Божена

Наконец, дело дошло до того, что графиня с тревогой и отчаянием ждала писем. Рональд сидел, скрестив руки, и смотрел перед собой, думая: «Если бы только я мог избавить её от этого!» Тишина становилась невыносимой; старая женщина нарушила её вопросом: «Завтра вы идёте на охоту, не так ли?» Он машинально кивнул: «Конечно, конечно».

Его голос звучал как-то странно; графиня с тревогой посмотрела на него и увидела его встревоженное лицо. Каждая черта его лица выдавала внутреннюю борьбу – горький упрек себе, своей трусливой робости перед лицом признанной печали, пробуждавшийся в ней. «Бедное дитя», – подумала она, и жалость к сыну придала слабой женщине сил сказать самое трудное сразу, всего несколькими словами:

«Рональд, дорогой мой, говори. Когда нам нужно отсюда уехать?» С облегчением вздохнув, он обеими руками взял протянутую ею руку и воскликнул: «Никогда, добрая мама! Вы никогда не покинете Рондсперг!»

«Как это может быть, если мы не можем этого гарантировать?»

«Продажа возможна только при условии, что ты продолжишь жить здесь точно так же, как и раньше».

Старая дама задумчиво покачала головой: «Если Вы согласились на это условие, то дорого за него заплатили…» Он хотел возразить. «Не отрицайте», – сказала она, – «иначе быть не может…»

«О, мама,» – перебил он ее с натянутой веселостью, – госпожа Хайсенштайн рада отказаться от счастья жить в нашем старом гнезде. От нее требуют большего. Она не должна отстаивать приобретенные права, если мы хотим продолжать жить здесь – как вы говорите – как прежде».

«Она и к этому готова».

«Потому что ей так подсказывает ее право. Разве не так?… Разве не так?» – испуганно повторила она. «Ты растратил свое имущество, чтобы два старика могли провести свои последние годы так, как жили до сих пор!»

«Растратил? О чем ты думаешь? Не беспокойся об этом».

Она тяжело вздохнула: «Наш возраст высасывает твою молодость… Если бы это зависело от меня, этого бы не происходило. Если бы я могла говорить, я бы умоляла тебя, дитя: не трать свою жизнь больше! – Иди, тысячу раз благословенный, – построй себе будущее, и пусть то, что прогнило и созрело для разрушения, рухнет – все земное требует перемен».

Он попытался подавить захлестнувшее его чувство и ответил: «Как красноречива моя мать сегодня! И с какой целью?»

«Чтобы сказать то, что ей не позволено говорить». Лучезарная улыбка преобразила ее лицо:

«Красноречиво – да. Разве я не похожа на старую арфу со порванными струнами, которая вдруг начинает звучать? Это чудо – мимолетное. Но поскольку мой язык болтлив, послушай, сынок, твоя немая мать видит и считает каждую каплю пота на твоем милом лбу, каждый подавленный протест, каждую молчаливую и радостную жертву…» Внезапно она наклонилась и прижала губы к его руке. В тот же миг он опустился на колени и с благоговейной нежностью обнял сгорбленную фигуру… «А ты, мама?» – прошептал он, – «разве ты тоже не страдаешь?»

«Молчи, дитя мое!» – прошептала она, прижимая его голову к своей груди. И в тот трудный день их сердцам стало легче, чем когда-либо за последнее время.

Предисловие переводчика:

*

Поликрат – тиран (единоличный правитель) греческого остврова Самос в Эгейском море. Он вошел в историю как один из самых могущественных и ярких правителей. Он считается создателем мощной морской державы и покровителем искусств.

*

Филиппо Брунелески (1377 – 15.04.1446) – итальянский учёный, архитектор Когда пишут о первых деятелях искусства эпохи Возрождения, то в качестве первопроходца в архитектуре называют Филиппо Брунелески, а первым ренессансным скульптором почему-то принято считать не Лоренцо Гиберти, создавшего «Райские врата» флорентийского баптистерия, а Дона́то ди Нико́ло ди Бетто Ба́рди, более известного под прозвищем Донате́лло (1386 – 1466). А ведь все они были современниками, коллегами, единомышленниками, а иногда и конкурентами.

* Бенвенутто Челлини – (3 ноября 1500 – 13 февраля 1571) – итальянский скульптор, ювелир, гравёр, писатель-историограф. Человек беспокойного и буйного нрава, он прожил авантюрную жизнь, отмеченную контрастами, страстями, преступлениями, из-за чего часто был вынужден отправляться в изгнание или бежать. Он оставил важные литературные памятники эпохи: собственное жизнеописание, трактаты и многочисленные

письма.

*

Прерафаэлиты (англ. Pre-Raphaelites; от лат. рrае – перед и Рафаэль, группа англ. художников и писателей 2-й пол. 19 в., ставивших целью возрождение «искренности», «наивной религиозности» средних веков и раннеренессансного искусства («до Рафаэля»). «Братство прерафаэлитов»

*

Либуше

(чеш. Libuše, нем. Libussa или Libuscha, происходит от праслав. Любослава) – мифическая чешская княгиня, дочь Крока, супруга Пржемысла Пахаря.

17