Страница 59 из 68
— Зачем мне чужая корова? У меня своя есть! Вон, сидит и мычит без умолку.
Я замолкаю, не в силах сказать что-нибудь. Правда, готова признать, что апатии как не бывало. Уж что-что, а уныние Ромик способен развеять своей болтовнёй и наездами.
— А ты тогда кто? Бык осеменитель? — вырывается.
— Я? — уточняет, свернув, — Я пастух!
Устав спорить с ним, я закрываю глаза. И в какой-то момент вырубаюсь. Всего на мгновение, вспомнив о том, что сердечко Левона висит у меня под шарфом. Надо бы снять его раньше, чем Ромка увидит. Начнутся вопросы: откуда, чего..
Открываю глаза, когда мы стоим. Из окна вижу двор. Наш подъезд. Ромик сбоку. Опираясь о руль, наблюдает за мной.
— Вот же угораздило тебя выбрать профессию, Бузыкина, — произносит со вздохом, — Нет бы, на терапевта пошла! Мерила бы сейчас давление старичкам. И приходила домой вовремя.
Я зеваю в ответ:
— Скукота.
— Хотя, — отзывается Ромик, ведёт по мне взглядом, — Ты бы и там умудрилась найти приключений на свои сто пятьдесят пять.
— Ты про рост? У меня вообще-то сто семьдесят! — фыркаю я.
— Я про жопу твою необъятную! — тянется Ромик меня ущипнуть.
— Ты вообще обалдел? У меня девяносто вообще-то! — оскорбляюсь в ответ.
Хотя, давненько не мерила. Сорок восьмой размер одежды, это уже далеко не сорок четвёртый. Но я и не девочка, в общем-то!
— Когда это было? Девяносто, — усмехается он, выходя.
Я тоже покидаю сидение нехотя. Так пригрелась!
— Вот давай поспорим, что у тебя больше ста сантиметров? — предлагает мне Окунев.
— Не буду я с тобой спорить! — раздражаюсь по пути к подъезду.
— Боишься? — играет ключами.
— Ничего я не боюсь, — усмехаюсь я.
— Тогда давай поспорим? — открывает он двери.
— На что? — говорю.
— На минет, — отвечает не думая, словно мысль эту давно подготовил в уме.
— И не надейся! — бросаю ему уже в лифте.
Вместо ответа он смотрит придирчиво вниз, на мои девяносто. И, разведя ладони в стороны, демонстрирует мне их объём.
— Ром, отстань! — я толкаю его, выходя на этаж.
— Ой, готовься, Бузыкина, щас буду мерить!