Страница 49 из 112
Глава тринадцатая
Кровавое утро
*СССР, РСФСР, Москва, Краснопресненский район, квартира Жириновского, 18 января 2001 года*
— Да?.. — спросил только что проснувшийся Владимир.
Он уже давно и крепко спал, но звонок служебного телефона разбудил его. Галина всё так же спит. На часах 4:45 утра и звонок точно экстраординарный.
— Товарищ президент, вам необходимо срочно прибыть на работу, — сообщил ему Захар, ассистент. — Случилось кое-что очень важное.
— Связь защищена — говори нормально… — потребовал Жириновский.
— Потопили корабли, — ответил Захар. — В Совете обороны экстренное собрание.
— Вот с этого, твою мать, надо было начинать… — процедил Жириновский, в сердце которого сформировался комок радости. — Скоро буду.
Он завершил вызов и открыл вещевой шкаф.
— Володя… — произнесла проснувшаяся жена. — Ты куда?..
— На работу, Галь, — ответил одевающийся Владимир. — Случилось кое-что хорошее и нужно срочно разобраться с этим.
— Ты надолго?.. — спросила Галина. — А завтрак?..
— Там поем, если что, — ответил Жириновский, махнув рукой. — Спи — тебе скоро на работу.
Умывшись и одевшись, он вышел из квартиры и сел в свой личный бронелимузин. Рыкнул мощный двигатель, взметнулся снег под массивными колёсами, и Жириновский помчался по пустым городским улицам, кратчайшим маршрутом до Дома Правительства.
Первый небоскрёб не спит — почти во всех помещениях горит свет.
Припарковав бронелимузин на уличной парковке, Владимир вошёл в фойе, быстро прошёл КПП и поднялся на этаж Совета обороны СССР.
На месте уже маршал Язов, генерал армии Пуго, министр Бессмертных, генерал-полковник Диков, генерал армии Корунков, генерал армии Гаськов и руководитель ГКО Виктор Штерн.
— Приветствую всех, товарищи, — сказал Жириновский и получил ответные приветствия. — Не будем медлить — что известно? Сколько потопили, сколько подбили?
— Коалиция предприняла попытку вывести повреждённые авианосцы «Арк Ройял» и «Теодор Рузвельт», в сопровождении эсминцев, буксируемого сонара и минных тральщиков, — сообщил генерал армии Корунков. — Мы посчитали, что лучшего момента уже не будет, поэтому активировали шестнадцать мин. Штатно поднялись пятнадцать, а одна, как мы понимаем, получила повреждения при заброске. Операторы получили управление минами и тут из строя вышли ещё две мины — отказали моторы. Согласно данным с датчиков, двигатели не выдвинулись.
— Так… — произнёс Жириновский и вытащил из кармана испаритель.
— Операторы повели мины навстречу приближающимся кораблям, выполнили манёвр полуохвата и пошли в атаку, — продолжил Корунков. — Сонар, как мы понимаем, увидел приближающиеся цели, и противник начал действовать по стандартному протоколу. Все корабли начали противоторпедные манёвры, а эсминцы отстрелялись ложными акустическими целями и загородили собой авианосцы.
Ложные цели они потратили зря, так как на минах установлены высокочастотные сонары, дающие операторам «картинку», то есть, они видят рельеф дна и днища кораблей в режиме реального времени, поэтому акустические обманки создают лишь незначительные помехи. Также на минах установлены магнитографы, допплеровские радары и инерциальная система навигации — всё это даёт достаточно информации, чтобы ориентироваться на местности и обнаруживать цели.
— Также противник поднял в воздух противолодочные вертолёты, которые атаковали некоторые мины торпедами, — сказал главнокомандующий ВВС СССР. — Таким образом были потеряны четыре мины, но это не остановило остальные, которые атаковали оба авианосца, а также сумели подорвать один эсминец типа «Арли Бёрк».
— И что в итоге? — спросил подобравшийся Жириновский.
— «Арк Ройял» ушёл на дно, а «Теодор Рузвельт» тонет, — ответил генерал армии Корунков. — Он пытается, на остатках хода, добраться до порта Сакр, расположенного в Рас-эль-Хайме, но шансов на это очень мало. Мины рассчитаны на пробитие днища авианосца класса «Нимиц», а успешных подрывов было три — даже если пробить днище смогла только одна мина, спасти авианосец уже не удастся.
У Великобритании было всего три авианосца на весь Королевский флот, а теперь их два. За один день они лишились трети авианосного флота, что является военной катастрофой и национальным унижением.
— Об эсминце, как я понимаю, можно даже не говорить? — уточнил Жириновский.
— Он уже находится на дне, — ответил генерал. — По нашим данным, это был эсминец «Росс».
— Потрясающий результат… — произнёс Владимир. — Значит, у нас осталось 25 мин для новых целей…
— Вряд ли они снова рискнут пересекать Ормузский пролив, — покачав головой, сказал маршал Язов. — Если оба авианосца ушли на дно, то остальными они точно не рискнут — так и будут стоять в заливе, пока конфликт не завершится мирными переговорами.
— Буйки ведь ушли на дно? — спросил Жириновский.
— Так точно, — подтвердил генерал Корунков. — Системы самоликвидации сработали штатно.
На каждой мине установлен оптоволоконный кабель, длиной тридцать пять километров и с защитой от высокого давления. Через эти кабели и осуществляется управление миной — на буйке антенна, соединяющая мину с лазерным спутником, поэтому управлять этой миной можно с любой точки планеты.
— Хорошо, — облегчённо произнёс Владимир. — Ха-ха, утро началось не с кофе, но очень бодро! Это всё или есть ещё какие-то очень хорошие новости?
— В конце концов, они найдут все мины, — сказал генерал Корунков. — Теперь они будут искать их с особой интенсивностью, так как им уже должно стать ясно, что они попали в ловушку.
Владимир ожидает дипломатического скандала, так как очевидно, что оружие такого уровня не по плечу иракской оборонной промышленности и это явный советский след.
«Никого не смущало, когда в Афгане по нам стреляли из американских „Редай“ и „Стингеров“, а также из китайских пулемётов и автоматов», — подумал Жириновский. — «В чём тут принципиальная разница? Я её не вижу!»
Инаугурация Джорджа Буша-младшего состоится 20 января, то есть, через два дня, а потом ему предстоит разгребать последствия этой войны и Владимир рассчитывает, что Буш не будет медлить и начнёт переговоры, так как козыри в рукаве у Ирака и СССР уже закончились.
Остался лишь один козырь, в виде ещё не опубликованных видеозаписей, но они очень мало повлияют на войну в Ираке.