Страница 24 из 75
Черевен молча ушел. Старая женщина приблизилась ко мне.
— Государь, — раздался знакомый голос старухи.
В прозрачных лучах лунного света она выглядела так же, как я её запомнил, только намного древнее. Седые спутанные волосы, фес, выцветший платок на плечах. Темные, глубокие глаза, смотрящие с мудрой грустью. Густая сеть морщин. Лунница и звезды на ее шапочке сияли таинственно-тусклым блеском.
Я протянул ей слабую руку.
— Помоги мне снова. Почему так быстро? Я не проживу месяца, я чувствую.
— Ты сам виноват, царь-батюшка. Твой выбор.
Рука повисла в воздухе. Старуха не спешила ее брать. Пришлось вернуть ее на подлокотник кресла.
Серебристый почти полный диск восходящей луны удлинил тени, ветерок затих, оставив после себя пряный аромат лавра. Тишину парка тревожили лишь удаляющиеся размеренные шаги караула — скрипела галька под солдатскими сапогами.
Я долго держал паузу после слов старой караимки, пытаясь их осмыслить.
— Как тебя зовут? — спросил лишь бы спросить.
— Айбике. Луноликая — так переводится мое имя.
— А фамилия?
— Я из рода Бобовичей, государь, известных купцов и гахамов Чуфут-Кале и Евпатории.
— Тебе подходит твое имя, почтенная хатун, — немного лести не помешает, прежде чем задать главный вопрос. — В чем моя вина?
— Слишком сильно жжешь свечу.
Примерно так я и полагал. Напряженная умственная работа, долгие беседы не прошли бесследно. Древнее заклинание принесло лишь облегчение, но не побороло болезнь. Нефрит продолжал свою разрушительную работу, отравляя организм.
Поумерь я свой пыл, подчинись постельному режиму, и пауза могла длиться дольше. Но зачем мне лишний месяц или даже несколько, если не заниматься ничем полезным? Лучше три недели решительных действий, чем три месяца праздности. Конец-то все равно неминуем. Потому я, как и сказала женщина, сделал свой выбор. Не тлел, но сгорал.
— Сможешь мне помочь?
— Да, но всего один раз. Ты уже сократил срок своего пребывания здесь. Продолжишь себя не жалеть, уйдешь по дороге времени еще быстрее.
— Разве у меня был выбор?
— У каждого он есть. Ты свой сделал. Не мне тебя судить.
— Сделал, — согласился я. — Будет ли от него толк? Ты знаешь ответ?
— Я не провидица. Не надейся, в будущее заглянуть мне не по силам.
— А есть, кто может? Тот, кто рядом? Быть может, в вашей общине найдутся предсказатели, не шарлатаны?
Караимка задумалась.
— Не одну меня беспокоит твое пребывание в этом теле.
— Это уж точно! — усмехнулся я. — Полетели головы…
— Не перебивай, — строгим голосом осекла меня старуха. — Я не о суете вокруг твоего трона. О другом. Жди гостя. Принять его или нет зависит от тебя. Если кто и может помочь с ответом, то только он.
— Ты о ком? — заволновался я.
— Поймешь, — она бережно взяла мою руку.
— Не бойся, батюшка-государь, — тихо произнесла, наклоняясь ближе, — а пока я тебя снова немного подлечу…
Айбике начала шептать те самые молитвы и заговоры, которые уже однажды помогли мне. Её голос звучал мягко и монотонно, успокаивая и обволакивая, унося боль куда-то далеко.
Она долго произносила непонятные слова, словно входя в некий таинственный транс, затем неожиданно замолчала, внимательно заглядывая мне в глаза.
— Боль уйдёт, но ненадолго, смерть твоя близка, — сказала она уверенно и твёрдо. — Не знаю, будет ли у тебя две недели или всего одна, но это лишь краткий отдых перед концом.
Я тяжело вздохнул, почувствовав облегчение от её прикосновения и слов, пусть и горьких.
— Благодарю тебя, матушка, — прошептал я искренне. — Это уже немало для меня. Пусть хоть немного продлится мой срок, я должен успеть завершить несколько важных дел.
Она кивнула, мягко отпуская мою руку:
— Торопись, государь. Делай, что задумал, пока ещё можешь.
Старуха отступила назад и покинула комнату, словно старинное видение, оставив после себя ощущение спокойствия и ясности мыслей.
Я не успел спросить ее, сколько же ей на самом деле лет — сегодня она выглядела значительно старше, чуть ли не столетней.
«Мы еще не раз с тобой встретимся», — сказала Айбике в первую нашу встречу. Что бы это значило? Уж не имела ли она в виду, что в будущем своем воплощении я увижу ее снова? Только уже более молодой. А еще говорит, что не провидица…