Страница 4 из 4
Прохожу мимо школы. Детвора бегает после уроков по двору. Пухлый гражданин в вязаной шапке странной наружности просовывает руку сквозь решетку школьного забора и кричит двум девочкам лет семи:
– Какой номер дома?!
Те растерянно переглядываются:
– Это не дом, это школа…
– Номер какой? – требовательно орет гражданин.
– Восемьдесят два, дяденька.
Продолжение диалога я уже не расслышал. Но каков вопрос, таков и ответ. Надеюсь, чувак понял, что 82 – это номер школы, а не дома.
***
Помните то самое чувство, когда понимаешь, что за тобой кто-то пристально наблюдает, просто просверливает ледяным лазером насквозь? Вот и я так сейчас, иду себе по Каменноостровскому. Никого не трогаю. Отпил чуть вискарика из своей стограммовки. И тут оно, вот это самое.
Оборачиваюсь. А там из машины, попавшей в глухую петроградскую пробку, на меня гипнотически смотрит водительница в белой вязаной шапочке. Ну, я еще раз демонстративно глотнул вискаря и дистанционно с ней чокнулся.
На секунду показалось, что температура воздуха под взглядом барышни в этой локации Петроградки приблизилась к абсолютному нулю.
Возможно так оно и случилось. Потому что я-то продолжил двигаться плавно дальше, а вот автомобильный затор с гипнотической дамочкой за рулем застыл намертво. Видать заморозился.
***
То ли плыву, то ли скольжу по Каменноостровскому, но точно не иду в буквальном смысле этого слова. Обтекаю объемную даму, замотанную в шарф по самые глаза. Она кому-то (надеюсь что у неё были эрподсы) орет басом: «Вы что, блять, охуели все?!». Вот у меня примерно тот же вопрос.
***
Помните преступление актрисы Марыськиной у Аверченко? Вот и я так сейчас. Иду с утра – выношу мусор. Смотрю, толпа какая-то подозрительная у соседней парадной. Кучкуются, суетятся. И неприятный мужской голос орет в мегафон:
– Почему в кадре посторонние?!
– Это кто еще здесь посторонний, – захотел закричать я. – Живу тут, в отличие от некоторых.
А потом ещё специально залезть в этот кадр ихний и поясничать. Пока под белы рученьки не уведут в соседнее отделение полиции по Петроградскому району.
На самом деле же я тихо вздохнул и поплёлся дальше к мусорным бакам, стараясь особо не звякать пустыми бутылками в пакете.
Так себе я актёр, мда.
***
Мокрая и по-осеннему теплая Петроградка – отличная погода для тех, кто успел отрастить жабры. Плыву в магазин. Передо мной из тумана появляется девица в сером пальто, с эйрподсом в ухе и сигаретой в зубах. Девица орет так словно пытается докричаться до кого-то на другой стороне улицы:
– Я не проиграла ни одного суда. У меня все четко. Ну один проиграла, но между нами: там было заряжено, а мы чисто по закону шли. Понимаешь?
Чуть позже из дымки навстречу мне вываливается парочка: парень и краснощекая девушка-блондинка. У нее типично русское лицо как с картины Васнецова и красный пуховик. Рассказывает собеседнику:
– А я уж поклоны била, била. Туда – раз, сюда – два, – показывает, кланяется в разные стороны, – потом аж три тарелки борща съела.
Дошел я до «Перекрестка» и купил там всякого: молока, икры красной со скидкой, да водицы ключевой. Иду назад, а там опять та же девица, которая по закону, стоит в арке, курит, но уже не орет. «И то хорошо», – подумал я и растворился в тумане.
***
В алкогольном магазине, куда я захаживаю за всяким, появилась новая продавец. Невысокая девушка с темно-красными длинными волосами. Так вот она все время поет. Всегда.
Ну то есть, как поет. Мурлычет что-то себе под нос тихо, но вполне отчетливо. На мой слух – это что-то из репертуара Любови Орловой: журчат ручьи, вьется дымка золотая.
Стоишь выбираешь между Карменером и Мерло, она подойдёт рядом, смотрит на тебя и тихонечко что-то там себе напевает: «… Ла-ла-ла.., ла-ла-ла, цветут цветы… А вам что-нибудь подсказать? Ла-ла-ла…». Мне, конечно, воспитание не позволяет сказать: «Девушка, вы меня сбиваете своим пением. Мне и без вас много не надо, чтобы сбиться. Ой, а что это за интересная бутылочка наверху?»
Думать в такой ситуации особо некогда. Импульсивно хватаю что-нибудь. Бежим с ней на кассу. Смотрю пристально в лицо подпольной певице.
– У вас наша карта есть?
Отвожу на секунду взгляд.
– Ла-ла-ла. Василечки-васильки.
Сеанс чревовещания просто какой-то.
– 467 рублей. Ла-ла-ла.