Страница 16 из 23
— За умение глубоко работать с документами?
— Не понимаю, о чём ты, но мы готовы предложить работу. Сейчас как раз запускаем канал «Мистика Загорска». Сексапильные ведьмочки из загородного магического борделя, сумасшедшие поклонники Мары. Острый магический контент. Никакой пенсионерской мути, как в «Вестнике». Авторский взгляд на проблему приветствуется.
— Какие форматные ограничения? Я хочу снять материал про ведьму кошмаров, которую оболгали и осудили два года назад.
Лида побарабанила пальцами по столу. Взгляд скользнул по медальону на шее Дмитрия: чёрный ромб, белый глаз.
— Мы не для магических выродков снимаем, а для широкой аудитории. Им вся эта правозащитная муть не заходит. Нужно что-то цепляющее, конфликтное, близкое каждому. Про арест можно упомянуть, но после крутой истории о том, как ведьма с ума половину подъезда свела!
— Понятно. — Лида посмотрела на камеру за спиной, отошла к плотным шторам блек-аут на окне и добавила тихо: — Хотите услышать моё виденье?
Дима помолчал. Отошёл к подоконнику, подальше от прозрачных стен и угла обзора камеры.
— Конечно, у нас тут атмосфера опенспейс и френдли... — сказал супервайзер.
— Но слежку за сотрудниками никто не отменял? — Лида наклонилась к самому уху Дмитрия, перешла на шёпот, — мне нужна информация по всем фирмам из ЖКХ, которые сотрудничают с вами и решили поменять название и бренд в последние пару лет. Ты наверняка это знаешь, потому что исполнители в «новых компаниях» остаются старыми.
— Э-э-э, я так не могу, — прошипел Дима в ответ.
— Помните, мы две недели назад спорили о парадоксе вагонетки? Ты выбрал минимальный ущерб. — Лида выдержала паузу и добавила, — я хочу спросить, что разумный человек выберет? Тайно, через фейковые аккаунты один раз сообщить информацию. Или ничего не говорить и столкнуться с обоснованными слухами.
Глаза Дмитрия расширились.
Лида отошла к столу, попадая в угол обзора камеры, набрала воздуха в грудь и громко сказала:
— Дмитрий, огромное спасибо за...
Супервайзер оглянулся и перебил:
— Всё, я понял! Жди фидбэк в соцсетях. Но, Лида... — Дмитрий помолчал, а потом продолжил: — Без обид: тема с водоканалом опасна. Забей и уезжай из города, пока не поздно.
Лида посмотрела в глаза руководителю проектов и вышла. В коридоре журналистка остановилась у стены с логотипами. Постояла, оперлась на стену, отдышалась. Подняла взгляд: «Новострой», «Комфорт Плюс» и «Каскад-Групп». Последний логотип новый, свежая печать.
Журналистка сделала вид, что фотографируется на фронтальную камеру, надувая губки, переключила камеру, сделала снимок стены и пошла к выходу.
*************
Через час Лида посетила редакцию «Справедливости».
Отдельный вход со двора, цокольный этаж жилого дома. Поблёкшая яркая вывеска, распечатанная на баннере: «Голос Справедливости. Общественно-политический портал». Ниже — табличка партии и лозунг «За честную власть», напечатанный на обычной бумаге и заламинированный скотчем.
Девушка спустилась, пробираясь мимо куривших парней, толкнула незапертую дверь.
Внутри пахло сыростью и старыми газетами. Лида прошла первую комнату, осматриваясь: стол, стопки листовок на полу, переполненные стеллажи, старые компьютеры. Два больших принтера у стены, у одного крышка заклеена скотчем, а у второго лоток для бумаги другого цвета. На стене карта города с десятком красных кнопок.
Лида прошла во вторую комнату: одновременно кабинет, переговорная, зал совещаний и кухня. Помещение квадратов двадцать пять. Почти как кабинет редактора «Загорского вестника».
В центре стоял советский полированный стол с царапинами. Двенадцать стульев у стола и стен. Кружка с остатками чая и пепельница. Стопка бумаг, перевязанная бечёвкой: «Жалобы. Не разобрано, 2024». Вдоль стен шкафы разной высоты, ширины, цвета и годов выпуска. В открытом пенале гудела микроволновка.
Главный редактор «Справедливости» вышел навстречу. Худой, сутулый, невысокий мужчина лет сорока. Одет был в серый шерстяной свитер и чёрные джинсы. Залысины, тонкие очки. Протянул руку и улыбнулся.
— Лидия Марковна! Проходите!
Усадил и предложил чай. Журналистка отказалась. Редактор не настаивал, перешёл к делу.
— Позвольте вам представить мою соратницу! Ольга Александровна Крылова, депутат городской думы. Из нашей партии. Очень заинтересована в теме ЖКХ.
Толстоватая, невысокая, коренастая Ольга сидела у стены. Рядом чашка с остатками чая. Серый шарф и зелёное пальто лежали на стуле. Брошь с красным флагом на лацкане пиджака. Тёмные внимательные глаза.
— Можно просто Ольга. — Женщина протянула руку. — Я читала ваши материалы ещё до... нападения. Статья о перерасчёте тарифов. Я её распечатала и отнесла на заседание комиссии по ЖКХ. Инициировала голосование, но депутаты Единство и Свобода были против.
Лида приподнялась, потянулась через стол и пожала руку. Ольгина ладонь тёплая, крепкая. Лидина — ледяная.
Редактор сел, снял очки и заговорил.
— Мы, как единственное оппозиционное издание в городе, несём особую ответственность. В нынешних условиях, когда информационное пространство монополизировано провластными структурами, наш долг вам помочь. Нам поступают звонки, нас пытаются запугать, но мы держимся. Партия «Справедливость» стоит на позициях открытости и прозрачности...
Он говорил ещё минуты четыре. Ольга пила чай медленно, маленькими глотками. Лида ждала. Сазонов дошёл до сути на пятой минуте.
— Ваш материал нужен обществу. Мы понимаем масштаб и готовы поддержать. Нам необходимо, чтобы доказательная база была юридически безупречной. У нас уже был прецедент: мы опубликовали материал о завышении расценок в управляющих компаниях при ремонте домов. Нас засудили, заставили выпустить опровержение. Чтобы наша позиция выглядела убедительной...
— Какие условия безопасной для вас публикации? — перешла к сути Лида.
Мужчина взял очки, покрутил дужку, дыхнул на стекло, протёр и положил на стол. Руки сложил в молитвенной позе.
— Я читал присланные вами в обед материалы. Отличная работа. Но с доказательствами туго. Половина скриншотов ничем не подтверждены. Части компаний переименованы. Вы указали, что источники отказались говорить. Маленьким изданиям нужно взвешивать риски. Ещё два-три проигранных суда, и нас закроют.