Его пленница

Глава 17

Уснуть? Рядом с ним? Да у меня сна ни в одном глазу нет. Так и лежу, намертво прижатая к его груди, и не шевелюсь, делая вид, что сплю. Но вряд ли он купится на эту уловку: мое сердце колотится так, что, кажется, он чувствует каждый удар.

Я гоню его слова из головы, выталкиваю их силой, но они все равно пробираются обратно. Ничем «интересным» я не хочу с ним заниматься. Да и «интересное» у него - это чистой воды пытка.

Черт, еще и наручники кожу стягивают!

- Никак не уймешься? - слышу его низкий голос и задерживаю дыхание. Только бы не полез ко мне, псих. Я и так тут еле держу себя в руках.

- Отпусти. Может тогда и усну, - осмеливаюсь заговорить, на что получаю твердое нет. Мои нервы уже на пределе блин!

Упираюсь двумя руками в его грудь и что есть сил отталкиваю эту непробиваемую груду мышц, но он снова резко припечатывает меня к себе.

- Да отпусти ты меня!

Райан внезапно меняет тактику и отпускает меня. Но не успеваю я вскочить, как он нависает надо мной. Смотрит сверху вниз. Этот ракурс куда опаснее. Даже передвинуться не получается, потому что он нагло вторгается коленом мне между ног, раздвигая их.

Я пытаюсь сдвинуться, хоть на сантиметр, но его колено жестко удерживает пространство между нами, не давая ни шанса ускользнуть.

- Убери, - шепчу, а сама слышу, как дрожит голос, и ненавижу себя за это. Я не должна быть слабачкой. - Убери ногу.

Уголок его губ едва заметно дергается.

- Я тебя предупреждал, Хейзел, - произносит он спокойно. - Лучше тебе меня не провоцировать. Окажешься в минусе. Как сейчас.

Он целует меня резко. Просто впивается в мой рот, не давая шанса избежать этого.

Его губы грубые, напористые. Я пытаюсь отвернуться, зажать рот руками, но он цепкими пальцами сжимает мой затылок, направляя мою голову туда, куда хочет. Это унизительно!

Я изо всех сил сжимаю зубы, но он все равно прорывается, его язык вторгается, грязный и влажный, без всякого приглашения. Кусает за губу. Сильно. Чувствую, как кровь стекает по подбородку. Отвратительно. Я ненавижу его за это! Ненавижу!

Пытаюсь бороться, оттолкнуть его, но каждая моя попытка лишь усиливает его хватку. Его язык исследует мой рот, безжалостно, нагло. Я задыхаюсь, но он даже не думает отпускать. Напротив только сильнее наглеет. Хватает за талию, притягивая к себе так близко, что ощущаю, как сильно он заведен.

В глазах темнеет. Не от страха, а от ярости. Я не позволю ему превратить меня в тряпку, которая просто лежит и терпит.

- Ты…, - голос срывается, потому что не хватает воздуха, но я все равно выдавливаю сквозь зубы: - Ты больной! Ты хоть понимаешь, что ты делаешь?! Это насилие, ненормальный! Отпусти меня!

Он чуть отстраняется, ровно настолько, чтобы посмотреть мне в глаза. И в этом безумном взгляде нет ни капли раскаяния.

- Не путай контроль с насилием, дикарка, - спокойно отвечает он. - Я не трогаю то, что не хочет быть тронутым. А ты…, - он чуть наклоняет голову, изучая меня. - Ты хочешь. Просто не признаешь это из-за своего упрямства.

- Да пошел ты! - выкрикиваю я и дергаюсь, пытаясь ударить его коленом, но не выходит. - Встань с меня уже, животное!

Он начинает смеяться, чем сильнее меня выводит из себя.

- Забавно, да? - шиплю я. - Повеселился? А теперь слезь с меня, шизик неуравновешенный.

- Ра-йан. Назови по имени. И попроси поласковее. Может и слезу, Хейзел.

- Да ты издеваешься блин. Не буду я ласковой с таким, как ты. Пусти. И вообще верни меня обратно в подвал. Там, оказывается, куда просторнее и безопаснее было. Хотя бы твое лицо видела реже.

