Всего лишь любовь

Глава 11. Вита

Утром звонит Майя. Я отвечаю, тревожась. Вот сейчас дочка спросит, как это бывало обычно:

— Мамуль, я приду вечерком? Принесу постирушки..

И что ей ответить?

— Приходи, конечно! С нетерпением жду.

А также на всех парах бежать к Шумилову «в гости». Будем вдвоём делать вид, что у нас всё нормально.

Но Майка с наскока кричит:

— Мамуль, я сдала!

— Всё сдала? — уточняю.

— Не всё, — выдыхает, — Осталось ещё два экзамена. И один пересдать.

— Дай угадаю? Твой любимый филолог опять недоволен? — пытаюсь шутить.

Есть у Майки один «воздыхатель». В кавычках, естественно! Он — педагог. А ещё, судя по россказням Майи, тот ещё хрен. С самого первого дня их встречи в стенах института, он проникся «симпатией» к Майе и выделяет её среди прочих. В том плане, что валит всё время.

При поступлении Майка писала.. Не знаю, рассказ, или очерк? Как это у них называется? Тему взяла щекотливую: «Образ матери в творчестве русских прозаиков». Помню, я плакала так, что даже «пион» не помог успокоиться. Только Шумилов! А этот говнюк запорол. И поставил ей «неуд». Мол, по его мнению, «тема раскрыта не полностью».

Он говорит Майке, дескать, что видит в ней потенциал для развития, творческий дух. И своим неестественным прессингом пытается выразить то, что сама она, в силу отсутствия опыта, пока неспособна. Я же думаю, что он просто завидует ей! Сам только и смог, что работать на базе теории. Ни одной книги не написал, а лишь критикует. К слову, он критик! Его негативные отзывы вечно мелькают в анонсах литературных газет и журналов. Печатная отрасль нынче в упадке, вот он и бесится, что кому-то лишь предстоит доказать миру свою независимость, раскрыть свой талант. А уж у Майки таланта навалом.

— Да, мамуль, он самый! Борюсик опять корчит рожицы. Видите ли, ему мой очерк не нравится. Не видит он в нём глубины, — повествует дочурка. Беззлобно, привыкла уже.

— Пускай он в зеркало чаще смотрится! — отвечаю в поддержку.

Поначалу была.. Ну, не то, чтобы против её поступления в ВУЗ! Просто хотела такую профессию, которая Майку прокормит в дальнейшем. Ну, что значит, книжки писать? И статьи. Быть вечным поборником морали? Идти на поводу у общественных норм? Это уж точно не про Майку! А значит, она будет плыть против течения, а значит, её будет ждать неуспех.

Но теперь я уверилась в том, что настроена Майка серьёзно. И отступать не намерена! Она поступила сама, на бюджет. Сама всё сдала. Тут ей даже Шумилов помочь не сумел! Хотя, я уверена, втайне мечтал, чтобы Майя пошла в экономику.

— Спасибо, мамулечка! Я ему передам! — усмехается дочка.

— Ты когда придёшь? — интересуюсь, на свой страх и риск.

Даже жмурюсь.. Совсем докатилась! Наверно, впервые за Майкину жизнь, я рада тому, что дочь обитает отдельно.

— Да когда? — рассеянно тянет она, — Наверно, как сдам всё, так и приду! Чтобы сразу отпраздновать!

— Отличная мысль! — тороплюсь поддержать, — Можем в кафе посидеть? А потом прошвырнуться по магазинам. Купим то, что ты хочешь!

Она усмехается:

— Ладно, мамуль! Я подумаю.

Знаю, что мы с ней по-разному смотрим на вещи. В том числе, на одежду. Майкин стиль.. Как бы это сказать? Он какой-то неженственный, что ли! В её возрасте я одевалась красиво, нарядно. Носила платья, эффектные кофточки, красила губы. В общем, гордилась своим женским полом. А дочка как будто скрывает его. Под широкими джинсами, под просторными худи. Кроссовки — любимая обувь! И ладно, я, в свои почти сорок пять, не ношу каблуки и колготки. Но ей-то всего ничего, самое время носить.

— А чем вы питаетесь? Небось, на картошке сидите? — вспоминаю о главном. Чем могут питаться девчонки в общаге? Картошки нажарили, бросили пару кусков колбасы, и довольны! Мне это чуждо. Я ведь жила в студенчестве с мамой. А ещё постоянно «кормилась» у Костиной матери. Та — хозяйка от Бога!

— Ой, мамуль! Тут Танюшке родители из деревни прислали посылку! Еды у нас валом. Мы даже холодец сварили, из свинячьих копыт, представляешь? Он благоухал на всю округу, так съели ещё, не успел он застыть, — Майя хохочет.

— Хотела бы я увидеть этот холодец, — представляю себе «кулинарный шедевр».

— Лучше не надо! На вид он был так себе. Зато на вкус.. Мммм! — произносит она.

Я смеюсь:

— Хорошо! Как придёшь, встанешь на весы. Посмотрим, сколько ты за зиму набрала на «здоровом питании».

— Килограммов пять точно! — вздыхает она.

Я собираюсь. Поеду в кафе. Перемены в меню не пойдут нам на пользу! Но, пока не найду кулинара-кондитера, будем печь булочки. Опцию «торты на заказ» придётся на время убрать. Полночи искала замену Милане. Отправила в личку запрос с деловым предложением. Ответила только одна:

«Добрый день, Виталина! Спасибо за предложение. Я могу снабжать вас выпечкой на регулярной основе, и продавать вам с небольшой наценкой. В обмен на рекламу моего профиля в социальной сети у вас на страничке».

Да, уж! Кому интересно сотрудничать с кем-то, снимать помещение, ставить столы? Когда есть интернет. Заводишь аккаунт, размещаешь красивые фото и.. Вуаля! Клиентура идёт.

Майка, помедлив, бросает:

— Мамуль, тут такое дело, — и я понимаю, что дело — труба.

— Чего? — застываю у зеркала, заодно поправляю причёску.

— Да, девчонки хотят после сессии на море махнуть всей компанией, — произносит задумчиво.

— Куда, например? — говорю.

— В Геленджик, — завершает она.

Про себя я вздыхаю. В прежнее время я бы обиделась. Вот, значит, как? Ей девчонки дороже семьи? Ну, естественно! С ними есть шанс отыскать на морском побережье парней. А мама и папа? Об них спотыкайся весь отпуск! Но теперь мой мысленный вздох — это вздох облегчения. Майка решила поехать с подругами? Пусть! Это ли не выход в сложившейся ситуации.

— Ну, и отлично! Езжай, — говорю.

На том конце провода слышится странный смешок:

— Это всё? — произносит она недоверчиво, — И не будешь меня упрекать, что я оторвана от семьи?

— Буду! — спешу я исправиться, — Но ведь это бессмысленно? Упрекай, не упрекай, а ты всё равно оторвёшься и полетишь, как листочек от дерева.

— Мамуль, не драматизируй, — примирительно хмыкает Майя, — Я и с вами успею, и с ними. Мы же всего дней на десять поедем!

— А мы, это кто? — уточняю.

— Ну, — Майя делает паузу, — Это Маринка, Танюшка, Дашута, Алинка. Может быть Вика поедет. Она не решила ещё. Ну, и я? — последняя фраза звучит как вопрос.