Призыв к оружию

— Мапая Анатолийская Орда была сформирована на южных просторах триста лет назад и успешна разгромлена моим предком, Феодором Третьим, — сообщил консул. — Вы её имеете в виду?

— Нет, — покачал я головой. — Представьте, что у небожителей есть свои шерданы. И они в сто раз сильнее тех, что живут на вашей планете.

— Гекатонхейры, — вдруг подсказала Даша. — Они же центиманы.

Вот, молодец она. Вычитала какие-то умные слова из древних мифологических книг.

Консулы за столом зашумели, зашептались.

— Они представляют нам угрозу непосредственно сейчас? — снова спросил Феодор Тридцатый.

— Они представляют угрозу всегда, — сообщил я. — То, что они не обратили внимание на ваш мир и на нашу звезду — лишь случайность, везение.

— Сиятельный Александр, — подал голос один из «халдеев», глубоко поклонившись. — А сколько… всего других миров находится на небе?

Консулы тут же зашептались, запереглядывались, зацикали.

— Спиридон, тише, вы рассердите его…

— Нет, хороший вопрос, — усмехнулся я. — На данный момент известных и колонизированных планет не меньше ста тысяч.

Я понимал, что разрушаю некоторые сложившиеся столетиями в этой части вселенной порядки, из-за которых местными не полагалось знать о внешнем космосе. Но вот такой вот я хулиган! К тому же, захотелось, знаете, произвести впечатление.

— И… из какого же мира вы происходите?

— Мы происходим из разных миров, — сказала Дарья. — Их имена вам ни о чём не скажут. Ковыль и Гиацинт. А планета, ставшая нашим домом — Гербера.

Снова шум, снова перешёптывания — меня уже начинало раздражать, что они шепчутся у меня на глазах. С другой стороны, внутренних экранов для секретной переписки у них не было, не было даже и микронаушника, как во времена Пантеона. Что ж, пускай шепчутся.

Пошептавшись, они, похоже, решили вернуться к сути переговоров.

— Сиятельные небожители. В соответствие с протоколом встречи предполагается, что вы сообщите, какое количество позиций микроэлектроники вы готовы преподнести нам в дар. И какое количество рабочей силы вам требуется взамен…

Ах, понятно! Вот зачем ранее пребывали все местные небожители. И понятно, откуда маяки оборудованы пейджерами на солнечных батареях. И почему спутник наверху летает.

Потому что всё это было небесплатно. За рабочую силу. Коей в ближайшей космосе, судя по всему, весьма не хватает.

Ну, ожидаемо.

— Рабочей силы? — ухмыльнулся я. — А сколько вы прямо сейчас можете предоставить?

Консулы переглянулись, и один из них сообщил нам:

— Двести тысяч работников готовы, и ещё миллион скоро будут, о сиятельный.

— Впечатляет, — кивнул я. — Вы должны гордиться проделанной работой.

— И ещё, — задал вопрос сухенький, на вид очень вредный дедок в атласной мантии. — Мы так и не поняли, когда пребудет ваш первый погрузочный корабль? Он пока что находится на небе? Стартовый стол пуст.

— На небе! — тут же выпалила Даша. — Наш корабль — на небе. Мы… Спустились при помощи наших способностей.

Они переглянулись, и наш ответ их несколько расстроил. Хоть и некоторым образом удовлетворил.

Я тоже был готов к подобным вопросам.

— Я понимаю, что все прошлые разы небожители прилетали за рабочей силой. И давали взамен элементы микроэлектроники, необходимые для борьбы с шерданами.

Консулы тут же закивали.

— О, да, да! Микроэлектроники! Нам очень важно сохранять актуальный уровень угроз, исходящий от шерданов.

— Последние годы их атаки были не так активны, как ранее. Это позволило нам накопить людские резервы. Однако создало неблагоприятную обстановку, риск народного восстания.

О, тут я мысленно проаплодировал. Всё логично. Обратить главного геополитического и экзистенциального противника в инструмент удержания власти и стабилизации общества — как это знакомо!

И тут, конечно, можно провести много параллелей с Ордой. Только вот шерданы жили на одной планете с этой цивилизацией веками и веками приносили вред только сотне пограничных островов. Я знал, что больших походов шерданов вглубь Республики было за последние века всего несколько.

А вот Орда… Орда могла уничтожить всё человечество.

И местные правители попросту не понимали этого!

Подобно индейцам, которым первые миссионеры пытались донести слово божье и показывали первые книги — они смотрели на меня пустыми глазами, не понимая, зачем им всё это знать. Так что я попросту мысленно махнул рукой. Бросил им попытки объяснить степень угрозы и все высокие материи.

— Ладно. У вас своя война — у меня своя. Давайте представим, что у меня нет с собой микроэлектроники. Но есть, во-первых, возможность починить вашу микроэлектронику. А во-вторых — приблизить вас к производству собственной.

И местные правители после коротких дебатов согласились.

Уже через день одну из комнат особняка переоборудовали под радиолабораторию и привезли с государственного склада разного рода барахло, в основном повреждённые и старые пейджеры, через которые «небожители» оповещали гарнизоны о приближении врагов.

Даша, вооружившись ремонтным комплектом моего скафандра, неспешно чинила всё это богатство, прерываясь на чтение местной литературы.

Чуть позже привезли и чего интереснее — бластерную пушку, затейливую, пыльную, протёртую. И платформу гравитатора — тоже очень древней конструкции, мы такие видели только в музеях.

— Нет, — сказала Даша. — Такое мы починить не в силах.

— Почему, о сиятельная? — вопросили лакеи.

— Потому что для создания батареек придётся построить цепочку из пары-тройки заводов и открыть месторождения минералов, которые вашей науки неизвестны. Возможно, потому что просто на планете таких минералов нет. И это не говоря уже о гравитаторе.

Особо даже и не соврала. Бластерные батарейки, при всех их простоте, учитывая наличие контроллера внутри, требуют уйму компонентов для их воспроизводства.

Хотя в это самое время я просвещал местных учёных мужей на тему микроэлектроники. Никогда не думал, что образование и специализация, полученное в Пантоне, окажется полезным! Чертил — отчасти по памяти, отчасти из скудных кэшированных баз внутреннего экрана — схемы и строение полевых транзисторов, конденсаторов, давал основы минимизации булевых функций методом карт Карно-Вейча и прочие позабытые вещи. Между делом накидал схемы ракетных двигателей и устройство микроволновки.