Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 86 из 134

— Я отвечал за безопасность всего Ранвеля. От меня скрывали информацию, которая могла быть связана с прежним нападением.

— И поэтому решили передать ее неизвестным людям из столицы?

Ивар сжал челюсть.

— Не неизвестным. У них были документы и коды доступа, которые невозможно получить обычному человеку.

Роэн произнес:

— Жетон закрытых ангаров тоже выглядел очень убедительно, пока человек с ним не оказался ночью в спальне моего сына.

Ивар отвел взгляд.

— После нападения я понял, что они сказали не все.

— Но продолжили передавать сведения.

— Потому что к тому моменту уже был слишком глубоко.

Вот она.

Не долг.

Не верность государству.

Страх за себя.

— Вам платили? — спросил Роэн.

Ивар молчал.

— Я задал вопрос.

— Да.

— Сколько?

— Сначала немного. Потом больше.

— И обещали повышение?

Ивар снова посмотрел на него.

— Место в столичной охране после завершения дела.

Роэн не изменился в лице.

Это было хуже любого крика.

— Семь лет вы служили в моем доме.

— Я служил вам. И долго считал, что служу правильно. Но пять лет вы скрывали наследника, подделали смерть, не сообщали корпусу о способности, которая может влиять на драконов. Мне показали документы, по которым Совет имеет право вмешаться, если подобный ребенок существует.

Я не выдержала:

— Вам показали бумагу, и вы решили, что имеете право сообщать чужим людям, где спит шестилетний мальчик?

Ивар повернулся ко мне.

— Я не передавал расположение спальни.

— Кто тогда передал план детского крыла?

Он промолчал.

Ответ был понятен.

— Вы.

— Мне сказали, что план нужен на случай официального изъятия ребенка под защиту Короны.

Меня передернуло от формулировки.

Официального изъятия.

Будто речь о вещи.

Роэн спросил:

— Кто заказал нападение на экипаж Селии пять лет назад?

Ивар резко поднял голову.

— Я не знаю.

— Кто пытался похитить Теона тогда?

— Не знаю.

— Кто ставит узды на драконов?

— Не знаю.

— Кто стоит над вашим контактом?

— Не знаю.

Каждый ответ звучал одинаково.

И, к сожалению, вполне мог быть правдой.

Ивар действительно оказался не человеком в центре заговора.

Он был дверью.

Удобной.

Хорошо оплаченной.

И достаточно близкой к Теону.

В дверь постучали.

Роэн разрешил войти.

Севен принес небольшой деревянный ящик.

— Нашли в комнате господина Кесса за внутренней панелью шкафа.

Ивар закрыл глаза.

Севен поставил ящик на стол.

Внутри лежали деньги.

Больше, чем обычное жалованье начальника охраны могло объяснить.

Несколько писем.

И маленькая записная книжка.

Роэн сначала взял письма.

Большая часть была написана без подписи.

Я стояла достаточно близко, но не пыталась читать через его плечо.

Он сам передал мне один лист.

— Прочитайте.

Текст был коротким.

«Наблюдение подтвердило наличие мальчика, соответствующего возрасту наследника дома Арден. Сведения о смерти считать недостоверными. До отдельного распоряжения не предпринимать действий, способных вынудить Ардена сменить место проживания ребенка».

Я прочитала еще раз.

Дата.

Три месяца назад.

Значительно раньше моего приезда.

— Они знали, — сказала я.

Роэн взял лист.

— Не все. Но уже тогда подозревали достаточно.

Ивар тихо произнес:

— Я не подтверждал имя. Только сообщал, что в доме есть ребенок подходящего возраста.

Роэн посмотрел на него так, что даже мне стало холодно.

— Вы хотите, чтобы я оценил разницу?

Ивар опустил глаза.

Следующее письмо было новее.

После человека на холме.

«Визуальное подтверждение получено. Мальчик жив. Арден усиливает режим. Продолжать передачу маршрутов и изменений охраны. Особое внимание любым проявлениям необычной реакции на драконов».

Вот теперь сомнений не осталось.

Где-то в столице люди знали не только, что Теон жив.

Они уже собирали сведения о его способности.

Роэн перелистал записную книжку.

В ней стояли даты.

Суммы.

Короткие отметки.

Поставки.

Маршруты.

Время отправки писем.

Некоторые совпадали с нашими прогулками.

Одно — с днем появления раненого дракона.

Я увидела собственное имя.

«Новая воспитательница. Постоянно при мальчике. Доступ расширен».

Мне стало особенно неприятно.

Все это время кто-то рассматривал меня не как человека, а как еще один элемент вокруг Теона.

— Роэн.

Он уже прочитал.

Лицо стало жестким.

Ивар сказал:

— Про вас я почти ничего не передавал, госпожа Маррен. Только что вы приехали и получили доступ к ребенку.

— Как великодушно.

— Я понимаю, что это звучит...

— Не объясняйте мне, как это звучит. Лучше объясните, что было в сегодняшнем письме.

Ивар промолчал.

Роэн открыл записную книжку на последней странице.

Там стояла сегодняшняя дата.

«Выезд предполагается завтра до рассвета. Северный охотничий дом. Маршрут через старую мельницу. Р.М. и воспитательница сопровождают ребенка».

Я почувствовала, как по спине прошел холод.

Фальшивая информация уже ушла.

— Ваш человек получит это в Берене?

— Да.

— А потом?

— Письмо заберут в столицу.

— Кто?

— Я не знаю имени. Иногда приезжает один и тот же курьер, иногда разные.

Роэн закрыл книжку.

— Уведите его.

Ивар впервые сделал шаг вперед.

Севен сразу напрягся.

— Милорд, я могу помочь. Я знаю места встреч, время, способы передачи. Если вы просто закроете меня...

Роэн ответил очень спокойно:

— Вы уже помогли достаточно. Все, что знаете, расскажете под запись. Потом я решу, кому передать вас для суда. И если хоть один человек снова приблизится к моему сыну благодаря сведениям, которые вы сегодня отправили, надежда на мое снисхождение исчезнет окончательно.

Ивара увели.

Я ожидала, что после этого Роэн хотя бы сядет.

Он не сел.

Просто стоял у стола, глядя на письма.

Севен остался возле двери.

Марта вошла через минуту.

Норен и Лорен пришли следом.

Роэн рассказал им все без украшений.