Страница 171 из 193
До отправления поезда оставалось несколько часов, на вокзал было еще рано ехать, поэтому Лера погуляла по району, а потом, устав от пеших прогулок, присела на лавочку отдохнуть. Тогда-то она и увидела Сашу. Было чуть больше шести вечера, видимо, Саша приехал с работы. Точнее, его привезли. К соседнему подъезду причалил огромный «гелендваген», из которого сначала вышел приземистый патлатый блондин в кожаном пиджаке, а следом, неуклюже сутулясь, вылез Саша. Да, это точно был он – внешне он мало изменился со школы – та же прическа, те же очки, такая же клетчатая рубашка. Но… «Гелендваген», этот странный мужик – кто это может быть?
Лера очень хотела подойти к Саше. Даже несмотря на то, что Саша написал не ей, а Оле. Просто подойти, сказать: «Привет», а там будь что будет. Но этот странный человек ее напугал. Был бы Саша один, возможно, она бы и решилась. Но… Черт! Саша и этот блондин скрылись в подъезде. На краткий миг Лере показалось, что Саша ее увидел. Он повернул голову в ее сторону, пока мужик открывал двери парадной, и даже встретился с ней взглядом.
А может быть, ей просто показалось.
Скорее всего, ей просто показалось.
17
Временами все происходящее казалось Саше сном.
Он с удивлением обнаружил, что прожил так четыре года. Целых четыре года он засыпал в огромной спальне с единственной надеждой – проснуться в старой квартире и чтобы бабушка была жива.
Но, увы, Саша раз за разом засыпал в чужом городе и раз за разом просыпался там же.
Распорядок дня теперь был таков: он просыпался в семь утра, наспех готовил себе кофе, собирался, принимал душ (не всегда), садился в машину и ехал в офис.
Машину, маленькую красную «Шкоду-Фабиа», купил ему Дима. В офисе его тоже ждал Дима.
Вообще Димы было слишком много в Сашиной жизни.
В одно из таких офисных утр (Дима уехал куда-то по своим делам, работы было мало) Саша внезапно решил, что ему надо возвращаться в Москву.
В конце концов квартира на Мичуринском никуда не делась, да, там живут квартиранты, но их можно выгнать.
Есть куда вернуться, это главное.
Нет, не получится начать жизнь сначала. И бабушку не вернуть. Но можно постараться вернуть хотя бы то, что потерял по глупости.
Так странно все это. Будучи подростком, Саша считал себя изгоем и неудачником. Он сравнивал себя с другими ребятами и понимал, что он, Саша, не такой, совсем, совсем не такой. Хотел бы он быть как те, остальные, обычные, нормальные ребята? Не факт. Для этого пришлось бы забивать себе голову такой ерундой, е-мое, ну такой ерундой. Смотреть футбол и хоккей, слушать отвратительную музыку, пить пиво и сладкие коктейли за гаражами – какая гадость. Таким он быть не хотел, но и оставаться в своем, довольно дурацком, теле было стремно. Саша хотел стать другим человеком, но не понимал, каким именно.
А вот теперь, несколько лет спустя, Саша осознал – тогда все было, в общем-то, неплохо. Тот Саша, зануда и задрот, был еще ничего себе. Нынешний Саша, по сути, живущий в притоне с отбросами, куда хуже. Да, Саша-подросток мечтал стать другим человеком. Но уж точно не таким, каким стал Саша-взрослый.
И только сейчас Саша осознал, как сильно он скучает по своей прежней жизни. Например, по Ольке. Олясаша. Он так по-дурацки все разрушил, погнавшись за миражом. Только сейчас Саша понял, что за четыре года он ни разу ее не вспоминал.
Он часто думал о Лере Халисовой, просматривал ее страничку во «ВКонтакте», пытаясь понять, как теперь к ней относится. Лера – это другое, это нечто странное, это первая любовь, ненужная и болезненная. Но Оля… боже мой, он не просто предал Олю, он предал ее дважды.
Так вот в чем дело?
Я не смогу нормально жить, пока не попрошу у нее прощения.
Олясаша. Как я мог это сломать, ну как? Вот же я болван.
В тот вечер собралась большая компания. Яна где-то находила всех этих людей, они слетались в квартиру в новом ЖК, как мотыльки слетаются на свет лампы. Все сидели в гостиной, пили виски, курили траву, смотрели почему-то старый фильм «Волшебник страны Оз» с Джуди Гарленд.
Саша, уже немного пьяный (от травы он отказался), ушел на кухню покурить и посидеть в тишине. Надо написать Оле. Извиниться. Она может не принять извинений – ее право. Но попробовать стоит. Только вот… сохранился ли ее номер?
Саша разблокировал телефон и зашел в контакты.
Лера Инглиш +793100…
Ничего себе. На новом телефоне сохранился номер Леры Халисовой. Лера Инглиш, блин.
При воспоминании о Лере сердце екнуло. До сих пор больно. А ведь говорили ему в два голоса и бабушка, и Олька: не связывайся с этой девчонкой, она разобьет тебе сердце! Саша, осел, не послушался, а они были правы.
Олька +792977…
Интересно, не поменялся ли у нее номер? Так. Как там написать в ватсап? Нужно сначала копировать номер, потом открыть приложение и…
Тут Саша понял, что на трезвую голову не решится написать. Слишком страшно. Страшно так, что ладони вспотели. В кухонном шкафчике обнаружилась бутылка мятного ликера. Саша налил зеленую, похожую на микстуру от кашля жидкость в стакан и сделал большой глоток. По вкусу мятный ликер напоминал зубную пасту.
Так. Саша сел за стол, со стаканом в одной руке и смартфоном в другой. Номер мы копировали – копировали. Открываем ватсап. Новый контакт. Новое сообщение. Поехали!
«Привет!
Я знаю, что давно тебе не писал, но я больше не могу. Мне нужно попросить у тебя прощения за все.
Ты всегда была моим верным другом, а я только и умел, что причинять тебе боль…
Я очень хочу тебя увидеть…
Оль, слушай. Возможно, тебе нелегко будет меня простить. Я тебя предал тогда и прекрасно это осознаю. Пойми, после смерти бабушки я совсем голову потерял, еще эта Лера. В общем…»
Отправить. Отправилось? Вроде отпра…
И в этот момент на кухню зашел, будь он неладен, Лёнечка. Увидев Сашу с телефоном в руках, он отчего-то разозлился, в три прыжка оказался возле Саши, вырвал у него из рук «самсунг» и с силой шарахнул об пол. Глаза у него были бешеные, совершенно шизофренические глаза.
– Лёнь, ты охренел? Ты совсем охренел?
Саша попытался встать со стула, чтобы собрать то, что осталось от телефона (крышка, например, отлетела и ускакала куда-то под стол), но Лёнечка его удержал, придавив могучей лапищей.
– Лёнь, пусти! Ты мне телефон разбил!
– Не пущу!
– Лёнь! Совсем башкой ударился? Пусти! Пусти, кому сказал. Лёня!
Наконец Лёнечка перестал удерживать Сашу. Тот опустился на колени и начал ползать по полу, собирая остатки телефона. «Самсунг» был разбит в труху.