Страница 118 из 170
– Шурик, ноты нарисуешь к песне? – то ли спросил, то ли приказал Захаров. – У меня батя пускай и в речфлоте, но несколько месяцев во время практики по Волге походил. Я ему тоже спою сегодня.
«Кажется, песня пошла в массы. В воскресенье точно надо будет решать вопрос с авторским правом. А то оглянуться не успеешь, как кто‑то авторство присвоит. Хрен потом докажешь чего», – подумал я.
Прикинув, сложившуюся ситуацию, неожиданно для себя произнёс:
– Лёха, а ты не хочешь спеть эту песню для ветеранов – юнг на концерте к 9 Мая? Я понимаю, что ВИА до этого времени не создадут, не будет ни бас, ни ритм гитары, ни синтезатора, ни ударной установки, но у вас же есть оркестр народных инструментов и баянистов с аккордеонистами. Представь, ты в морской форме с гитарой, человека три‑четыре бэк‑вокала на подпевке, баян, аккордеон, барабан, бубен для ритма, ещё что‑то добавить. Это вы куда лучше меня понимаете, я в этом полный профан. По‑моему, очень здорово получится.
– Ты, серьёзно? – Захаров смотрел на меня как‑то растерянно.
– Мне сказали, что ты хочешь создать во дворце свой ВИА, и отец тебя в этом поддерживает. Так надо с чего‑то начинать. Я понимаю, что «Там за туманами», это не «Yesterday, all my troubles seemed so far away», – напел я, – но с чего‑то надо начинать. Тем более, я что‑то не уверен, что во Дворце пионеров разрешат исполнять битлов…
– А ты чего по‑английски сечёшь? И слова перевести сможешь? – перебил меня Захаров.
– Да, так, немного. По поводу моего английского произношения наша учительница английского языка говорила мне, что меня с моим горьковским акцентом ни один англичанин не поймёт. А перевод, если брать первый куплет «Yesterday», то звучит примерно так: «Вчера все мои беды казались такими далёкими, теперь, похоже, они здесь надолго. О, я верю во вчерашний день. Внезапно я и вполовину не тот человек, каким был раньше. Надо мной нависла тень. О, вчерашний день наступил внезапно». Как‑то так. Надо вспомнить.
Не буду же я говорить ребятам, что было мне в своё время интересно, о чём же битлы поют в своей самой известной песне «Yesterday». Нашёл в Инете перевод дословный и обработанный в стихотворном плане. Вот и запомнил первый куплет, а сейчас в голове всплыло, чем и решил воспользоваться.
Я вчера огорчений и тревог не знал.
Вдруг все беды сразу повстречал.
Вот бы вчерашний день настал.
А сейчас я хожу всё время сам не свой.
И сгустились тучи надо мной.
Нежданное вчера, постой!
Продекламировал я, запомнившийся мне стихотворный перевод начала «Yesterday». Дальше не помнил.
– Это, если на русском в стихах примерно перевести. Точнее, что‑то похожее создать. Только под музыку всё равно какая‑то хрень получается. Да, вопрос не в этом. Как, Лёха, по поводу предложения исполнить мою песню на концерте?
– Слушай, братан, а почему бы и нет. Так, кто у нас здесь. Шурик, дуй за баяном и нотную тетрадь прихвати с ручкой. Ты же у нас с баяном в руках родился и самый грамотный по нотам. Серый, ты давай за аккордеоном.
Ещё трое ребят сказали, что сейчас домру, барабан и флейту принесут. А я был поражён, насколько Захаров смог всё быстро организовать. А ещё меня очень сильно удивило, что сын второго или просто секретаря обкома ведёт себя, как гопник. Может это у него защитная реакция такая. Брошенные дети. В смысле, что родителям, занятым на работе своей карьерой, было не до детей. Времени на них не хватало. И кончено же хорошо, что Бык месить меня, как тесто вроде бы не собирается пока. И тут Алексей удивил меня ещё раз.
Захаров подошёл ко мне и протянул руку.
– Мир, Миха?
– Мир, – я пожал протянутую руку.
И Лёха в этот раз пожал её аккуратно.
– А здоров ты меня сегодня приложил. Я от тебя такого не ожидал. В секцию карате или самбо ходишь?
– Да, нет. У меня дядя милиционер. Он в Вышке учится. Когда на сессию приезжает, живёт у нас месяц и больше, ну и меня учит немного самозащите и другим милицейским примочкам.
– Теперь понятно, как ты меня так лихо на болевой взял. Я и понять ничего не успел. И потом классно отработал. Это, что за удар такой был в колено? И куда ты потом ударил? Я только помню, что на колено упал, а потом пол к лицу приближается. И всё. Дальше темнота, – из лексикона Смирнова пропали сленговые словечки, и речь стала полностью грамотной.
– Так, ребята, потом будете выяснять свои приемчики – примочки. Миша, пока ребята за инструментами бегают, спой песню про лилии. Хотя бы первый куплет и припев. Ты же их сказал, написал, – вклинилась в наш разговор зеленоглазка, просительно улыбаясь.
Ну, как можно отказать такой красотке, даже если тебе пятьдесят шесть лет. И плевать, что младший Лютый вновь неодобрительно смотрит на меня. Надо, кстати, узнать, как его зовут, да и какая фамилия у братьев. Насколько понял именно они пришли на мою защиту от Захарова.
– Сейчас, Лиля, попытаюсь исполнить, – я потёр кончики пальцев левой руки о штанину, а потом помассировал их большим пальцем.
– Миха, а ты, что, действительно, на гитаре только вторую неделю играешь? – заметив мои манипуляции, спросил Лёха.
– Во, – я показал Вовчику кончики пальцев, – как видишь, мозолей нет. Хорошо, что отец «Кремону» купил с нейлоновыми струнами, а то металлическими я бы пальцы уже в кровь стёр.
Я постучал правой рукой по струнам Лёшкиной гитары. Тот, как‑то неверяще помотал головой, а я начал подбирать – вспоминать аккорды под песню, заодно вспоминая и первый куплет. Дернул меня чёрт за язык. Сейчас для Лилии спой, потом и Катюха с такой же просьбой и Вера подкатят.
Ладно, песню «Верка» Любэ я помню. «Три лилии» тоже вспомню, наверное, всё‑таки я её пел двадцать с лишним лет назад. А вот с «Катей – Катериной» будут проблемы. Я кроме части припева и не помню, практически, ничего. Да и музыка для куплетов как‑то слабо в голове крутится.
Отбросив все мысли, сосредоточился на подборе аккордов, мысленно напевая про себя слова песни, после чего, сделав паузу, сосредоточился, сыграл несколько аккордов проигрыша и запел:
Дождём унылым небо плачет,
Замёрзли лилии в пруду,
В безлюдный наш посёлок дачный
Я поздней осенью приду.
Туда, где годы детства плыли,
Где я любил соседку Лилю.
А я в пруду для Лилии, Лилии, Лилии
Сорвал три белых лилии,
Три лилии сорвал.
А я в окошко Лилии, Лилии, Лилии
Бросал под вечер лилии,