Страница 71 из 72
Глава 25. Эпилог. Новый рассвет Элизиума
Говорят, что старую, закостенелую имперскую бюрократию невозможно изменить ни указами сверху, ни народными бунтами снизу, ни даже точечным применением тяжелой штурмовой магии Полуночного патруля. Но если за дело берется бывший боевой капитан Южного сектора, ставшая Леди-Протектором, а её верный заместитель получает в своё полное тактическое распоряжение бывшие кабинеты Тайной Канцелярии Ольггерда, то старый мир сдается без боя. Причем сдается в рекордно короткие, стратегические сроки.
Прошло ровно полгода с того памятного дня, как Изначальный Источник клана Вортексов был освобожден от министерских оков, а концепция разделения Элизиума на «чистый» Верхний и «грязный» Нижний ярусы навсегда канула в лету на энергетическом уровне.
Я сидела в просторном, залитом утренним солнцем кабинете Лорда-Протектора в Вортекс-холле, лениво покачивая на носке правого штурмового сапога тяжелое министерское кресло из красного дерева. На мне по-прежнему был мой любимый, слегка потертый кожаный жилет поверх тонкой рубашки, но теперь на плечах красовались новые, расшитые серебряным Пеплом погоны Высшего Защитника Империи.
— Леди-Протектор, умоляю вас, подпишите этот тактический указ о перераспределении портовых субсидий! — бывший старший секретарь Высшего Судейского Совета, господин Пьер, сейчас стоял передо мной в глубоком, почтительном поклоне и судорожно сжимая в руках пухлую папку с пергаментами. Его некогда накрахмаленный воротничок был смят, а на лбу выступили капли пота. — Граф Мальборк из Третьего сектора пытается оспорить законность размещения казарм Полуночного патруля рядом с его фамильной оранжереей и он утверждает, что штурмовики патруля своим «громким портовым смехом и запахом вяленой сельди» пугают его коллекционные орхидеи!
Я лениво прихлебнула крепкий кофе из массивной глиняной кружки (фарфоровые чашки Верхнего яруса у меня почему-то долго не жили) и хищно прищурилась.
—Передайте графу Мальборку, господин Пьер, что если его орхидеи не научатся ценить суровый портовый юмор Полуночного патруля в течение ближайших суток, то я лично отправлю туда Гарета для проведения внеплановых тактических учений по метанию штурмовых щитов и будьте уверены, орхидеи эти учения запомнят навсегда. Вопросы есть?
— Н-никаких вопросов, Леди-Протектор! — секретарь побледнел, судорожно шлепнул печать на документ и попятился к выходу, кланяясь каждые два шага. — Орхидеи графа будут счастливы! Они уже проявляют признаки глубокой лояльности к патрулю!
Дверь кабинета закрылась, и я наконец-то позволила себе искренне, раскатисто рассмеяться. Изменить Верхний ярус оказалось на удивление весело.
— Ух, — раздалось со стороны массивного подоконника, где на огромной, расшитой золотом бархатной подушке вальяжно развалилось настоящее «Национальное достояние Империи».
Крош, мой треххвостый дымчатый фамильяр, за последние полгода приобрел поистине королевские масштабы — и в габаритах, и в плане завышенного эго. На его толстой шее теперь красовался тяжелый золотой медальон на массивной цепочке — официальный знак отличия «За спасение Первого Источника», лично врученный Королем Элизиума. Кот лениво приоткрыл один зеленый глаз, посмотрел на меня с легким укором, демонстративно зевнул, обнажив острые драконьи клыки, и лениво постучал всеми тремя пушистыми хвостами по подоконнику. Перед ним на серебряном подносе лежала гора идеально очищенной, слабосоленой портовой сельди, которую ему каждое утро доставлял специальный курьер из королевской гвардии.
Да-да, Крош умудрился полностью построить под свой личный тактический устав всю элитную гвардию Королевского дворца и теперь гвардейцы Верхнего яруса твердо знали, если треххвостый кот Леди-Протектора изволит гулять по дворцовому саду, ему нужно беспрекословно чесать за ухом строго по часовой стрелке и ни в коем случае не загораживать солнечный свет, а иначе можно получить струю фиолетового пламени по парадному мундиру. —Ты обленился, Крош, — я подошла к подоконнику и запустила руку в его густой, пахнущий озоном дымчатый мех. — Скоро в дверной проем дирижабля перестаешь пролезать. Гарет жалуется, что ты сожрал весь стратегический запас рыбы в Южном секторе. — Кот издал басовитое, вибрирующее мурчание, от которого зазвенели хрустальные подвески на люстре, и пренебрежительно фыркнул, всем своим видом показывая, что стратегический запас рыбы был уничтожен исключительно ради поддержания имперской безопасности и его личного магического тонуса.
В этот момент пространственный контур кабинета мягко дрогнул, и воздух наполнился тонким, пьянящим ароматом полярного луноцвета и дорогого табака. Я даже не обернулась — мой собственный источник внутри груди мгновенно, радостно отозвался волной горячего, ласкового серебряно-фиолетового резонанса.
Сильные, невероятно горячие мужские руки уверенно легли на мою талию, притягивая меня спиной к широкой груди. Рейнард уткнулся подбородком в мое плечо, и его короткие темные волосы приятно щекотали мне шею. Он был в своем безупречном черном мундире Лорда-Протектора, но воротник, как обычно в моем присутствии, был расстегнут, обнажая сияющие золотые руны нашей вечной, нерушимой связи.
— Капитан Соррель, вы снова терроризируете мирное чиновничество Верхнего яруса на рабочем месте? — в его низком бархатном голосе послышались искренние, уморительные нотки ехидства. — Мне только что навстречу попался господин Пьер, который молился всем первородным Источникам, чтобы патрульные не растоптали орхидеи графа Мальборка.
— Это не террор, Вортекс, это плановое внедрение портового этикета в массы, — я развернулась в его объятиях, закидывая руки ему на шею и с наслаждением зарываясь пальцами в его жесткие волосы. — Стратегическая необходимость. Если мы не будем держать этих лордов в тактическом тонусе, они снова начнут строить министерские заговоры от скуки. Как прошли переговоры в Высшем Военном Совете?