Страница 89 из 136
Пройдёт несколько дней – и Настя будет жалеть об этой нерешительности, но то, что произошло потом…
Впрочем, не будем забегать вперёд.
Андрей шагал по улице и прокручивал в голове произошедшее. Он даже не мог вспомнить, сказал он Насте «до свидания» или нет. В конце концов, это не так уж и важно, главное, сегодня он всё-таки признался.
«Интересно, как она поведёт себя в школе? Изменит ко мне своё отношение или так и будет называть по фамилии? Ладно, посмотрим. Теперь она знает о моих чувствах. Не думаю, что побежит подружкам хвастаться. Настёна не такая, как все! Она совсем другая! Или мне кажется? Нет, точно не кажется. Вообще с этой любовью столько проблем! Вон Сёма из восьмого „Б“ признался девчонке в любви, а та осмеяла его на всю школу, рассказала подругам, а те давай на него пальцем тыкать. Какая-то дура! Ну сказал тебе пацан, что любит! Что здесь такого? Не нравится он тебе – так и скажи. Но нет же, нужно подружкам рассказать, да ещё наврать с три короба, а потом ходить, хихикать и подначивать. Сёмка, правда, молодец, не стал делать из этого трагедии. Взял и на весь класс объявил: „Послушайте, други, да, я любил Наташку, а она оказалась сплетницей и врунишкой, теперь вот не люблю – разлюбил!“ Наташка от такого поворота чуть в обморок не упала, теперь не над Семёном смеются, а над ней. И чего добилась, дурёха? Мне, между прочим, в прошлом году тоже девчонка в любви призналась, так я никому – ни слова, даже Эрику, другу своему, ничего не сказал. На всякий случай. Девчонка та мне не нравилась, но обижать мне её совсем не хотелось. После уроков прогулялись с ней, объяснил, мол, так и так, она всё поняла. Мы с ней теперь дружим во „ВКонтакте“. Социальные сети – удобная штука. Там можно дружить с кем угодно. Правда, мне не очень нравится слово „друг“, если речь идёт об интернете. Бах – и ты уже друг. Тут нужно было придумать какое-нибудь другое слово. Например, „приятель“ или что-то вроде того. Всё-таки друг – это нечто высокое, что ли. Впрочем, все и так понимают, что это не дружба, а такая игра в неё…»
Дома мама сразу обратила внимание, что Андрей весь сияет.
– Ну давай, хвались скорее! – предложила мама.
– Чем? – вздёрнул брови сын. – Чем хвалиться?
– Хорошей новостью, – улыбнулась Анна Андреевна и нежно потрепала сына по волосам.
– Да всё как обычно, мам! – смутился он. – Пока о хороших новостях говорить рано.
– Ну да, – рассмеялась она. – Так я тебе и поверила. Обычно ты приходишь из школы, как бука. Ничего у тебя не спросить, ты устал, ты наговорился, ты…
– Мама! – взмолился Андрей. – Ну хватит сочинять. Бывает, но сегодня… просто сегодня не устал.
– Ну и хорошо. – Мама свернула разговор. – Садись обедать.
«Нашёл кого обмануть! Мама тебя насквозь видит. Хотя, собственно, чему ты радуешься? Тебе Настя ответила взаимностью? Сказала, что любит тебя? Вот ты придурок, Андрюха! Ходит светится, а завтра Настя придёт в школу и скажет: „Я не могу тебя полюбить, потому что люблю другого“. Как ты девчонке объяснял, которая тебе в любви призналась? Точно так же и она может поступить…»
– Ну вот! – всплеснула руками мать. – Только порадовалась за него, а он снова мрачнее тучи сидит.
– Мам! – нахмурился Андрей. – Прекрати.
– Хорошо-хорошо, сынок, не обращай внимания. Для меня выходной день – просто наказание. Дома никого нет – ни тебя, ни Ксюши с Кириллом. Скучаю. Прости, сынок. Приятного аппетита.
Андрей наспех перекусил, поблагодарил мать за вкусный ужин, подошёл к ней, обнял и прошептал:
– Прости, мамуль, сам не знаю, какой-то дёрганный в последнее время стал.
– Береги себя, малыш, – ласково ответила мама и поцеловала его.
Извинившись за резкость, Андрей ушёл в свою комнату.
Не прошло и полчаса, как в дверь постучала мама.
– Андрюша, мне срочно нужно уехать на работу! Забери ребят из садика.
– А что случилось? – тревожно спросил Андрей.
– Ничего не случилось, – ответила мама. – Завтра какая-то серьёзная проверка намечается, Владимир Константинович Белозёров собирает всех на совещание, ему звонили из центрального офиса.
– Но у тебя же выходной! – насупился Андрей.
– Сколько я тебе раз говорила, выходной у нас у всех условный, – улыбнулась Анна Андреевна. – Ничего, после проверки шеф обычно даёт отгулы.
– Бюрократы вы там все! – съязвил сын. – Как там у Маяковского? «Прозаседавшиеся».
– А куда без бюрократии? Без неё тоже нельзя, если бы не бюрократия, мы бы до сих пор в пещерах жили.
– Ой-ой-ой! – усмехнулся Андрей. – Ещё скажи, бюрократия спасёт этот мир!
– И скажу! – подтвердила мама. – Ладно, я побежала. Смотри не забудь о детях, а то как занырнёшь в свой интернет…
– Мама! – перебил Андрей. – Давай без нотаций. Не забуду! У меня напоминатель для этого есть.
– Впрочем, можешь уже идти. – Анна Андреевна постучала указательным пальцем по часам на руке. – Тихий час закончился, они сейчас полдничают. В самый раз.
– Ещё два часа могут в садике находиться, – возразил Андрей. – Зачем раньше забирать? Пусть погуляют.
– Лучше бы ты с ними погулял, – сказала мама. – Всё-таки старший брат. И им интереснее будет.
– Хорошо, – согласился Андрей, – минут через двадцать пойду.
– Вот и молодец, – похвалила мама. – Ужин на плите, я, наверное, сегодня буду поздно. Если до девяти не вернусь, помой детей и уложи спать.
– Мам! Ты без инструкций не можешь?
– Сынок, ну какие инструкции? Просто напоминаю.
– Зачем напоминать, если ты ещё двадцать раз позвонишь? – рассмеялся Андрей.
– Ох и язвой ты вырос, – сказала мама и закрыла дверь.
– Есть в кого! – крикнул вслед Андрей.
Мать что-то ответила, но он не расслышал. Он подошёл к окну и увидел, как у подъезда остановилась иномарка. Через минуту в неё запрыгнула Анна Андреевна, хлопнула дверцей – и машина скрылась за углом дома.
«Интересно, – подумал Андрей, – Владимир Константинович за всеми своими замами отправляет автомобиль? Или те на своих машинах добираются до офиса?»
В детском саду Андрея ждал «сюрприз».
– Жаль, что мама не пришла, – сетовала заведующая детским садом. – С Кирюшей нужно что-то делать.
– Что случилось? – спросил Андрей.
– Подрался ваш братец, – ответила она. – И ещё… ещё говорил нехорошие слова.
– Что за слова? – удивился Андрей.
– Ну, молодой человек, – воскликнула женщина, – я не имею права вам их повторять, вы ещё сами ребёнок! Пусть завтра мама зайдёт ко мне.