Страница 104 из 142
Глава 134 (часть 6)
Когда вся возня с погребением умерших в речном посёлке подошла к концу, основное внимание коллективного разума вновь сосредоточилось на западном фронте. После повторного заточения монстров и починки передвижных вольеров, в лагере столичного воинства начались интересные процессы. Последний выживший офицер созвал срочный совет, в котором приняли участие все уцелевшие бойцы. За трое суток ряды их настолько поредели, что было уже отнюдь не до секретных обсуждений в узком кругу. Ситуация сложилась такова, что стоило задуматься о спасении собственной шкуры, а не строгом соблюдении субординации. Да и чего стоит приказ полководца, которого, крайне вероятно, убьют уже предстоящей ночью…
Разговор между начальником и подчинёнными прошёл в формате выступления спикера перед толпой. Своё мнение поочерёдно высказывали разные участники диалога, либо хором выкрикивали сразу несколько мужчин. Не смотря на это, в балаган совет не превращался, ведь его медиировал командир. В какой-то момент у бокатов даже случилось голосование, в ходе которого предводитель озвучивал варианты, а толпа поднимала руки, определяя решение большинства.
«Что у них происходит?» — недоумевал коллективный разум — «Вместо разбора завала они тратят драгоценное время на болтовню. Неужто сила Роя помноженная на силу огня всё-таки пошатнула их боевой дух?»
После обсуждения проблем военные снова разбрелись по выгоревшему биваку. Теперь они действовали следующим образом: раненых, припасы и экипировку гуманоиды поднимали и укладывали на крыши железных фургонов, будь то кольчужная псарня, клетка тигра или короб с бабочками. Трупы и раненые, которым было уже не помочь, отволакивались на обочины. Параллельно с этим группа плотников принялась собирать из брёвен, верёвок и гвоздей крупную прямоугольную платформу. Выглядела она крайне примитивно, словно её функциональность была важнее, чем внешний вид и долговечность.
Ещё было две команды по несколько бойцов, каждая из которых ушла в лес в разных направлениях. Эти группы нашли высокие деревья и забрались на их вершины, за счёт чего произвели осмотр окрестностей и дальних рубежей. Смотрели разведчики в основном на запад и восток, в те области, где магистраль утекала за горизонт. Вернувшись в лагерь, соглядатаи устно передали свои донесения командиру.
Что именно они сказали, Фёдор знал наверняка, ведь лично проверил осами ракурсы, которые были доступны гуманоидам с соответствующих позиций. Подкрепления из столицы нет; посланники ушедшие на восток, так и не вернулись с вестями. Выжившие воители совершенно одни посреди этого моря леса, кишащего многочисленными плотоядными тварями. Поход, который должен был стать лёгкой прогулкой в союзную деревню, превратился в отчаянную борьбу за выживание. На коренной территории королевства творились какие-то невообразимые бесчинства, и здесь было уже явно не обойтись ограниченным отрядом дружины и узкопрофильных наёмников. Нужно было созывать ополчение, мобилизовать страну, объявлять и развязывать настоящую войну. В общем, требовалось волевое решение высшего руководства…
То что начало происходить дальше, стало ключевой точкой, вынудившей аналитический центр в мозге королевы радикальным образом изменить парадигму мышления.
Поскольку все бараны были убиты, а деревянные повозки уничтожены, в сложившейся ситуации у военных оставалось не так много опций. Последние три транспортных средства с металлическими корпусами и ходовой бокаты под завязку загрузили наиболее ценными грузами. Затем они поставили рептилий тащить эти прицепы, но запрягли зелёных гигантов головами на запад, а не на восток.
Тут у мыслительного центра уже возникли некоторые подозрения, но он не торопился делать поспешные выводы…
Платформу собранную из брёвен солдаты зацепили за одного из свободных динозавров, на манер огромной волокуши. В сёдла ко всем ящероводам позалезали пассажиры из числа крепких и здоровых мужчин. На вершину короба с бабочками положили в основном мешки с провиантом и тяжелораненых. На верхнюю решётку вольера со спящим тигром забрались гильдийцы без заметных увечий. На крыше передвижной псарни, тем временем, разместили различный инвентарь, а внутрь пустили исключительно травмированных жуколовов. Ещё пару десятков пассажиров и мешков с припасами встало на только что собранную волокушу. Всё говорило о том, что войско намеревается совершить марш-бросок на запад, и возможно имело место желание вернутся в табачную деревню.
Данные обстоятельства побудили коллективный разум уже серьёзно задуматься о пересмотре своего военного планирования…
Последних штрихом перед стартом, стало массовое раздевание солдат. Где-то половине воинов не хватило пассажиромест, и именно эти бокаты начали стягивать с себя всю противожучью броню, передавая её коллегам в сёдлах и на фургонах. Гуманоиды раздевались едва не до гола, оставаясь в одном исподнем, затем вешали на себя ремень с топором или мечом, брали поводок с козой или вереницей коз и начинали бежать… Бежать по дороге на запад.
Не дожидаясь отправки колонны повозок, вооружённые мужчины в трусах становились участниками вынужденного марафона. Не оборачиваясь назад, не обращая внимание, что кто-то отстал, бокаты бегом неслись к своей цели.
Вскоре с места сдвинулись и рептилии с прицепами, начав быстро догонять пеших спринтеров. Всё разом, это зрелище давало вполне очевидную картину реальности — гуманоиды приняли волевое решение отступить, а не прорываться дальше через завал. Более того, судя по отчаянным мерам, они желали покинуть лес, сулящий им погибель, и как можно скорее попасть в безопасную зону. Таким местом могла быть только столица, иначе зачем бойцы бросили на обочине трупы, часть грузов и даже разделись до гола, облегчая свою ношу? Вне всяких сомнений, они хотели спрятаться в родном городе уже сегодня, до наступления темноты. Ведь темнота означала налёт жуков и неминуемую смерть. А единственное спасение в такого заключалось в прибытии в крупный НП и точка.
«Мы… Мы победили… Мы победили!» — радостно осознавал Фёдор — «Мы отразили первую вылазку врагов! Мы обратили вражескую армию в бегство! Они отступают! Наша семья, наши земли снова в безопасности! Фух!.. Почти четверо суток войны и вот, наконец такое облегчение! Вновь не наблюдается никаких явных угроз жизни королевы! Это приятно ощущать. Ещё как приятно!.. И всё же…»