Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 102 из 136

– Дарья, ты не отчаивайся. Скажу тебе честно, я этого не заметила. Катя добрая девочка, и при правильном подходе всё у тебя будет хорошо. Когда вы в последний раз вместе ходили в кино?

– Года три назад… Да и когда мне в кино ходить?

– А вот тут я не соглашусь с тобой. Как это когда? Брось всё и иди! Сама предложи. Только опять же не сама фильм выбирай, а пусть Катька предложит. Да-да, не смотри на меня так. Вот какой фильм она выберет, на тот и идите все вместе.

– У них одни ужастики и фэнтези на уме, я и полчаса там не высижу! Ты бы заглянула в её компьютер! У меня чуть сердце не остановилось. Какие-то вампиры, черти, страшилища…

– Терпи, что поделаешь! Но совместный поход в кино очень сближает. Да и во всех этих кино тоже ничего ужасного нет. Подумаешь, страшилища…

– Ага, нет, – возразила тётя Даша. – Я потом ночью не смогу уснуть. Не представляю, как они смотрят эту гадость.

– Ладно, продолжу: главное, чтобы завязалась беседа, чтобы она увлеклась какой-то темой и сама начала говорить. Ни в коем случае не перебивай, пусть говорит, даже если ты с чем-то не согласна. Слушай, кивай, подбадривай. Нам, взрослым, конечно, хочется надавать побольше советов, у нас же жизненный опыт и всё такое. Верно? Ну и что? А ты не пробовала совета спрашивать у Катерины? Например, какие туфли купить, сумку, юбку…

– Чтобы потом ходить как пугало?

– Вот в этом-то и проблема! Дашенька, миленькая, как же ты не можешь понять, есть вещи гораздо важнее. Ты не представляешь, как будет гордиться Катька, если ты всем расскажешь, что эту юбку тебе порекомендовала дочь, а она, мол, хорошо разбирается в современной моде. Пойми же ты наконец, ей хочется, чтобы тебя интересовало её мнение. Если ты сейчас переломишь ситуацию, то Катя сможет удивить тебя откровениями. Хотя может в какой-то момент и шокировать.

– Вот этого я больше всего и боюсь, – плаксиво произнесла Дарья Сергеевна.

– А ты не бойся! Всё в жизни бывает, не рисуй наперёд себе трагедий. Верь в хорошее.

– Пока маленькая бегала, была такой хорошей девчонкой, а теперь как мегера.

– Ну зачем ты так о собственной дочери? – покачав головой, сказала Анна Андреевна. – Помнишь, как она рассмешила нас, когда ты в угол её поставила? И смех и грех.

– Помню-помню! – расхохоталась Дарья Сергеевна. – Когда она сказала: «Отпусти меня, а то ведь так вся жизнь пройдёт»?

– Это ж надо было так выразиться! Мы так смеялись! Сколько ей тогда было лет?

– Лет пять, не больше. Она с детства за словом в карман не лезла.

– Ты сильно не расстраивайся, Даша, всё будет хорошо.

– Ой, засиделись мы с тобой, Аня! Спасибо тебе, моя хорошая. Я как с тобой поговорю, так мне легче на душе становится. Я учту твои советы, пора мне домой…

Дарья Сергеевна стала собираться. Анна Андреевна позвала сына.

– Тёть Даш, – лукаво сощурив глаза, обратился Андрей, – можно нескромный вопрос?

– Ой! – Гостья вдруг смутилась. – Совсем-совсем нескромный или…

– «Или», – ответил Андрей. – В меру нескромный.

– Чего это ты задумал? – нахмурилась мама, ожидая подвоха.

– Анечка, всё нормально, пусть спрашивает. – остановила её Дарья Сергеевна и обратилась к Андрею: – Ну, чего молчишь-то?

– Скажите, у вас в шифоньере тоже есть полочка под названием «Это когда я похудею»?

– Боже мой, Андрюша, ты что? – наигранно возмутилась гостья. – Ты на что намекаешь? Я, по-твоему, очень поправилась?

– Даша! – воскликнула Анна Андреевна. – Ты не поняла. Это же камень в мой огород. Он придумал название для полки, где я храню старые и ещё вполне приличные вещи, но в которые я, увы, уже не помещаюсь.

– Ах, вон оно что! – Дарья Сергеевна всплеснула руками. – Решил поиздеваться над пожилыми женщинами?

– Да ладно вам, – рассмеялся Андрей. – Рано вам ещё записываться в пожилые женщины. Просто я инкогнито написал о такой полочке в интернете, получил сотни ответов. Оказывается, такая полочка есть почти у всех женщин, а у некоторых даже отдельные шкафы.

Шутка и название полки понравились женщинам. Они ещё долго общались в коридоре, желали друг другу успехов, благополучия и так далее. А Ксюше и Кириллу такие долгие прощания пришлись не по душе. И пока Андрей с мамой провожали тётю Дашу, они решили сделать маме подарок. И сделали. Да такой, что Анна Андреевна, приняв его из рук дочери, расплакалась.

Она села на диван и, закрыв лицо руками, тихонько всхлипывала. Андрей, услышав странные звуки, стремительно вошёл в комнату. Рядом с матерью стоял младший брат, который сопел так, будто и сам был готов разрыдаться.

– Ты почему плачешь? – удивлённо спросил пятилетний Кирилл, пытаясь заглянуть под материнскую ладошку. – Тебе не понравилось?

– Не приставай к маме, – потребовала Ксюша.

– Но она же плачет! – возразил Кирилл.

– Ну и что? – Ксюша выставила вперёд ногу. – Люди иногда плачут от счастья!

– Мама, тебе плохо или ты плачешь от счастья? – тут же уточнил Кирилл.

Андрей не сразу понял, что произошло, и тоже поинтересовался:

– Мам, ты чего?

– Вон, посмотри! – Мать, опустив руки, кивнула на кресло. – Она у меня одна единственная. Завтра сказали всем быть на работе в белых блузках.

Увидев художества брата и сестры, Андрей еле сдержал смех. На задней части некогда белой блузки, то есть на спине, фломастером были нарисованы два больших сердца, а над ними надпись: «Мама, мы тебя».

– Мама, ты хоть знаешь, что обозначают вот эти два сердечка? – Ксения решила расшифровать свой ребус.

– Скажи, Ксюша, это твоя была идея? – тяжело вздохнув, спросила мама.

– Да, мамочка! – Дочь закивала и радостно запрыгала. – Это я придумала!

– И я тоже! – Кирилл нахмурился. – Мама, вот это синее сердечко я сам нарисовал. Я тоже хотел красное сердечко нарисовать, но Ксюха мне не дала красный фломастер.

– Эти два сердечка… обозначают…

– Дай я скажу, – перебил Кирилл.

– Нет, я! – Ксюша рукой попыталась закрыть рот брату. – Я старшая сестра!

– Ну и что?

– Мама, скажи ему, он опять меня не слушает…

Андрей всё-таки не выдержал и начал громко смеяться.

– Ну, чего ты хохочешь? – Анна Андреевна вытерла слёзы и покачала головой из стороны в сторону.

– А что теперь поделаешь? Тут остаётся только смеяться. – Андрей развёл руками и погрозил детям пальцем. – Вы смотрите, художники, на моих вещах ничего не рисуйте. Вот тогда точно вам будет не до смеха.

Дети переглянулись и насупились.