Страница 130 из 142
Первая книга, полученная им от насекомых, вызвала у учёного неподдельный интерес. Следующие полчаса он провёл за чтением, в положении лёжа, на гамаке. Старик не пытался идти по порядку, с первой страницы, а перелистывал целыми сегментами и сосредотачивался в случайных местах. Может он уже был знаком с этим текстом, и искал определённые фрагменты, а может просто ознакамливался поверхностно, перед тем как браться за полное прочтение, уже в более бодром состоянии. Как бы там ни было, перед окончательной отправкой в сон, учитель положил книгу на полку-нишу в стене, рядом с лежбищем. Теперь у него был хотя бы какой-то досуг, позволяющий скрасить время не за бездумным таращаньем в потолок. Наверное, в возрасте Халимы, читать литературу было всё же интересней, чем прыгать по полю, гоняясь за фрисби…
По возвращению с церемонии, Жакару вновь заточили в избушке с деревенскими стражниками. В этом не было особого смысла, ведь сам посёлок выступал большой тюрьмой для этого мужчины, которую он не мог покинуть из-за взятых обязательств. Семья дала ему большое богатство, и потому теперь его жизнь принадлежала Рою. Соплеменники Жакару этого не знали и как следствие не понимали, почему сосед вдруг стал таким дружелюбным по отношению к жукам-убийцам.
Оса-контролёрша вновь присела на крышу, под которой содержался арестованный козопас. Тогда, внезапно выяснилось, что у прислужницы появился постоянный напарник для игры в гляделки. Ящерицу приведённую из соседней деревни, как и утром, расположили на постой напротив летуньи. Сделали это на безопасном удалении, во избежание конфликтов, а ещё привязали ошейник рептилии к толстой свае, глубоко забитой в землю. Несмотря на меры предосторожности, присутствие зелёного гиганта всё равно морально давило на одинокую осу. Заинтересованные глаза хищника не сводились с излюбленной добычи… Хоть он и был обильно накормлен залежавшийся жучатиной, существовал шанс, что динозавр рванёт вперёд и ничто его уже не остановит…
Следя за перемещениями гуманоидов переход входом в избушку, коллективный разум отметил закрепление утренней тенденции. К Жакару теперь пускали всех родственников подряд, без каких-либо ограничений.
Фёдор подумал, что при необходимости он мог бы вообще освободить товарища одной молниеносной операцией. Перерожденец отложил эту идею в голове, как один из допустимых вариантов…
Ближе к вечеру, когда бокаты разошлись по домам, в посёлок прилетел сквад ос с посылками в лапах. Летуньи, не принявшие участие в добивании военных, устремились к четырём разным хозяйствам на территории хутора. Они оставили поднесения на крыльцах, постучались в двери и тут же умчались ввысь, не желая тревожить сторожевых псов. Вышедшие на стук селяне увидели на своих порогах небольшие тканевые свёртки. Внутри них лежали горстки по восемь медных монет, а на самой ткани можно было увидеть нарисованного угольком жука.
Таким образом Фёдор передал дары сторонникам Жакару, чьи места жительства он сумел обнаружить и запомнить сегодня утром. Хоть они все и свалили на похороны, некоторые союзники опального пастуха успели заглянуть домой и тем самым раскрыли свои адреса Рою. Под рассылку награды попало в том числе и жилище самого Жакару, где свёрток получила его супруга. Пускай друзья семьи богатеют за свой верный политический выбор…
Отправленные на разведку к шайке Копчёного оса и глинотел добрались до пункта назначения почти в одно время с прибытием пиявок к мысу междуречья. Увиденные за день до пленения Халимы постройки находились на том же месте и были в том же состоянии, что и в недавнем прошлом. Очищенная от деревьев и кустов лужайка вокруг полузаброшенной деревушки постепенно заростала высокой травой и сорняками. Фортификационное сооружение в виде длинного подковообразного дома, с донжоном в центре, теперь выглядело жалко на фоне островной мега-крепости.
И всё же оно тоже играло важную роль, в немалой степени улучшая оборону лесной банды. Восхищался он им или нет, Фёдор в любом случае должен был учитывать это укрепление при планировании штурма.
В позднее время на улочке посёлка дурачилось двое пацанят. Из дымарей домов валил дым, а через окна просачивался свет уже зажённых лучин. По этим признакам из двух десятков жилищ выделялось лишь шесть, в которых проживали бокаты.
Во внутреннем дворе форта, разведчица засекла компанию из семи мужчин, которые жарили большую тушу над костром. Несмотря на подставленную под стену лестницу, вход в донжон был захлопнут. Лишь на двух башнях обнаружились дозорные, контролирующие очищенный от растительности периметр. Завидев осу, один из них суетливо кинулся снимать лук, однако выстрелить так и не успел.
Других членов военизированной группировки на открытом пространстве не наблюдалось. Возможно они как раз находились в очередной вылазке, а может просто отдыхали под крышами.
Первый пролёт шпионов дал немного информации, но на основе неё уже можно было делать некоторые предположения. Работа по сбору сведений для подготовки к атаке на золотозубцев началась…
Десять ос из группировки отправленной добивать военных не стали возвращаться на базу, а отделились от большинства и полетели от лесного города на запад. Нужно было обчистить кое-какой схрон, пока его хозяева не вернулись за спрятанным добром. Если быть точнее, Фёдор хотел украсть ларцы, которые неизвестные налётчики стащили из кареты и зарыли. Наверняка в них было самое ценное, что траурное шествие взяло с собой в путь — остальное-то имущество убийцы не забрали.
По координатам отложенным в мозге королевы, разум Роя нашёл тот ручей, у которого переодевались ниндзя. В этом месте были зарыты в том числе вещи и оружие таинственных бойцов, однако насекомых интересовало лишь сокровище. Яма с сундуками находилась чуть поодаль от тайника с испачканной в крови амуницией. Под тонким слоем наброшенной листвы, крылатые сестрички нащупали перелопаченную почву. Она оставалась ещё слегка взъерошенной и рыхлой, после вчерашнего вмешательства бокатов…
«Похоже, всё на месте…» — подумал Фёдор и приказал начать выгребать грунт.
Без особого труда, осы извлекли мешок, в который были замотаны раскрашенные, резные сундучки. Откинув крышки, они стали ощупывать хабар, скрывавшийся под ними.
«Ёмаё…» — поразился Фёдор. Тактильные ощущения говорили о крайне приятном наполнении ларцов.