снять пиджак.
Я выдавила улыбку.
— Да, конечно. Я просто немного нервничаю, — я пожала плечами.
Он продолжал пристально смотреть на меня.
— Либо снимите пиджак, либо закатайте рукав.
Я не собиралась раздеваться. У меня были пределы, независимо от того, насколько я была полна решимости добиться успеха в этой миссии. Я потянулась к рукаву и медленно задрала его, стараясь не торопиться.
— Послушай, приятель, — снова раздался другой голос, — мы не будем передавать чужие данные. Ты можешь быть кем угодно, не так ли?
— Я ценю это, — ответил Люк. — Но я могу компенсировать вам потраченное время.
Тяжёлая рука опустилась мне на плечо, почти силой усадив меня в кожаное кресло. Почти сразу же татуировщик взял свою машинку и включил её. Я бы запротестовала или, по крайней мере, нашла бы способ остановить его, но Люк перешёл к главному.
— Не двигайтесь, — проворчал татуировщик.
Из-за шума машинки становилось всё труднее подслушивать. Я откинулась назад, чтобы слушать внимательнее.
— Я сказал, — повторил он, — не двигайтесь.
— Сколько? — раздался бестелесный голос.
— Сколько вы хотите? — спросил Люк. — Мы можем как-нибудь договориться. Я знаю, что он раньше жил в этом районе. Просто у меня нет его адреса. Раньше был, но всё потерялось, когда моя мама переехала в другой дом. Я заплачу вам, сколько скажете.
Я невольно вскрикнула, когда игла коснулась моей кожи. Чёрт возьми, это больно.
— Подождите! — пискнула я. — Мне нужно немного времени! Я больше не уверена, что хочу этого…