Страница 49 из 81
Когда Аля очищала стенки огромного куба от пыли, то всегда задерживала взгляд на этом прекрасном лице. Сперва девочке казалось, что пленница уже давно умерла. Но в один прекрасный день, она внезапно повернула глаза в сторону Али, чем сильно напугала её. Но это скорее от неожиданности.
Осознав, что пленница всё ещё жива, Аля пела ей песни и рассказывала истории, потому что понимала — быть запечатанной в огромной ледяной глыбе, это же скука смертная! Иногда девочке-филину казалось, что пленница улыбается. Хотя… в таком состоянии было явно не до улыбок.
Так Аля и продолжала кормить пленников и чистить хранилище в местах, где дроны не могут достать. Кстати, красивая девушка не была исключением. К ней в куб шёл прозрачный провод, по которому девочка-филин транспортировала питательную смесь.
И всё шло своим чередом. Дни были похожи друг на друга. Аля пела таинственной красотке во льду. Чистила хранилище. Старалась не попадаться на глаза Тану. И размышляла о побеге, чувствуя, как надежда постепенно начала угасать…
Возможно, так бы всё и продолжалось. Но, как-то раз Аля увидела очень странную сцену.
Один из дронов-уборщиков завис и заблокировал собой люк для прислуги, который вёл прямиком в хранилище. А девочка-филин, как раз проходила рядом, когда закончила очередную уборку.
— … произведение искусства! Само совершенство. — произнёс тихий, но при этом очень мелодичный и уверенный мужской голос. Аля тут же подошла к люку и заглянула в хранилище.
Великий Тан разморозил таинственную красотку так, чтобы у неё оттаяли кисти рук, облачённые в белоснежные бронированные перчатки и голова.
— Ты псих! Кто дал тебе право лишать живых существ свободы⁈ — злобно прорычала пленница.
— О, моё самое прекрасное созвездие… С чего ты решила, что они до этого были свободны? Возможно, я подарил всем им нечто большее! Я подарил им шанс служить великому мне. — из-за колонны вышел мужчина в чёрном облачении. Его бледная кожа контрастировала с чёрными, словно ночь волосами. А из глаз исходил ярко-красный свет. Аля ещё никогда не встречала настолько прекрасных мужчин.
— Они не видят дневного света. Вечно находятся в этом омерзительном холоде! А всё почему? Потому что, ты уничтожил их дом! Из-за чего? Тебе просто так захотелось…
— Нет-нет. — улыбнулся Тан и подошёл ближе: — Увы, я всего лишь выполняю поручения Сената. Не более того.
— Ложь. Ты не подчиняешься им!
— Тебе станет легче, если скажу, что уничтожал их… из-за несовершенства? Тот, кто создал всех этих… гуминитов — не более, чем жалкий дилетант. Я сделал Мультивселенной великое одолжение! Стёр уродство, которое кто-то посмел назвать «великим творением». А теперь — давай закончим с этими ненужными разговорами? Я хочу узнать, когда ты станешь моей?
— Ты болен, Тан. Украсть меня из Звёздной Крепости… Удерживать в этой проклятой ледышке столько времени… И у тебя ещё хватает наглости спрашивать о таком?
— В мире нет ничего невозможного, душа моя. Рано или поздно твоё сердце всё равно ответит мне взаимностью. Ведь у нас впереди целая вечность!
— Зачем я тебе?
— Ты — само совершенство! Идеал, к которому я стремлюсь. Ты олицетворение гармонии… Красота, которую я считаю настоящим произведением искусства. Знаешь, душа моя, мне пришлось серьёзно заморочиться, чтобы выкрасть тебя из Звёздной Крепости. Представляю лицо Высшего Целлия, когда его любимая подручная резко пропала в неизвестном направлении.
— Он вытащил тебя из глубин тьмы…
— Старик использовал меня! — Тан впервые повысил голос: — Впрочем, как и тебя… Как и всех остальных, кого он ласково называл «своими детьми». Скажи мне, душа моя, сколько он предложил тебе за следующий подставной переворот в системе Аида?
— Нисколько. Он против грязных игр.
— О… Так ты ещё не в курсе? — тяжко вздохнул Бог и с грустью опустил взгляд: — Они предложат тебе престол. Станешь Императрицей! Временной… Потому что, потом тебя предадут и попытаются убить. Я же спасаю тебя.
— Заточив в лёд?
— Иначе ты не поймёшь. Я же вижу, что ты мне всё ещё не доверяешь.
— Вау! Действительно… Почему же? Наверное, ты выглядишь слишком подозрительно! И поверь — это точно не из-за того, что ты нашёптывал моему брату. И, конечно же, вовсе не из-за того, что заточил меня в своей темнице для редких зверушек. Я безмерно польщена, Тан. Мне лестно быть «редкой зверушкой». Но поверь мне на слово… Как только я выберусь отсюда — я расщеплю твою энергетическую составляющую на атомы!
— Ты прекрасна даже, когда злишься. — Тан щёлкнул пальцами, и из льда тут же выросло нечто отдалённо напоминающее трон: — Я буду наслаждаться тобой и дальше. Мне это никогда не надоест.
— О… Только не говори, что опять будешь несколько часов смотреть на меня?
— Всё так.
— Мратство…
Конечно же, Аля ничего не поняла из их разговора. Какие-то политические грызни и, видимо — давняя вражда. Но одно стало ясно точно — «Душа моя» явно настроена против Великого Тана и, возможно, знает, как отсюда сбежать.
Очень повезло, что замораживать полностью «Душу мою» не стали. Она продолжала дремать, лишь изредка приходя в себя.
В следующую приборку, Аля аккуратно подошла к ледяному кубу, и опять, как бы невзначай начала рассказывать свои истории.
— Да-да-да… Я всё это уже слышала, звёздочка. — ответила Душа моя и дружелюбно улыбнулась: — Тебя как зовут?
— Алэмэй! А вас?
— А меня — Шани. Слушай… Ты рассказывала, что он уничтожил твою планету? — Шани взглядом указала на некое подобие ледяного трона, что стоял рядом.
— Угу.
— Знаешь… Я считаю, что это не самое лучшее место для юной особы. Тем более, для алконоста.
— Правда? — внутри Али вновь вспыхнула надежда: — И что вы предлагаете?
— Вот тут снизу… Куда ты вставляла трубку для подачи питательной жижи, есть небольшой блок питания. Если его вытащить, то мой энергетический блокиратор тут же отключится! И тогда я смогу воспользоваться своими силами, чтобы вытащить нас.
— Мы угоним космический корабль?
— Нет! Мы воспользуемся Трещиной. Это, как врата в другой мир.
— Ого! Правда… Мне совершенно некуда идти…
— Не страшно. Я доставлю тебя в удивительный мир, где есть такие же, как ты!
— Другие алконосты⁈
— Именно!
Конечно, всё это звучало, как очень сладкая ложь. Но у Али всё равно нет выбора. На тот момент она готова была поверить во что угодно.