Страница 29 из 35
– Я выхожу замуж, – вдруг заявила она. И я почувствовал, как земля уходит у меня из-под ног.
Мой брат осушил залпом свой бокал.
– Не тяни, ради Бога, – взмолилась я. Говори, что произошло дальше.
– Не поверишь, она выпила чай и собралась уходить.
– То есть, ты хочешь сказать, что она явилась среди ночи, чтобы ты поставил ей чайник? Ерунда какая-то.
Он закрыл лицо руками. И я тут же пожалела о резкости своих фраз.
– Я уже говорил тебе, что Аврора очень странная девушка.
– Чокнутая она, – резюмировала я.
Он улыбнулся первый раз за весь вечер и продолжал:
– Ну, мне пора, ночь на дворе, нужно вызвать такси, – заявила Аврора и принялась искать что-то в своем мобильном.
Я был в полном отчаянии, стоял у стены с чашкой недопитого чая и не мог подобрать нужных слов. Через несколько минут ей перезвонили из такси, подтвердив, что машина ждет ее у подъезда.
– Я пошла, – улыбаясь мне самой очаровательной улыбкой, произнесла Аврора.
– И ты вот так вот просто сейчас уйдешь? – вырвалось у меня.
Она вдруг очень серьезно посмотрела на меня и сказала:
– Когда мы уходим, мы часто хотим, чтобы нас остановили. Но остановили правильно.
– Правильно? Это как?
– Правильно – это значит сказали такие слова, которые мы ждём. А иногда и слов не нужно…
– Но всё же, что это за слова такие?
Она посмотрела на меня очень серьёзно, заглянула не просто мне в глаза, а гораздо глубже, туда, где лежит у человека душа, и произнесла тихо и глухо, словно ей не хватало воздуха:
– Я люблю тебя.
От сказанного перехватило дыхание и у меня. И я вдруг самым неожиданным образом ответил:
– Я тебя тоже люблю. Очень давно люблю.
Сказав это, я закрыл глаза, понимая всю абсурдность ситуации, так мне было неловко смотреть на неё. Но тут вдруг почувствовал её тёплое дыхание прямо на своём лице. Не успел я опомниться, она уже целовала меня. И хотя такого поворота событий я не мог представить даже в самых безумных своих мечтах, я ответил на её поцелуй смело и страстно, вложив в него всю свою любовь и желание, которые я так тщательно скрывал от неё, и даже от самого себя все эти годы, не надеясь на взаимность…
– Я так полагаю, про такси вы забыли? – спросила я, подавив смешок.
– Скажу тебе больше: мы забыли обо всем на свете.
Мой брат выпил еще вина и продолжил:
– Могу с уверенностью сказать, что это была самая дивная ночь в моей жизни.
– Даже не сомневаюсь, – резюмировала я. Но что было дальше?
– Дальше я все испортил.
– То есть? – я решительно ничего не понимала.
Мы начали встречаться. Не скажу, что было все безоблачно, мы ссорились то и дело. Характер Авроры приводил меня в бешенство. Она постоянно опаздывала на свидания, часто забывала перезвонить, когда задерживалась где-то, и отвечала мне порой слишком резко. Я отчитывал ее, как маленькую, она обижалась, мы могли днями не разговаривать, а потом наброситься друг на друга и едва не сожрать в порыве страсти.
«– Пойми, меня унижают некоторые вещи, – говорила мне она. Я словно должна постоянно оправдывать своё существование рядом с тобой. Так, будто любое слово или движение будет рассмотрено на предмет моей неидеальности. Словно я на экзамене и любая осечка, ошибка или оплошность будут замечены. Я живая, я не могу 24/7 быть идеальной, правильной. Да, у меня бывают срывы, плохое настроение, и я не всегда выгляжу на миллион долларов. Да, что там говорить? Порой я вообще растрёпанный псих. Только зачем мне об этом напоминать? Я ведь сама себе в такие моменты не нравлюсь. Зачем отворачиваться от меня в минуты моей слабости, вместо объятий показывая мне свою спину?
– Я просто хочу, чтобы ты была ещё лучше. Такой, чтобы я сам себе завидовал.
– А я хочу, чтобы меня просто любили…»
– Знаешь что? По-моему, вы оба хороши, – резюмировала я. Так, и чем же ты в конец все испортил?
– Я улетел в Испанию, а она осталась.
– Помню твою стажировку. По-моему, она длилась полгода.
– Совершенно верно. Я мог бы и не уезжать. Наш роман набирал обороты, а я бросил ее на такой длительный срок.
– И она не смогла выждать всего лишь полгода? Да кто ей мешал приехать к тебе?
Вместо ответа он протянул мне свой мобильный.
– Прочти, что она написала мне однажды ночью:
«Я просто очень хочу сейчас к тебе. Уехать, уплыть, убежать. Мне все равно, как, но оказаться прямо в твоих руках, с радостным визгом бросившись тебе на шею. Ты, конечно, сначала обрадуешься, а потом начнёшь меня ругать за безрассудство. И обязательно припомнишь мне все грубые слова, которые наговорила я тебе в сердцах накануне. Я знаю, без этого никак. Но зато потом ты меня расцелуешь прямо на маленькой улочке старого города. Мы будем целоваться очень нежно, вкладывая в каждый поцелуй столько любви, что она покроет все наши раны на сердце хорошей белой и чистой повязкой. А прохожие будут идти мимо нас по своим делам и улыбаться.
Я очень сильно хочу к тебе…»
– Дело в том, что накануне моего отъезда мы очень сильно повздорили. Я решил показать, кто из нас главный, и не стал ей отвечать.
– Ну, ты и болван, – вырвалось у меня.
– И что дальше?
– Она тоже замолчала. А когда я вернулся, ее уже не было в Москве. Я простоял у ее двери с огромным букетом роз в руках, постоянно трезвоня то в дверь, то ей на мобильный, но в ответ тишина. Ближе к ночи вышла соседка и сказала, что Аврора уехала во Францию, я отдал ей цветы и побрел домой.
– Ты был в Испании четыре месяца назад, – прикинула я. Ты что же, хочешь мне сказать, что не видел ее еще четыре месяца?
– Именно так. Мы не виделись около года. А три дня назад я узнал, что она выходит замуж за француза. И самое ужасное, пожалуй, то, что именно в тот день, когда совершенно случайно узнал я о ее свадьбе, мне пришло такое сообщение от нее. Он снова протянул мне мобильный, и я прочла:
«Когда человек скучает по кому-то у него внутри словно скулит что-то, ноет и даже плачет. А глаза при этом сухие и улыбка скрывает всё. Но как же больно при этом! И нет никакого лекарства, чтобы унять это саднящее чувство, никакого средства. Ничем не заглушить, не отогнать. Так и живём, роняя невидимые слёзы и скрывая гримасу боли за весёлым смехом.
Я скучаю по тебе…»