Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 119 из 136

– Ну? Что тут неправильного? – удивлённо спросил он.

– Твои плечи или рёбра шевелятся, когда ты вздыхаешь. Вот это и есть неверное дыхание.

– Так это же… это естественно…

– Конечно-конечно, ты не видишь ничего предосудительного в том, чтобы использовать грудную клетку или двигать плечами. Но тут понимаешь, в чём дело, для правильного дыхания плечи и рёбра не нужны.

– Да понятно, что не нужны, но ведь это самопроизвольно получается, – возразил Андрей.

– Ты не перебивай меня, если хочешь получить правильный совет. – Старик нахмурился.

Андрей прикрыл ладонью губы, давая понять, что готов внимательно слушать.

– Так вот, – продолжил Игнат, – нам для правильного дыхания нужна так называемая мышца, отделяющая грудь от живота. Когда мы сидим или лежим, она включается в работу. А когда ты идёшь или стоишь, нижняя часть твоих лёгких как бы отдыхает, хотя там-то и находится большее количество кровеносных сосудов, переносящих кислород. Дышать грудью, конечно, проще. Человек быстро привыкает к такой «комфортабельности», но количество кислорода в организме уменьшается. Он начинает дышать чаще, чем было задумано Создателем. Понял?

– Если честно, ничего не понял! – признался Андрей. – А разница-то какая?

– С первого раза мало кто понимает. – Игнат улыбнулся. – А разница в том, что неправильное дыхание наносит вред организму: ни с того ни с сего вдруг начинает болеть голова, появляются чувство тревоги, частое утомление и тому подобное.

– Послушай, Игнат, – вдруг спохватился Андрей, – но почему нам никогда об этом не говорят в школе?

– Потому и не говорят, что сами не знают, – заключил старик.

– Выходит, они и сами неправильно дышат?

– Выходит, так, – согласился Игнат. – Многие не придают этому значения, думают только о свежести воздуха. Наверное, сам слышишь часто: «Ой, нужно на дачу съездить, подышать свежим воздухом».

– Да, точно! – подтвердил Андрей.

– Свежий воздух – это, конечно, хорошо. Но правильное дыхание гораздо важнее. Ты знаешь, что грудные дети, которые больше времени проводят сидя или на четвереньках, дышат правильнее тебя? Так что нужно заново учиться пользоваться диафрагмой. Кстати, для этого тебе даже необязательно постоянно следить за собой. Вдыхай, как привык, а вот при выдохе поджимай мышцы живота. Попробуй, и сам увидишь, что это не так уж и сложно!

– Да! Никогда бы не подумал.

– Зато ты теперь знаешь не только то, что нужно дышать ветром, но и как правильно это делать! – улыбнулся старик и стал собираться в обратный путь.

Какое-то время по дороге домой они шли молча. Первым заговорил Игнат.

– Думаешь, наверно: «Вот дед демагог. Спросил его о любви, а он всё скомкал, но так ничего и не ответил».

– Да, – согласился Андрей. – Так и подумал. Только не обижайся, сам же попросил говорить только правду.

– Молодец, – похвалил Игнат. – Ты быстро всё улавливаешь, это тебе пригодится. Понимаешь, парень, в чём дело: если человек ищет в любви какую-то выгоду, то это уже не любовь…

– Стоп! – Андрей остановился. – Не понял, ты к чему это?

– Но ты же хотел поговорить о любви! – заметил старик.

– Да, хотел, но а выгода тут при чём? Ты подозреваешь, что я ищу выгоду в любви?

– Я не подозреваю, а знаю! – твёрдо ответил Игнат.

Неверов опешил и снова усомнился в здоровье старика.

– Игнат, по-моему, ты сейчас говоришь глупости, – процедил Андрей. – Давай лучше свернём эту тему.

– Вот видишь! – Старик рассмеялся. – Значит, я прав. Почему ты сердишься? Почему не хочешь договорить до конца? Ведь болит, скажи честно!

– Болит, – признался Неверов. – Но ты сейчас говоришь что-то не то. Какая выгода? Ты о чём?

– Так ты же не даёшь мне до конца договорить! Может, присядем, отдохнём? – предложил Игнат, кивнув на поваленное дерево.

– Не возражаю, – согласился Андрей. – Ты меня прости, Игнат, за несдержанность. Обещаю, больше перебивать не стану.

Путешественники уселись на дереве, Игнат перекрестился, покосился в сторону Неверова и начал говорить:

– Ты знаешь, парень, многие думают, что Бог смотрит на нас снаружи, то есть видит, что мы делаем, как поступаем, что говорим. Но это не так. Он смотрит на нас и снаружи, и изнутри. Человек ничего не может скрыть от его взгляда: ни движения руки, ни даже промелькнувшей мысли. Поэтому нельзя играть с Богом в крестики-но-лики…

– Это ещё как? – изумлённо спросил Андрей. – С Богом ещё можно и в игры играть?

– Кто сказал, что можно? Говорю же – нельзя. Но многие пытаются.

– А как это – играть с Богом в такую игру?

– Очень просто! Это когда на груди крестик, а в голове – нолик. Мало того, что нельзя играть, так ещё и опасно. Человек с такой жизненной позицией разрушается изнутри. То есть он только делает вид, что верит в Бога, а на деле всё делает против Него: завидует, не почитает родителей, крадёт, сквернословит, и при этом необязательно вслух. Словом, «нолик». Ты никогда не задумывался, почему крестик называют нательным? Потому что его нужно носить

на

теле. А если посмотришь, каждый норовит его вытащить наружу: мол, смотрите, я христианин. А кому нужны эти объявления? Выходит, крестик многие превращают в украшение. Нельзя так… Да, а теперь вернёмся к выгоде в любви. Вот возьмём твой пример. Ты хочешь, чтобы тебя тоже любили? Дескать, я люблю – и меня пусть полюбят, только так я буду счастлив!

«Ну вот это он откуда знает? – мысленно недоумевал Андрей. – Колдун прямо какой-то, а не Игнат. Всё знает! Впрочем, никакой не юродивый. Сдаётся мне, он нарочно придумал себе такой образ. Только вот вопрос: для чего? Зачем?»

– А ты попробуй любить, не требуя ответа! – продолжал старик. – Какая тебе разница, любит она тебя или нет? Если ты её любишь, пожелай ей счастья, успеха, благополучия. И радуйся за неё. Настоящая любовь – это когда ты готов жить ради другого человека, действовать в его интересах. Понимаешь?

– Угу. – Андрей кивнул.

– Наверняка ты читал истории о неразделённой любви, когда несостоявшийся жених убивал возлюбленную и кричал: «Так не доставайся же ты никому!» Какая глупость! Тот, кто так поступил, он никогда не любил. Он любил только себя и хотел, чтобы его желания исполняла понравившаяся ему девушка.

– Таких историй много, – согласился Андрей.