Страница 23 из 54
— Ах, да. Я пошутил, — добивает его Максим Витальевич, мило улыбаясь. — Проходите.
Они скрываются в кабинете босса, и напоследок, перед тем, как закрыть дверь, тот.. подмигивает мне. По-мальчишески. Совершенно очаровательно.
Или мне показалось?..
* * *
Я набираю номер Димы, едва выхожу с работы. Могла бы позвонить из приемной, но Максим Витальевич задерживается в кабинете допоздна, обложенный какими-то отчетами и чашками из-под кофе. У него есть смешная привычка. Он не любит, когда посуду моют в течение рабочего дня и ревностно относится к каждой тарелке, которую я пытаюсь унести. Наверное, ему нравится некий творческий распорядок. Должны же быть у начальства маленькие причуды. Ничего страшного, помою их завтра.
В общем, в приемной уединиться не получится. Поэтому я брожу по парковке взад-вперед. Рабочий день давным-давно закончился для рядовых сотрудников, даже операционисты разошлись по домам. Светка ждет в машине, но я не тороплюсь идти к ней. Нельзя оттягивать этот разговор. Пора всё решить раз и навсегда.
— Привет, — произношу сухо.
— Привет, — мрачно отвечает практически бывший муж. — А я думал, когда ты уже позвонишь. Мне тут птичка напела, ты разводиться вздумала? А тебе кто-то разрешал? С чего ты вообще взяла, что можешь решать за нас обоих? Я не собираюсь уходить из семьи.
Его вопросы тут же выбивают из колеи. Я представляла в голове мирный диалог. Даже распланировала его по ролям, расписала ответы Димы и его согласие развестись. Нас же ничего не держит вместе. Мы не просто чужие люди. Мы вообще друг другу никто. Опять же, у Димы есть беременная Катенька. Двух жен он явно не потянет (ни физически, ни материально), так что в его же интересах дать мне скорый развод и связать себя новыми узами.
Но, судя по реакции мужа, он недоволен даже таким раскладом.
То есть он реально думает, что мы сможем быть вместе после всего, что случилось⁈ Забудем об его нелепых поступках и сольемся в страстном поцелуе?
Он с ума сошел или что⁈
— Странно, что ты так категоричен по поводу развода. Неужели твоя любовница одобряет твой брак со мной? Что ты ей сказал? Что живешь со мной из жалости или что я одна пропаду, а поэтому ты не можешь меня бросить? Только не говори, что никакой любовницы нет. Я видела заключение УЗИ. Там вполне реальный ребенок.
— Ты не так должна была узнать, — Дима сразу же меняет настроение и трагично вздыхает, только вот я его актерским потугам больше не верю. — Прости. Это была дурацкая случайность, за которую мне теперь расплачиваться.
— Дим, от «дурацкой случайности» не беременеют.
Я нарезаю круги по парковке, рядом с машиной Светки. Она не торопит, терпеливо дожидается, когда я договорю с супругом. Только изредка, когда я прохожу мимо, неодобрительно качает головой. Понимает, что разговор неприятный и проклинает моего мужа всеми известными её словами. Светка человек разносторонний, начитанный. Поэтому проклятия у неё заковыристые.
— У меня крышу сорвало от похоти. Это безумие было какое-то, она меня как будто околдовала. Но я всегда любил только тебя, — перебивает Дима так, будто это должно стать решающим аргументом.
А-а-а, ну раз любил, тогда прощаю.
Удивительно, как быстро мой дражайший супруг умудряется переключаться. Я раньше даже не замечала, что он меняет свой ответ на сто восемьдесят градусов. Всё что угодно скажет, только бы выставить самого себя в выгодном свете.
Хоп — это была ошибка.
Хоп — ладно, не ошибка, просто голая похоть.
Ещё и колдовство приплел.
Какой молодец!
— Да мне плевать, кого ты любил. Дима, я подаю на развод. Это окончательное решение. Хочешь или не хочешь, но мы не будем жить вместе. Я ставлю тебя перед фактом, а не прошу разрешения.
— Родная моя, остынь. Мы оба погорячились, — его голос становится теплым, успокаивающим. — Оба наворотили дел, за которые нам стыдно.
— Я ничего не..
— Не перебивай. Мы оба знаем о своих ошибках, — повторяет это слово с каким-то особым упорством, как будто я тоже умудрилась где-то «нечаянно изменить». — Но мы сможем всё исправить. Ведь в жизни бывают не только белые полосы, но и черные. Неужели ты хочешь разрушить то, что мы строили столько лет?
— Хочу.
Мой ответ короткий. Я устала вести диалог с человеком, который слышать меня не желает. Которому плевать на мои чувства, на меня саму. Который умудрился обрюхатить любовницу, но не дает мне развод.
Такое чувство, что Дима планирует собрать гарем.
— Тогда я тебя без квартиры оставлю, — его тон опять меняется, становится угрожающим и резким.
— Ты не сможешь отобрать совместно нажитое имущество.
— Смогу, — горячо убеждает он, правда, без каких-либо доказательств. — Ты уйдешь от меня голая, в одних трусах. Подумай, оно тебе надо? Неужели ты такого добиваешься?
— Послушай себя. Ты уверяешь, что любишь меня и жаждешь сохранить семью. И тут же обещаешь забрать квартиру. Ты сам не понимаешь, что творишь. У тебя просто агония какая-то.
— Это не у меня агония, а ты совсем рехнулась и не думаешь о последствиях. Ладно, не переживай. Я поживу у родителей ещё несколько недель. Дам тебе время подумать, — произносит он с неприязнью. — Я готов начать заново. Теперь — твоя очередь.
Он вешает трубку первым, а я долго еще пялюсь на мобильный телефон. В голове проносится целый поток нецензурной брани. Кажется, Игнатьев недостаточно ударил его об асфальт — или, наоборот, приложил слишком сильно, и Дима окончательно тронулся рассудком.
— Ну, что? — спрашивает Светка, когда я падаю на пассажирское сидение. — Как поживает господин Кривошеев?
— Кривошеев понемногу сходит с ума. Ладно, ничего страшного, — убеждаю скорее саму себя. — Заявление я подам, и нас всё равно разведут. Его согласие упростило бы процесс, но, в целом, оно не требуется. Представляешь, он обещал забрать квартиру.
— Идиот, — Светка хлопает себя по лбу. — Ты только не отчаивайся. Живи у меня столько, сколько понадобится. Реши все вопросы, разберись со своей жизнью. Может быть, к тому времени ты уже поселишься у Игнатьева.
Она продолжает подкалывать меня на тему моего защитника-босса, а я вспоминаю его мимолетную улыбку и внезапно для самой себя тоже начинаю улыбаться.
Разумеется, я даже не помышляю о каких-то отношениях с боссом.
Но как же приятно, когда тебя кто-то защищает..