Страница 45 из 55
Глава пятая
– Ой, значит вы ветеринар? Надо же!
Абино подлила еще чарочку сакэ раскрасневшемуся от смущения Суде. Обычно на банкетах, где она работала, присутствовали директора компаний, инвесторы, врачи и адвокаты… А вот ветеринара она на таких мероприятиях встретила впервые.
– И не просто ветеринар, Абино! Суда – великолепный ветеринар!
Иока, который привел Суду, был владельцем нескольких объектов недвижимости в Киото – щедрый, богатый, он пользовался определенной известностью в квартале Гион. Большое, красное лицо Иоки вполне соответствовало стереотипам о праздных богатеях, но на деле он был очень учтивым и добросердечным человеком.
– Ну, ну, не забывайте подливать доктору! Он – мой спаситель!
– Вот как…
Мягким движением руки Абино плеснула еще в чашечку Суды. Тихий, вежливый мужчина за шестьдесят, похоже, не привык к таким местам и явно чувствовал себя скованно.
– Ну что вы. Какой же я спаситель. Спасибо, конечно, но звать меня на банкет с гейшами в Гионе в качестве благодарности – это уже перебор. Не стоит оно того.
– Да бросьте! Я и не знаю, что бы делал без вас!
– А что случилось? – поинтересовалась Абино.
Иока поморщился.
– Есть у меня здание в Накагё… И оттуда сбежал арендатор, представляете? Видимо, за аренду платить нечем стало. Оставил в помещении кучу кошек взаперти и сделал ноги.
– Ах… Как же так?..
Абино бросила взгляд на Суду. Тот опрокинул чашечку сакэ и горько усмехнулся.
– Съемщик незаконно разводил кошек. Держал их в съемном помещении, скрещивал и продавал котят в Интернете. Но дело не задалось, и он просто бросил их и сбежал…
– Какой кошмар. И что стало с котиками?..
Уже изрядно опьяневший Иока принялся громко рассказывать:
– Когда вонь стала невыносимой, управляющему поступила жалоба от арендаторов по соседству. Он отправился на проверку… Картина ему открылась не из приятных. Несколько кошек выжили, но были истощены – вот их доктор Суда и взял на лечение. А еще он с волонтерами помог с уборкой и погребением остальных. Вы не думайте – я заплатил! Еще и волонтерскому приюту денег пожертвовал.
– Это было очень щедро с вашей стороны. У приютов всегда финансов не хватает.
– Да ведь и вы плату берете едва ли не символическую. Прямо филантроп, – Иока пьяно засмеялся.
Абино тоже вежливо рассмеялась. Гейшам платят за создание атмосферы, поэтому унывать на работе им нельзя. Но в душе она очень расстроилась – до чего ужасная история! Когда Иока отошел, она шепнула Суде:
– Скажите, а что с выжившими кошками? Если они еще в приюте – я могу помочь их пристроить. Среди клиентов хозяев поискать…
Суда покачал головой.
– Из тех, что поступили на лечение, выжили только двое. Остальным было уже не помочь. Они еще у меня, но учитывая, в каком состоянии ко мне попали, хозяев им будет найти сложно… Страшная история, не место тут для таких разговоров.
Суда улыбнулся, но так грустно, что Абино дар речи утратила. Она и представить себе не могла, насколько все плохо. Но чтобы поддерживать атмосферу банкета, она привычно отыгрывала радушие и веселье весь оставшийся вечер.
Абино была настоящей гейшей квартала Гион. Окончив среднюю школу, приехала в Киото из провинции и поступила майко в чайный домик, где доучилась до нынешнего статуса. Ей шел уже двадцать шестой год.
Когда майко становится гейшей, она получает много свободы – сама выбирает прически, одежду, место проживания. Однако многие, выпустившись из учениц, оставались жить и работать в родном чайном домике. Вот и Абино поступила так же. Она жила в комнате при «Комая» и стала правой рукой его хозяйки по имени Сидзуэ.
Несколько дней спустя после того банкета Абино с телефоном в руках шагала по улице Роккаку. Сегодня она была в обычной европейской одежде, так что не привлекала любопытных взглядов. И волосы у нее были просто распущены, а не убраны в сложную прическу.
– Тут, кажется?
Абино остановилась перед ветеринарной клиникой Суды. Надо же, она правда здесь. Сердце у нее в груди так и билось от волнения. Когда Абино уже сделала шаг вперед, то практически столкнулась с мужчиной, который шел туда же с другой стороны. Он пустился в извинения:
– Прошу прощения.
Скромного вида молодой человек лет тридцати. Абино коротко поклонилась и прошла в клинику первой. Ее встретил холл с местами ожидания для пациентов, как в любой маленькой частной клинике. Только на стенах висели плакаты о вакцинации домашних питомцев, а доску благодарностей украшали фотографии кошек и собак: должно быть, здешние пациенты. Присмотревшись к одному из фото – мужчина в обнимку с котом, на которого был надет конический ошейник, – Абино улыбнулась. Хозяин сиял от радости, а вот у кота выражение морды было крайне недовольное.
Молодой человек, с которыми они столкнулись в дверях, уверенно прошел в приемную, минуя стойку регистрации. Наверное, постоянный клиент или даже здешний сотрудник. Абино немного растерялась. Она объяснила девушке у стойки, по какому вопросу пришла, и ее посадили ждать на скамейку для пациентов в очереди. Вскоре на пороге кабинета показался тот самый юноша, а с ним – доктор Суда. Заметив Абино, он смущенно заулыбался.
– Здравствуйте. Надо же, вы пришли.
– А вы думали, я просто красуюсь? У меня серьезные намерения.
– Простите уж, – развел руками Суда. Затем повернулся к молодому человеку: – Ну, Кадзивара, спасибо большое. Я зайду к вам на днях.
– Конечно. Будем ждать.
В руках коротко поклонившегося молодого человека была пластиковая переноска, где сидел кот – черный, как ночь, так что тело почти сливалось с тенью. Только желтые глаза ярко сверкали за решеткой. Абино пригласили в кабинет следующей. Суда поставил на большой серебристый стол для осмотров переноску – точно такую же, с какой ушел прошлый посетитель.
– Тот молодой человек, неужели…
– Да. Он забрал кота из этой парочки. Простите уж, но кто первый пришел – тому и выбирать. Впрочем, у того кота характер непростой, даже Кадзиваре будет с ним нелегко управиться. А вам я хочу поручить кошечку. – Суда открыл переноску и достал оттуда кошку. – Девочка, трехцветная. Около двух лет от роду. Шерсть кажется немного облезлой, но она быстро отрастет.