- До чего ж бедную Хейзел довел, что она в подвал захотела, - издевается он, пропуская мои волосы сквозь свои пальцы. Дотрагивается до щеки, пропуская по моему телу табун мурашек. И смотрит таким взглядом, что становится предельно ясно - ни хрена он меня не отпустит. Ни сейчас, ни завтра, никогда.

- Тебе больше заняться нечем кроме как меня изводить? - говорю я. Голос уже сел, превратившись в сиплый шепот.

- Изводить? Мне больше по душе другое слово.

Он хватает мое запястье, все еще стиснутое наручниками, и подносит к губам. Целует кожу прямо над металлом. Медленно. Почти нежно.

Пользуясь подвернувшимся моментом, вонзаюсь ногтями в его щеку до красной полосы. Он шипит и отшатывается, на долю секунды ослабляя хватку. Этого хватает, чтобы я вывернулась из-под него и откатилась в сторону, вставая.

Но не успеваю я сделать и двух движений, как его пальцы смыкаются на цепи наручников и дергают меня обратно. От резкого рывка я теряю равновесие и врезаюсь в него всем телом. Я даже не успеваю собраться с силами, как его руки перемещаются на мою талию, прижимая к себе еще ближе. Опять. Ну, по крайней мере не лежим. Хотя это вряд ли спасает ситуацию.

- Никуда ты от меня не денешься, Хейзел, - шепчет он, и я чувствую вибрацию его голоса на своей коже.

Меня трясет от бессилия и ярости. Я дергаюсь, брыкаюсь, но он только смеется, и этот смех отбирает у меня последнюю надежду. Я стискиваю зубы, понимая, что этот раунд снова за ним. Но только этот. Последний.

В моменте я заметила на кресле в углу ключи от машины. Если получится их забрать, я смогу уехать отсюда. И никакие волки меня уже не остановят. Надо только все это хорошенько подстроить.

- Хорошо, - говорю я, делая вид, что сдалась. Поднимаю на него взгляд, замечая на щеке кровь. Мало получил. Надо было все лицо расцарапать. - Ты выиграл. Доволен? А теперь пусти.

- И больше никаких выкрутасов? - спрашивает в изумлении, поднимая бровь.

- И больше никаких выкрутосов. Буду спать. Только... сними наручники. Мне больно. Они с меня уже кожу содрали.

Он с подозрением смотрит на наши руки и замечает багровые следы: они ярко проступают и на моем запястье, и на его.

- Сниму. Но не за красивые глазки. Мне тоже больно. Ты тоже содрала кожу с моей щеки. Поцелуешь как следует, сниму.

Сама ранила, сама и залечи, значит. Ладно, один поцелуй. В щеку. Переживу как-нибудь.

Наклоняюсь к его щеке, где алеет полоса от моих ногтей. Губы касаются теплой кожи, но он вдруг сжимает мой затылок.

- С языком, - насмешливо приказывает. От такой наглости хочется вцепиться ему в лицо еще раз. Но ради своего плана сдаюсь. Снова.

Ладонь ложится ему на плечо, чтобы удержаться. Пальцы сжимаются на твердой мышце сквозь ткань футболки. Чувствую, как под ними ровно, мерно пульсирует тепло его тела.

И от этой близости, от его кожи, от его запаха, который теперь заполняет собой все, внутри что-то сдвигается. Медленно. Тихо. Как механизм, который запускается без разрешения.

Губы касаются царапины. И я чувствую, как он вздрагивает. Медленно провожу языком по красной полосе, от подбородка к скуле. Вкус соленый, теплый, с металлической ноткой - то ли кровь, то ли просто его кожа такая. И от этого вкуса, от того, как мои губы скользят по его щеке, внутри разворачивается что-то горячее, тягучее, незваное. Жар медленно, неотвратимо растекается от горла вниз по грудной клетке, по ребрам, по животу.

На секунду, всего на одну проклятую секунду мне кажется, что я не просто выполняю условие. Что я касаюсь его потому, что хочу. И от этой мысли хочется стукнуть себя чем-нибудь по голове.