Страница 76 из 98
Глава 36
Не знаю, какой реакции я ожидала. Но точно не того, что Кирилл замрет со спущенными штанами и нахмурит брови. Вот сейчас он точно поверил в мною сказанное. Но выглядит так, как будто я сказала что-то настолько неприятное, почти брезгливое, от чего надо отмыться. Это что такое? Шлюха плохо, девственница еще хреновее? Да что я за неудачница такая? Что со мной не так? От обиды отталкиваю Арестова в грудь и слезаю с машинки.
В считанные секунды дохожу до спальни, хватаю халат с кровати и накидываю не глядя. Капец, секса не было, а чувство такое, что уже триста тысяч раз опозорилась. Слышу позади себя шаги, но обернуться не решаюсь.
— Кать, — Кирилл поддевает меня за локоть и разворачивает к себе. Одно радует, я в халате, какая-никакая защита, а он в трусах.
— Отстань. Нам все-таки реально не по пути.
— Это из серии: «сама придумала, сама обиделась»?
— Шлюха плохо, девственница еще хуже. Да тебе все брезгливо. Ты лицо свое видел?
— Слава Богу не видел. Не люблю смотреть на людей, мысленно обделавшихся, — поднимаю на него голову, а там во взгляде неконтролируемый хаос. — А я это сделал с большим размахом. Откровенно говоря, я вряд ли заслуживаю чистенькую девочку, это во-первых. Во-вторых, тем более тебя, учитывая, наш отягощенный клинический случай и то, как я нелестно о тебе отзывался. Только причем тут какая-то на хрен брезгливость? Сейчас в моей голове такой ебучий диссонанс, что ты можешь смело сплясать на моей, с грохотом разрушившейся, убежденности в знании женщин, не говоря уже о тебе лично.
— Знание женщин? Я вообще-то говорила это, и не раз.
— Напомни мне, когда наши разговоры не напоминали словесную битву, в которой отсутствовал стеб? Ты действительно думала, что я должен был поверить в то, что ты девственница в двадцать пять лет, да еще с такой фигурой и внешностью?
— Или после твоей убежденности, что я была с твоим отцом.
— Вот он здесь сейчас вообще ни при чем. В моей картине мира это не укладывается и без моего отца.
А вот сейчас, отбросив обиды и включив объективность, я действительно не понимаю. Это что, все? Как он там сказал? Не заслуживает чистой девочки и тем более меня?
— Ты сейчас будешь играть в хорошего мужика, который не будет спать с залежавшейся девственницей? Как ты там сказал: «не заслуживаешь»? Да, ты прав.
— Да, конечно. Сейчас оденусь и сниму себе шлюху. Наконец-то потрахаюсь от души и не буду дрочить в душе, — капец! — Кать, ну что ты такая тугодумка? Хотя, не мне, конечно, об этом говорить. Ну, ты реально не понимаешь, что ты меня урыла и моя башка сейчас варит с трудом? Я должен был трахнуть тебя на стиральной машинке, пропустив твои слова? Это слишком даже для меня.
— Раньше ты их пропускал.
— Раньше мы и говорили по-другому.
Ну, почему? Почему у нас все не как у людей? Лучше бы просто промолчала. Сейчас бы не было таких, черт пойми каких, взглядов и этой витающей в воздухе неловкости. Я отворачиваюсь и подхожу к окну. Чувствую, как Кирилл притягивает меня к себе, обнимая сзади.
— Я не собираюсь играть в хорошего. Свое возьму с лихвой. Ты мне все нервы вытрепала за эти нескончаемые месяцы. Один как за пять лет. И никуда я не уйду. Чхать я хотел на то, что я в реале заслуживаю. Только поговорить нам все же придется, — он разворачивает меня к себе и берет за подбородок, заглядывая в глаза. — Не обижайся и не воспринимай в штыки, но можно задать тебе вопрос?
— Он из разряда плохих, так что, нет.
— Ну чего ты такая упрямая?
— Какая есть. Ну ладно, что там?
— К тебе кто-то приставал в детском доме? Ты поэтому умудрилась остаться девочкой при своих данных?
— Женский род считается? Меня там не любили девочки и приставали, когда начали расти сиськи.
— Нет, не считается. Девочки никогда не любят красивых девочек, это заложено природой. Ты знаешь, что я не об этом.
— Наверное, не приставали, — ну капец, говорить сейчас про то, что ко мне не пристали из-за Коли — вообще не добавляет мне баллов.
— Наверное?
— Нет. Не приставали.
— А пока ты жила со своей матерью?
Разбираться в причинах своей ненормальности не хочется ни в каком возрасте. Вопрос, мягко говоря, неприятный.
— В том смысле, в котором думаешь ты — нет. Но как бы и да. У мамы было немало…ухажеров. Но криминального ничего не было. Так…иногда зажимали. Я тогда не очень объективно расценивала все происходящее в силу возраста. Это сейчас понимаю, что случайно так не трогают. Мне не нравится мое детство и говорить я о нем не хочу.
Кирилл отпускает мой подбородок, и я только хочу увернуться, не зная куда себя деть, как он тут же меня подхватывает. Усаживает на край кровати, утягивая меня за собой. Так себе поза, с растопыренными-то ногами. Малость уязвимо.
— И что, у тебя никогда не было парня? — ну вот зачем? — Это не укладывается у меня в голове. Как так? — ладно, была не была. Уж лучше все выложить, чем потом ляпнуть.
— Был.
— И как далеко вы заходили?
— Не так, как ему хотелось. В трусы он ко мне не залез, если тебе это интересно, равно как и я к нему. И да, я соврала. В детском доме ко мне не приставали только потому, что я начала специально с ним встречаться, зная, что получу от него защиту. Я сделала это намеренно. На самом деле я просто использовала его. Мы должны были пожениться.
— Пожениться?
— Ага. Несмотря на свои габариты и репутацию, он был каким-то понимающим.
— Берег тебя для первой брачной ночи? — даже не скрывает усмешку.
— Скорее, я его этой мыслью тешила.
— Вот долбоеб. Может, он по мальчикам был?
— Он был в меня влюблен. В трусы, не смотря на понимающие взгляды, он хотел ко мне залезать не меньше, чем ты.
— Кать, ты просто…уникум. И что было дальше?
— Он умер.
Всякое ожидала, но точно не смешок Арестова.
— Тебе смешно?
— Прости. Разве что чуть-чуть. Ты мурыжила парня столько времени, а он взял и помер. Ну, молодец. Грешно как-то радоваться смерти незнакомого пацана.
— Он ввязался в какую-то компанию. Гадалка сказала, что он и без меня бы плохо закончил. Но мне все равно стыдно. Разочарован?
— В чем?
— В том, что я его использовала, кормя завтраками.
— А должен? Все же у тебя искаженное восприятие меня. Чем ты меня еще поразишь, прежде чем меня дернет инфаркт?
— А у тебя больное сердце?
— Да вроде, нет. Но с появлением тебя, в моей жизни стало однозначно меньше нервных клеток. Что уж говорить про некоторые события. Бля, ну это просто...кому скажи — не поверят.