Страница 56 из 72
— Слушай мою тактическую команду, патруль! — я вышла перед строем, удерживая боевой жезл наперевес. Мои платиновые волосы бешено развевались на ветру (из-за нашего объединения с Рейнардом они больше не становились розовыми как сахарная вата, они стабилизировались и приняли истинный цвет) , а наконечник жезла уже пульсировал плотным, серебряным Пеплом. — Локк подводит нашего «Волка» вплотную к левому борту вражеского флагмана на минимальной дистанции. У нас будет ровно один тактический шанс, чтобы забросить штурмовые кошки и закрепиться на их палубе. Наша цель — пробиться к капитанскому мостику «Следа Зимы», уничтожить магов, удерживающих барьер, и дать Мире возможность сбросить очищающие капсулы. Работаем жестко, быстро, без сантиментов. Гарет, ведешь первую тройку. Я и Крош прикрываем с фланга.
— Капитан, левый борт врага на дистанции прямого броска! — раздался по внутренней связи отчаянный крик Локка. — Держитесь, парни, я иду на таранное сближение!
Корпус нашего дирижабля содрогнулся от страшного, скрежещущего удара — Локк виртуозно, на грани фола, чиркнул правым титановым крылом по обшивке вражеского исполина, сдирая с него декоративные министерские панели и руша внешние леера.
— Люки открыть! Пошли, пошли, пошли! — громоподобно взревел Гарет.
Боковые бронедвери с грохотом раздвинулись, и в отсек ворвался яростный поток ледяного воздуха напополам с фиолетовым дымом Бездны. Прямо перед нами, всего в каких-то семи метрах, высилась огромная, покрытая инеем и рунами палуба «Следа Зимы». На ней уже выстраивались в боевой порядок десятки вражеских ищеек в глухих серебряных шлемах с тяжелыми штурмовыми алебардами и ледяными мушкетами.
— Патруль, огонь! — выкрикнула я, первая прыгая к краю люка.
Двадцать штурмовых арбалетов патруля рявкнули одновременно, выпуская в ряды врагов веер светлых кристаллов. Первые ряды ищеек Ольггерда просто снесло взрывной волной чистой энергии. В ту же секунду Гарет и первая тройка бойцов с криками выпустили из пневматических пушек тяжелые титановые кошки, которые со свистом перелетели через бездну и намертво впились в стальные переборки вражеского корабля.
— На абордаж!
Я первой сорвалась на трос и скользнула над километровой пропастью Полярного хребта. Ветер ударил в лицо, пальцы свело, но отпускать нельзя было ни на секунду.
Удар.
Мои сапоги с глухим стуком врезались в обледенелую палубу «Следа Зимы» и почти сразу движение.
— Будьте на чеку! — крикнули справа.
Трое гвардейцев.
— Влево! — рявкнул кто-то.
Их алебарды вспыхнули фиолетовым, живым светом Бездны.
— Живьём берём! — донеслось с их стороны.
— Попробуйте, — прошипела я.
Я крутанула жезл.
— Руны, первый уровень! — коротко выдохнула я.
Плотная волна серого Пепла сорвалась с наконечника, моего жезла и атаковала врагов.
— Берегись! — крикнули враги слишком поздно.
Магия Бездны на их оружии просто рассыпалась в воздухе.
— Что за… — начал один из них.
Пепел лег на доспехи и металл начал сыпаться, как труха.
— Он разъедает броню! — заорал второй.
— Назад! Назад!
Но было поздно.
Гвардейцы рухнули на палубу, захлёбываясь криками.
— Чисто? — коротко бросили сзади.
— Пока да, — ответила я, не оборачиваясь.
И тут:
— Ух!
Крош уже был рядом.
— Он здесь! — закричал кто-то наверху.
Мой фамильяр, раздувшийся до размеров приличного волкодава, влетел на палубу следом.
— Это ещё что за зверь?! — выдохнул враг.
— Сейчас узнаешь, — буркнула я.
Крош рванул вперёд и выдохнул струю фиолетового драконьего пламени.
— Ложись! — заорал кто-то из стрелков.
Поздно.
Огненный вал прошёлся по верхней палубе.
— Проклятье! — вскрикнули снизу.
Деревянные надстройки вспыхнули разом.
— Пожар! — истошный крик.
— За борт! За борт!
Культисты начали в панике прыгать вниз, прямо в ледяную бурю.
— Хороший мальчик… — выдохнула я сквозь шум боя, хваля Кроша. Шерсть Кроша бешено искрила, а его три хвоста крутились как лопасти гномьего вертолета, сбивая с ног любого, кто пытался приблизиться ко мне со спины.
— Капитан, держим палубу! Пробивайся к ходовому мостику! — прокричал Гарет, орудуя тяжёлым штурмовым щитом, как палицей, и впечатав очередного министерского чиновника в стальную переборку.
Вокруг нас кипел яростный, хаотичный и по-настоящему жесткий ближний бой. Патрульные Нижнего города, действуя слаженно и методично, шаг за шагом оттесняли элитных гвардейцев Тайной Канцелярии. Светлые кристаллы взрывались, ледяные осколки со свистом резали воздух, а над всем этим стальным безумием непрерывно разносился победный, раскатистый рев Рейнарда, который в небе продолжал в одиночку крушить остатки вражеского конвоя, не позволяя им прийти на помощь своему флагману.
Я пробивалась к бронированной двери главного мостика, буквально выжигая себе путь серебряным Пеплом. Мой источник работал на пределе возможностей, подпитываемый через ментальную связь неиссякаемой энергией моего дракона. Каждый мой шаг оставлял на обледенелой палубе дымящиеся следы.
— Ольггерд! Выходи, старый трус! Твоя министерская партия официально окончена! — мой голос, усиленный рунами обруча, раскатисто разнесся над палубой флагмана, перекрывая рев бури.
До заветной двери оставалось всего несколько метров, когда тяжелая титановая бронеплита входа на мостик внезапно с грохотом разлетелась на тысячи мелких, острых осколков. Из клубов фиолетового дыма Бездны на палубу медленно, величественно вышел сам Истинный Куратор.
Верховный Судья Ольггерд выглядел как оживший кошмар древних хроник. Его роскошная судейская мантия была разорвана, а из-под неё виднелись тяжелые латы из белого золота. Его глаза полностью выцвели, превратившись в два мертвых, пульсирующих фиолетовых провала Бездны, а вокруг его головы закручивался нимб из ледяных рун Распада. В его правой руке покоился огромный Двуручный Меч Правосудия, клинок которого был выкован из тёмного антрацита и светился зловещей, удушающей чернотой.