Между ними. Отчим и его друг

Когда он ушёл, я всё ещё сидела, не шевелясь.

Смотрела в одну точку. Словно оттуда должен был появиться смысл. Ответ. Утешение. Но там

было только белое пятно на стене. И гул в ушах.

Марк обнял меня сзади, тёплый, надёжный, живой. Ворон взял мою ладонь в свои пальцы,

крепко, как будто я могла снова исчезнуть. Но я не могла ничего сказать. Не могла выдохнуть.

Потому что…

Больно. Боль была тихой. Не острой. Не такой, от которой кричат. А глухой, тянущей. Такой,

которая сидит где-то под рёбрами, и чем тише вокруг — тем громче она внутри.

Я поняла. Я действительно хотела ребёнка.

Нашего.

С их глазами. С чёрными волосами. С этой невозможной смесью дерзости, силы и тепла.

Ребёнка, который стал бы частью нас троих. Я представляла это. Даже если не вслух. Даже если

запрещала себе. Даже если не знала, кто отец.

Я бы любила. Они бы тоже. Мы бы справились.

Я почувствовала, как по щеке скатилась слеза. Тихая. Я быстро смахнула её, но Марк всё

понял. Осторожно, не спрашивая, развернул меня к себе, прижал лоб ко лбу.

— Варя, — выдохнул он.

— Я… я хотела его, Марк, — прошептала я, почти не дыша. — Я правда…

— Я знаю.

Ворон молчал, но я чувствовала его руку на своей спине. Её тяжесть. Её поддержку. Его

тишина была громче любых слов.

Я подвела их. Я подвела себя.