Страница 17 из 68
Сначала она увидела дом. Хорошо знакомый ей деревянный дом с маленьким каменным очагом, в котором сама Кайе еще несколько лет назад столько раз кормила огонь, наблюдая за тем, как пламя отбрасывает на стены желтые и рыжие отсветы. Потом – мужчину, сидящего у огня. Он держал на коленях девочку, заплетал ей косу и тихо что-то рассказывал. Девочка смеялась, а в смехе ее Кайе услышала свое сердце. Она узнала этот смех, хотя никогда его не слышала. Она знала, как звучит дыхание ее дочери. И хоть лицо малышки стало старше, глаза остались теми же – теплыми и светящимися, как солнце над снегом.
Слезы сами выступили на глазах. Кайе не шевелилась, боясь спугнуть видение. А потом между ней и дочерью проскользнула тень – не холодная, не злая, просто тень. И в этой тени что-то мелькнуло, что-то передалось, будто чьи-то руки осторожно протянули ей воспоминание: на, Кайе, возьми, это дар тебе от великой мглы. Тьма слишком великодушна, чтобы разделять мать и дитя, когда те хотят быть вместе…
Холодный северный ветер коснулся ее лица, возвращая в реальность и прошептал ей слова без языка, а она поняла их без перевода:«Твоя дочь жива. И она шлет тебе весточку».
Мир дрогнул. Видение растаяло, как иней на солнце. Кайе очнулась: костер догорал, угли тлели алыми точками, ночь стояла неподвижная и тихая. Где-то далеко трещал лед. Девушка встала, стряхнула снег с плеч, медленно пошла к своему чуму. Когда же она откинула полог и скрылась внутри, тьма под снегом шевельнулась – медленно, лениво, как зверь в спячке, она повернулась куда-то на юго-запад, туда, где далеко-далеко за горами стоял город, полный огня и людей…