Страница 17 из 67
— Лихо! — искренне оценил я задумку адвоката. — Получается, их слово против нашего?
— Получается, что так! Завтра мы ещё зайдём на аудиенцию к местному прокурору по этому делу. Но думаю, к вечеру подопечных вашего компаньона и так выпустят. Может даже сегодня, все таки завтра суббота. Под подписку о невыезде, разумеется. — Шницерман довольно улыбнулся и отпил кофе. — Ну а визит к прокурору, уверен, поможет быстрее получить отказное. И дело закроют без лишнего шума. Но ежели что, контакт Иволгин ребяткам свой оставил.
— А что менты? Жарков? — уточнил я. Ведь майор грозился Митяю, что раскрутит пацанов по всей строгости.
— А вот тут непонятно, — пожал плечами мужчина. — Как сказал Иволгин, ему при личной встрече с майором показалось, что Жаркову всё равно. Как это товарищ майор выразился? — Шницерман поднял взгляд к потолку, вспоминая. — «Главное, что щенок теперь знает своё место». Понимаете, о чём он?
— Прекрасно понимаю, — кивнул я и хмыкнул.
Получалось всё именно так, как я и предполагал. Митяй полез куда не надо, и ему дали по жопе. Если окажется умным — будет сидеть и не дёргаться, и тогда хрен с ним. Но если не поймёт с первого раза… Тогда будет другой разговор.
— И да, по поводу армянской диаспоры, — продолжил адвокат, поставив стакан на стол и принявшись тереть пальцами переносицу. — Самым уважаемым и авторитетным у них в Лобне считается некий товарищ Григорян Виген Вартанович. Кстати, директор нашей долгопрудненской ПМК.
— ПМК?
— Передвижная механизированная колонна. Ремонт дорог, труб, стройка, — объяснил адвокат, — У них большой автопарк рабочей техники и мастера имеются. Работают и в Долгопрудном, и в Лобне. Григорян, кстати, там и проживает, не у нас. Ну и в области калымит порой. Так что, если понадобится на него выйти — будем знать, с какого боку подступиться.
— А Жарков этот что? Как сам?
— Да ничего. Обычный мент. Живёт вдвоем с сыном двадцати лет. Жена то ли ушла, то ли умерла — разные версии ходят, — адвокат достал платок и принялся старательно протирать стёкла очков. — Говорят, мужик нормальный, за порядок радеет. В целом гибкий в решении вопросов, если это не мешает делу. Не вредный. По сути, он и рулит в местном ГОВД, пока начальник до пенсии досиживает. Ему меньше года осталось.
— Ох! — Шницерман неожиданно положил руку на грудь и замер.
— Что такое? Сердце? — всполошился я. Ещё мне свидетелем инфаркта становиться не хватало.
— Да нет, простите. Но у них столовая напротив ГОВД — это какой-то ужас! Второй день изжога! — адвокат полез в карман, достал початую пачку активированного угля, закинул в рот сразу несколько таблеток и запил кофе. — Внутри всё обшарпано, выбора никакого. Иволгин сказал, что вот-вот вообще могут закрыть, и где потом обедать — непонятно.
Он помолчал немного, прислушиваясь к себе, и добавил печальным тоном:
— А по мне, так лучше нигде не обедать, чем эту отраву есть!
— Это да, — согласился я. — В себя пихать непонятное не стоит. Здоровье дороже.
Я отставил стакан с недопитым кофе, поднялся на ноги, потянулся за курткой.
— Я вам что-то должен, Михаил Генрихович?
— Да бросьте, Святослав. Вы и так очень щедрый клиент.
— Ваша работа того стоит. Тогда наберёте мне завтра, по итогам, так сказать?
Шницерман заверил, что непременно наберет, и мы распрощались. Я вышел в коридор, где пахло хлоркой и старыми деревянными рамами, и двинул к выходу. Надо было ещё заехать в школу бокса — пообещал же Чижу. А к Митяю, пожалуй, наведаюсь завтра. Когда пацанов выпустят.